Cтраница 1
Ричард Фейнман сам придумал наилучшую эпитафию для себя, когда однажды он беседовал с Дэнни Хиллисом, гуляя неподалеку от своего дома; это случилось незадолго до одной из операций. Именно тогда Хиллис понял, что проблема с его здоровьем действительно серьезна и что Фейнман, возможно, скоро умрет. Заметив подавленное состояние собеседника, Фейнман спросил его, в чем дело. [1]
Ричард Фейнман о квантовой механике: Я хотел, чтобы большинство из Вас смогло оценить красоту нашего прекрасного мира и вместе с тем то, что составляет сейчас главную часть истинной культуры нашей эпохи... А может быть Вы сумеете не только отдать должное этой культуре, - не исключено, что и Вас самих потянет подключиться к этому величайшему дерзанию, на которое когда-либо пускался человеческий ум. [2]
Ричард Фейнман: На основании своих представлений об окружающем мире я считаю, что сообщения о летающих тарелках являются скорее результатом известной мне иррациональности мышления жителей нашей планеты, чем результатом рациональных усилий мыслящих существ с другой планеты. [3]
Ричард Фейнман сам придумал наилучшую эпитафию для себя, когда однажды он беседовал с Дэнни Хиллисом, гуляя неподалеку от своего дома; это случилось незадолго до одной из операций. Именно тогда Хиллис понял, что проблема с его здоровьем действительно серьезна и что Фейнман, возможно, скоро умрет. Заметив подавленное состояние собеседника, Фейнман спросил его, в чем дело. [4]
Перевод на русский: Ричард Фейнман Вы, конечно, шутите, мистер Фейнман. [5]
Перевод на русский: Ричард Фейнман Какое тебе дело до того, что думают другие. [6]
Перевод на русский: Ричард Фейнман Вы, конечно, шутите, мистер Фейнман. [7]
Перевод на русский: Ричард Фейнман Какое тебе дело до того, что думают другие. [8]
Физику нельзя перевести ни на какой другой язык - говорил Ричард Фейнман. [9]
Физику нельзя перевести пи на какой другой язык, - говорил Ричард Фейнман. [10]
Понятие дуальности волна-частица стало одной из ключевых составляющих квантовой теории, разработанной в середине 1920 - х годов. Именно ее изучал Ричард Фейнман, будучи студентом МТИ. Фактически, в то время квантовая теория была создана дважды, почти одновременно, только один раз был использован подход, в сущности, задействующий частицы, а в другой раз - волновой подход. Вариант той же темы ( во многих отношениях более полный) также независимо разработал другой молодой физик, Поль Дирак, который был лишь на несколько месяцев моложе Гейзенберга и родился в Бристоле, в Англии, 8 августа 1902 года. [11]
Действительно ли миру нужна еще одна книга о Ричарде Фейнмане. Мы думаем, что нужна, иначе мы не стали бы ее писать. Ричард Фейнман был самым любимым ученым современности и, возможно, не только современности, но и всех времен. Этот факт попросту не встречается ни в одной другой книге об этом человеке и его работе. [12]
Однако хотя физическая картина проста и довольно привлекательна ( если вам не мешает жить понятие моря невидимых электронов с отрицательной энергией), математика теории дырок оказалась достаточно громоздкой, чтобы использовать ее для описания взаимодействий дырок. Даже несмотря на то, что подробности всех новых открытий еще не попали в стандартные учебники и курсы, преподаваемые в университетах ( даже в МТИ), Ричард Фейнман принадлежал к тому поколению людей, которые воспитывались на новой физике, будучи студентами, и были готовы продвинуть дела еще на одну ( или на две) ступень, когда для них наступило время сделать свой собственный вклад в науку. Конечно, гениальность этому способствовала немало. Гений вроде Фейнмана оставил бы свой след в науке, независимо от времени своего рождения; однако его рождение именно в это время определило, какой конкретно след он оставит. [13]
Иногда стремление к самовыражению проявляется настолько сильно, что занятия одной только наукой оказывается недостаточно. Ричард Фейнман играет на барабане бонго. [14]
Хозяин гостиницы, Майкл Шермер из сообщества скептиков, сидел с нами на протяжении всей нашей беседы, которая охватывала не только жизнь и работу Фейнмана, но и реакцию людей на его смерть, а также реакцию родных и друзей Фейнмана на то, каким он был описан в различных книгах и статьях, которые с тех пор были опубликованы. Благодаря этой беседе, я подошел настолько близко, насколько даже не смел надеяться, к самому этому человеку и убедился в правильности тех впечатлений, которые у меня уже сложились в отношении его личности. Ричард Фейнман действительно был не только гением науки, но и просто хорошим человеком, который дарил тепло и любовь своим родным, друзьям и знакомым. Несмотря на мрачный период его жизни, который последовал за смертью Арлин, он остался веселым человеком, который дарил людям радость; он действительно обожал развлечения и был добрым и щедрым, а наряду с этим стал величайшим физиком своего поколения. И даже не физика, а скорее этот дух вызывает у людей такое любопытство в отношении этого артефакта - знаменитого фейнмановского фургона, испещренного диаграммами. [15]