Cтраница 2
Гэлбрейта Общество изобилия широко пропагандируется тезис о появлении нового, среднего класса, людей в белых воротничках. Эта так называемая интеллектуальная элита полностью исключается из состава рабочего класса и призвана якобы завершить процесс трансформации капитализма в государство всеобщего благоденствия. Такими идеями пронизаны также широко распространенные на Западе буржуазно-реформистские и ревизионистские теории о якобы происходящей демократизации капитала и выравнивании доходов всех классов буржуазного общества. [16]
Отличительным признаком постиндустриального порядка, утверждает Бэлл, является рост сферы услуг за счет сферы материального производства. Синий воротничок, занятый на фабрике или в мастерской, не является больше основным типом наемного работника. Белые воротнички ( клерки и квалифицированные специалисты) начинают превалировать, причем быстрее всего растет спрос на специалистов и работников, обладающих технической квалификацией. [17]
Низшие белые воротнички и низшие синие воротнички ( включая неквалифицированных сельскохозяйственных рабочих) реже всех наследовали профессии отцов и были высокомобильными. Низшие белые воротнички совершали в основном восхождение в высшие страты, хотя какая-то их часть была вынуждена перейти в разряд синих воротничков. Подобным же образом сыновья из семей, относящихся к категориям низших синих воротничков, чаще становились высшими синими воротничками, а небольшая их часть проникала даже в разряд белых воротничков. В итоге можно сказать, что американцы городского происхождения наталкивались на реальный барьер: белые воротнички - синие воротнички, однако препятствие оказывалось относительно преодолимым. [18]
Таким образом, профессионально-квалификационная структура самостоятельных хозяев все больше становится идентичной структуре наемных работников. Если в первой половине столетия опережающими темпами росла занятость промышленного пролетариата, то в последующие пятьдесят лет темпами выше средних растет занятость белых воротничков, в первую очередь управленцев, специалистов и техников при одновременном сокращении доли рабочих профессий, причем как квалифицированных, так и полу - и неквалифицированных. В настоящее время в США к белым воротничкам можно отнести 60 % всех работающих, причем половина это менеджеры, специалисты и техники. В европейских странах группа белых воротничков составляет около 50 %, в том числе наиболее высококвалифицированныеработ-ники составляют около четверти рабочей силы. [19]
Буржуазные теоретики возлагают особые надежды на рост численности работников, не занятых непосредственно производством материальных ценностей, так называемых белых воротничков. Они усматривают в этом начало образования технической аристократии и новые возможности поглощения высвобождаемой рабочей силы. Однако рассмотрение данных о составе работников в белых воротничках показывает следующее. [20]
Все эти трудности в некоторой степени разрешимы. Можно изменить категорию, к которой относили конкретную профессию, если станет ясно, что характер работы, выполняемой в рамках этой профессии, принципиально изменился. Например, мы можем решить объединить высшие слои синих воротничков с белыми воротничками, занимающимися рутинной работой, и изучать их мобильность в целом. Проблему сравнения карьер поколений можно разрешить ( если позволят данные), соотнося социальное положение родителей и детей в начале и в конце их карьеры. Однако и эти приемы не всегда совершенно удовлетворительны. Так, например, всякие точные цифры следует воспринимать очень и очень осторожно. На основании исследований мобильности можно делать только общие выводы, особенно в том случае, когда проводятся международные сравнения. [21]
Уровень безработицы среди белых воротничков ниже, чем у синих воротничков. Белые воротнички, как правило, заняты в отраслях, меньше подверженных циклическим колебаниям ( сфера услуг и производство товаров кратковременного пользования), или они самостоятельно обеспечивают свою занятость. Кроме того, белые воротнички реже, чем синие, теряют работу в периоды спада. Фирмы стремятся сохранять свои высококвалифицированные белые воротнички, в обучение которых они вложили значительные средства. [22]
Был задан вопрос, требует ли их должность большей квалификации по сравнению с тем, когда они начинали работать. Только 4 % заявили, что их работа требует более низкой квалификации, причем доля феминизированных профессий здесь была практически такой же, как и доля непроизводственных должностей. Исследователи сделали вывод, что белые воротнички по-прежнему пользуются в своей работе большей автономией, чем представители физического труда; в отношении классового сознания они чаще относят себя к среднему классу, чем работники физического труда. [23]
Специалисты, менеджеры и администраторы высшего звена занимают высокое положение прежде всего потому, что располагают верительными грамотами - учеными степенями, дипломами и другими квалификационными свидетельствами. Их карьера, как правило, относительно стабильная и выгодная, в отличие от тех, кто занят обычной, рутинной непроизводственной деятельностью, и в последние годы это стало более явным. Поэтому некоторые исследователи видят в квалифицированных специалистах и других высших представителях белых воротничков новый профессиональный управленческий класс. Однако различие между ними и рядовыми белыми воротничками не столь глубоко, чтобы данную позицию можно было бы считать обоснованной. [24]
Рост числа инженерно-технических работников, административного персонала, лиц, занятых в сфере обслуживания, вызванный к жизни потребностями производства и реализации продукции, используется буржуазными идеологами для того, чтобы объявить марксистское учение о классовой структуре и социальных антагонизмах капиталистического общества устаревшим. С этой целью они приписывают Марксу их крайне упрощенное понимание. На самом деле Маркс говорил, что реальное буржуазное общество отнюдь не состоит только из класса рабочих и класса промышленных капиталистов. За последние десятилетия число так называемых пролетариев в белых воротничках значительно возросло и составляет сейчас в высокоразвитых капиталистических странах не менее одной четверти всего населения, занятого в сфере промышленного производства. Работники этих категорий, так же как и собственно промышленный пролетариат, вынуждены продавать свою рабочую силу капиталистам и эксплуатируются ими; они точно так же подвергаются опасности быть выброшенными с предприятий и из контор во время спада производства и в результате внедрения автоматизации; их заработная плата часто ниже заработной платы квалифицированных рабочих. В силу этих причин они нередко выступают вместе с рабочими в едином строю против монополий, и в ходе этой борьбы постепенно преодолеваются усиленно культивируемые буржуазией перегородки между пролетариями, стоящими у станка, и работниками умственного труда. [25]
Рост числа инженерно-технических работников, административного персонала, лиц, занятых в сфере обслуживания, вызванный к жизни потребностями производства и реализации продукции, используется буржуазными идеологами для того, чтобы объявить - марксистское учение о классовой структуре п социальных антагонизмах капиталистического общества устаревшим. С этой целью они приписывают Марксу их крайне упрощенное понимание. На самом деле Маркс говорил о действительной структуре общества, которое отнюдь не состоит только из класса рабочих п класса промышленных капиталистов. За последние десятилетия число так называемых пролетариев в белых воротничках значительно возросло п составляет сейчас в высокоразвитых капиталистических странах около / 4 всего населения, занятого в сфере промышленного производства. [26]
Другим важным дифференцирующим признаком выступают социальные и этнические корни. В одних случаях мы имеем дело с промышленными рабочими, не утратившими связи с землей и сельскохозяйственными занятиями, рассматривающими свою занятость чисто инструментально, как вынужденный приработок. В другом случае перед нами иммигранты, гастарбайтеры ( а в Западной Европе в среднем 4 % рабочей силы составляют иностранцы), для которых их нынешняя работа является скорее всего делом временным и служит источником накопления средств. Они отчасти остаются изолированными от кадровых и местных рабочих. Еще более очевидны различия между синими и белыми воротничками, разделенными образовательным уровнем и характером труда. Таким образом, трудовой конфликт не обязательно вырастает из отношений между управляющими и исполнителями, но может возникать в рядах самих исполнителей. [27]
Низшие белые воротнички и низшие синие воротнички ( включая неквалифицированных сельскохозяйственных рабочих) реже всех наследовали профессии отцов и были высокомобильными. Низшие белые воротнички совершали в основном восхождение в высшие страты, хотя какая-то их часть была вынуждена перейти в разряд синих воротничков. Подобным же образом сыновья из семей, относящихся к категориям низших синих воротничков, чаще становились высшими синими воротничками, а небольшая их часть проникала даже в разряд белых воротничков. В итоге можно сказать, что американцы городского происхождения наталкивались на реальный барьер: белые воротнички - синие воротнички, однако препятствие оказывалось относительно преодолимым. [28]