Cтраница 3
Эти-то, спасающие грешников, нищие разделялись на богаделенных, кладбищенских, дворцовых, дворовых, патриарших, соборных, монастырских, церковных, гулящих и леженок. Нищие, имевшие пристанище в избушках, назывались богаделенными. Каменные богадельни стали строить со времен Елисаветы Петровны, Множество богаделен, упоминаемых в XVII веке, никакой не приносили пользы для призрения бедных. Царь Иван Васильевич Грозный восстал против них на Стоглавом Соборе и велел всех их повыгнать из богаделен. Все же остальные, находившие в богадельнях кров, были обыкновенными нищими, которые только назывались богадельными. До сих пор существуют богадельни при кладбищах; живут там нищие старухи, и всякий раз, когда кого-нибудь хоронят, богаделенки не дадут спокойно зарыть могилу и требуют милостыни. При царском дворце, в Кремле, существовали нищие под именем богомольцев верховых, которые от царя получали не только пищу, но даже и жалование и форменную одежду. Они дожили до Петра и раз просили у него кормов и жалованья, какие они получали при его родителях ( Снег. Ко дворам, где хранились царские запасы, также приписаны были нищие, и были чем-то вроде служащих. Таковы были нищие Аптекарского двора. Были нищие, жившие при соборах, по свидетельству г. Снегирева, в роде штатных. Так, сидевшие при Успенском соборе убогие и калеки именовались успенскими, другие архангельскими, Васильевскими ( Василия Блаженного) и чудовскими. Успенских нищих было 12, вероятно, по числу 12 апостолов. Были, вероятно, нищие и при областных соборах, как видно из писцовых книг города Мурома 1637 года: В осыпи же позади церкви Николы, что за Хлебным рядом, место дворовое соборного протопопа Федора, а ныне на том месте двор соборного пономаря Васьки Тимофеева, да четыре кельи, а в них живут нищие, платят соборному протопопу Федору с братиею на год с кельи по гривне, и того 12 алтын, 2 деньги. Известны патриаршие богадельни, называвшиеся домовыми или келейными. [31]
Звонили непрерывно, о важном и о пустяках. Звонки еще резче подчеркивали настороженную тишину. Легко было себе представить пустынный, ночной, слабо освещенный, пронизанный осенними морскими ветрами Петербург. Буржуазный и чиновничий люд жмется в своих постелях, стараясь разгадать, что творится на загадочных и опасных улицах. Комиссии и совещания правительственных партий исходят бессилием в царских дворцах, где живые призраки демократии натыкаются на еще не рассеявшиеся призраки монархии. Моментами шелк и позолота залов погружается во тьму: не хватает угля. По районам бодрствуют отряды рабочих, матросов, солдат. [32]
Одна из особенностей культурной жизни России XVII века связана с сосредоточенностью основных художественных сил в Москве. Здесь трудились русские, иностранные художники, развертывалась деятельность самого значительного живописца XVII века Симона Ушакова. В его иконе Спас нерукотворный заметны новые, реалистические элементы живописи: объемность, элементы прямой перспективы. Плодотворно развивается в этот период монументальная живопись. Для нее характерно расширение тематики, динамизм композиций. Наиболее отчетливо новшества в художественной культуре обнаруживаются в памятниках архитектуры. Возводятся гражданские сооружения, терема, царские дворцы, трапезные. [33]