Cтраница 4
Поскольку гений, согласно Шопенгауэру, представляет собой не только случайное и уникальное явление, но и решительное отклонение от среднечеловеческой нормы, поскольку он как бы заброшен в этот чуждый ему мир полезности и своекорыстия в качестве носителя совершенно иного принципа - принципа бесполезности ( и потому оказывается в этом мире странником, не находящим себе пристанища у обыкновенных людей пользы), - постольку проблема взаимопонимания между людьми гения и людьми пользы оказывается вообще неразрешимой внутри шопенгауэровской системы. Причем, как это часто случается с автором трактата Мир как воля и представление, именно неразрешимость той или иной проблемы Шопенгауэр объявляет некоторой нормой, приписывая причину этого обстоятельства не своей собственной философии, не порокам своего теоретического мышления, а изначальной порочности самого мира. Так, миру, сконструированному по системе Шопенгауэра, приходится расплачиваться за недостатки и ограниченность теоретического мышления философа. [46]
Потребовался гений Джемса Кларка Максвелла, который, опираясь на результаты экспериментов Фарадея, сумел - обнаружить некорректность уравнений (6.22) и надлежащим образом изменить их, что в итоге привело к открытию новых физических явлений, не известных в то время, но впоследствии подтвержденных экспериментально во всех деталях. Такая блестящим образом дополненная Максвеллом в 1865 г. система уравнений заслуженно известна под названием уравнений Максвелла. [47]