Cтраница 2
В науке для него не существовало авторитетов: высказывания великих физиков он воспринимал не менее критично, чем своих коллег. [16]
Тем самым был бы ликвидирован печальный момент противопоставления имен великих физиков. [17]
ЭЙНШТЕЙН Альберт ( Einstein, 1879 - 1955) - великий физик нашего времени. [18]
Дау, или Лев Давидович Ландау, был одним из великих физиков и одной из замечательных личностей нашего поколения. Мне посчастливилось хорошо его знать, мы были добрыми друзьями, хотя позднее война и другие события не позволяли нам видеться часто. [19]
Допущение возможности получения магнитного поля при вращении нейтрального тела было вторично принято нашим великим физиком П. Н. Лебедевым при его исследованиях. Лебедев предположил, что центробежная сила оказывает разные действия на положительный и отрицательный заряды атома, смещая их так, что получающееся в результате вращения электрических зарядов поле совпадает по своему направлению и характеру с полем земли. [20]
Если же забыть о злобных друзьях, о том, каким образом получены записи подлинных высказываний великого физика, открывается его чистая, полная радости душа и любовь к делу своей жизни, к физике. [21]
Первый атомный реактор ( как говорили, котел) был построен в США с определяющим участием Ферми, великого физика современности, итальянца по происхождению. Кроме того, в США легче было осуществить интересующую его цепную ядерную реакцию - техника была на более высоком уровне, и, что очень важно, имелся в достаточном количестве синтетический графит высокой чистоты, получаемый из сажи. [22]
Памятником Менделеева, его периодической таблицей элементов, человечество будет пользоваться всегда, и элементы, названные в честь великих физиков и химиков, - тоже памятники. [23]
Ни один великий физик прежде не читал физику первокурсникам ( по крайней мере, после того как он получил статус великого физика), и Фейнман был просто-таки заинтригован подобной возможностью представить свой способ мышления о мире более широкой аудитории. Лейтон отнесся к этому настороженно, но был захвачен энтузиазмом Сэндса и Негера. Вот так и получилось, что осенью 1961 года Фейнман начал то, что должно было стать годовым курсом лекций по введению в физику. [24]
Ни один великий физик прежде не читал физику первокурсникам ( по крайней мере, после того как он получил статус великого физика), и Фей-нман был просто-таки заинтригован подобной возможностью представить свой способ мышления о мире более широкой аудитории. Лейтон отнесся к этому настороженно, но был захвачен энтузиазмом Сэндса и Негера. Вот так и получилось, что осенью 1961 года Фейнман начал то, что должно было стать годовым курсом лекций по введению в физику. [25]
Скороспелый, как Пайерлс, и принадлежащий к тому же поколению, он уже был знаком и работал с большинством из великих физиков, которых я назвал раньше, хотя ему не исполнилось и двадцати пяти лет. [26]
Он обогатил мою коллекцию историй о Паули, рассказав мне, как это сделал Вайскопф до него, о встрече с великим физиком в Цюрихе. Блох уселся за работу и через десять дней принес плоды своих трудов Паули, которому не понадобилось и десяти минут, чтобы разнести их в клочья. [27]
Я перечитываю написанное и стараюсь прочесть не то, что написал, а то, что прочтет читатель, для которого Лев Давидович Ландау - только великий физик, нобелевский лауреат и автор учебников, которые надо проходить. Увидит ли этот читатель черты живого, удивительного человека из-за хрестоматийного глянца, который Дау идет менее чем кому-нибудь другому и который появляется не из-за желания что-нибудь сгладить или приукрасить, а из-за грустного неумения владеть словом. [28]
Смотря на унылый пейзаж за окном, Максвеллы решили уже, что визит не состоится, но вот лихо подкатил кеб и вышел из него и постучал в дверь великий физик Герман Гельмгольц. [29]
Не может понять отец, что так привлекает Джеймса в этой церкви, - ведь видели они и куда более величественную Кингс-чапел, и иные церкви, да и Джеймс не может понять, какая таинственная сила тянет его сюда, к этому узкому и высокому пространству между колонн - ведь ни отец, ни сын не могут еще предположить, что не пройдет и тридцати лет, как в этом самом высоком и узком пространстве таким же осенним днем установят гроб с телом великого физика Джеймса Клерка Максвелла и здесь отпоют его, скажут недолгие речи друзья, отдадут последние почести. Но не дано нам знать будущее, и то, что только это помещение из многих десятков иных отметил Джеймс в своих последующих письмах, можно отнести к возникновению у него в сознании иного, не родственного уже ряда, в который он хотел бы поставить себя, - не нумерованные баронеты оф Пеникуик, славные Клерки, а мужи науки, в которых продолжается она, как в сыне продолжается жизнь отца; ряда, в котором стоят величественные фигуры Ньютона и Бэкона. [30]