Cтраница 1
Совершенное государство может изменяться по двум причинам. Какие превентивные меры по отношению к ним предусматривает Платон, это мы тоже уже видели. [1]
Во всяком совершенном государстве ( значит, в таком, где ни один из граждан не обладает правом по собственному усмотрению использовать свои силы ради обеспечения собственной безопасности... Ибо всякий, кто подчинил свою волю воле государства настолько, что оно может безнаказанно делать что угодно, издавать законы, разрешать тяжбы, налагать наказания, по собственному усмотрению пользоваться силами и средствами всех граждан, и все это по праву, без сомнения предоставил ему [ с. [2]
Согласно Платону, справедливое и совершенное государство - это высшее из всего, что может существовать на Земле. Поэтому человек живет ради государства, а не государство - ради человека. В учении об идеальном государстве мы находим ярко выраженное господство всеобщего над индивидуальным. [3]
Все усилия Платона направлены на то, чтобы лишить совершенное государство самой возможности всякого развития, оставить ему право лишь функционировать. Существуют, по Платону, четыре фактора, способст-ву Тощие развитию государства: два экономических: 1) рост численности населения и 2) расширенное воспроизводство - и два идеологических фактора: 3) новаторство в искусстве и 4) новшества в системе воспитания. [4]
Достаточно полное обоснование тоталитаризма содержится в раб. Его идеал совершенного государства отождествляется с обществом, которому присущи такие черты, как безусловное подчинение индивида государству; общественная собственность на землю, дома, жен и детей; всеобщее насаждение единомыслия и коллективизма; государственное регламентирование законами не только общественной, но и частной жизни ( определение распорядка дня и ночи); единая религия, обязательная для всех граждан; очищение государства от неугодных лиц с помощью смертной казни или изгнания. [5]
Нетрудно заметить, что все три предположения покоятся на едином основании, имя которому - этический рационализм. Кто бы и как бы ни пришел к власти во имя претворения в жизнь идеи совершенного государства, он прежде всего должен убедить людей в своей правоте, убедить их в том, что в новом государстве им будет лучше. [6]
В этом пункте античные утопии разительно отличаются от утопий Нового времени. Циклический характер времени обеспечивал античным мыслителям сравнительную беззаботность относительно проблемы осуществимости идеала, и мы уже видели, что совершенное государство Платона находится как впереди, так и позади современной ему действительности: проект одновременно оказывается и ретроспекцией. [7]
Поиски абсолютной цели направлены к установлению единой, вытекающей из самого существа государства, цели, которая всегда и всюду, во всех исторических формах проявления государства, остается неизменной. Такая цель устанавливалась не эмпирически, а чисто рационалистически, она вытекала не из наблюдения над фактами действительной жизни, а из идеала совершенного государства. Практическое побуждение к отысканию абсолютной цели заключалось в определении дедуктивным путем тех задач, которые должна преследовать государственная власть. [8]
И так обстоит дело не только в философском, но и во всяком другом познании, а равно и в области практического действия. История так же, как и познание, не может получить окончательного завершения в каком-то совершенном, идеальном состоянии человечества; совершенное общество, совершенное государство, это - вещи, которые могут существовать только в фантазии. Напротив, все общественные порядки, сменяющие друг друга в ходе истории, представляют собой лишь преходящие ступени бесконечного развития человеческого общества от низшей ступени к высшей. Каждая ступень необходима и, таким образом, имеет свое оправдание для того времени и для тех условий, которым она обязана своим происхождением. Но она становится непрочной и лишается своего оправдания перед лицом новых, более высоких условий, постепенно развивающихся в ее собственных недрах. Она вынуждена уступить место более высокой ступени, которая, в свою очередь, также приходит в упадок и гибнет. Эта диалектическая философия разрушает все представления об окончательной абсолютной истине и о соответствующих ей абсолютных состояниях человечества так же, как буржуазия посредством крупной промышленности, конкуренции и всемирного рынка практически разрушает все устоявшиеся, веками освященные учреждения. [9]
Справедливость включает в себя равенство. О каком равенстве может быть речь, если люди от рождения разные, т.е. неравны уже по своим задаткам и способностям. Нужно ли предоставлять гражданину совершенного государства право занимать в нем любые должности, если он не имеет для этого соответствующих способностей. Нет, отвечает Платон, этого делать ни в коем случае нельзя. Права всех граждан совершенного государства ограничены их реальными возможностями, и именно в этом смысле все они равны. [10]
Платон вошел в историю философии как мыслитель, впервые разработавший идеал государства. Для этого каждому требуется осознать свое природное и законодательное предназначение; заниматься своим делом и не вмешиваться в чужие, - отмечал Платон, - это и есть справедливость. В совершенном государстве ( а таковым Платон не мог признать ни одно из существовавших тогда) представители всех сословий должны служить Абсолютному Благу. В идеальном государстве управлять должны философы. [11]
Но именно в том и состояло истинное значение и революционный характер гегелевской философии ( которой, как завершением всего философского движения со времени Канта, мы должны здесь ограничить наше рассмотрение), что она раз и навсегда разделалась со всяким представлением об окончательном характере результатов человеческого мышления и действия. Истина, которую должна познать философия, представлялась Гегелю уже не в виде собрания готовых догматических положений, которые остается только зазубрить, раз они открыты; истина теперь заключалась в самом процессе познания, в длительном историческом развитии науки, поднимающейся с низших ступеней знания на все более высокие, но никогда не достигающей такой точки, от которой она, найдя некоторую так называемую абсолютную истину, уже не могла бы пойти дальше и где ей не оставалось бы ничего больше, как, сложа руки, с изумлением созерцать эту добытую абсолютную истину. И так обстоит дело не только в философском, но и во всяком другом познании, а равно и в области практического действия. История так же, как и познание, не может получить окончательного завершения в каком-то совершенном, идеальном состоянии человечества; совершенное общество, совершенное государство, это - вещи, которые могут существовать только в фантазии. Напротив, все общественные порядки, сменяющие друг друга в ходе истории, представляют собой лишь преходящие ступени бесконечного развития человеческого общества от низшей ступени к высшей. Каждая ступень необходима и, таким образом, имеет свое оправдание для того времени и для тех условий, которым она обязана своим происхождением. Но она становится непрочной и лишается своего оправдания перед лицом новых, более высоких условий, постепенно развивающихся в ее собственных недрах. Она вынуждена уступить место более высокой ступени, которая, в свою очередь, также приходит в упадок и гибнет. Эта диалектическая философия разрушает все представления об окончательной абсолютной истине и о соответствующих ей абсолютных состояниях человечества так же, как буржуазия посредством крупной промышленности, конкуренции и всемирного рынка практически разрушает все устоявшиеся, веками освященные учреждения. [12]
Справедливость включает в себя равенство. О каком равенстве может быть речь, если люди от рождения разные, т.е. неравны уже по своим задаткам и способностям. Нужно ли предоставлять гражданину совершенного государства право занимать в нем любые должности, если он не имеет для этого соответствующих способностей. Нет, отвечает Платон, этого делать ни в коем случае нельзя. Права всех граждан совершенного государства ограничены их реальными возможностями, и именно в этом смысле все они равны. [13]
В своем произведении Книжка поистине золотая и равно полезная, как и забавная, о наилучшем устройстве государства и острове Утопия ( 1516), давшем название самому направлению теоретической мысли, Томас Мор размышляет о проблемах социально-политического устройства. Все беды английского общества периода первоначального накопления капитала Томас Мор связывает с господством частной собственности. На своем острове Утопия он устраивает совершенное государство с совместным производством и справедливым государственным распределением полученных продуктов. Томас Мор попытался свести государство к большой семье, в которой не может быть имущественного расслоения, ибо в рамках семьи частная собственность утрачивает свой смысл. Причем необходимо, полагал он, чтобы люди осознали эту утрату. Отсюда следует предположение о том, что справедливое государство может быть воплощено в жизнь только благодаря деятельности просвещенного монарха и что для этого не потребуется слишком много времени, в чем, собственно, и проявился дух утопизма. [14]