Cтраница 2
Теперь возникает вопрос: каким образом это чисто количественное деление прибыли на чистую прибыль и процент переходит в качественное. Другими словами, каким образом капиталист, применяющий лишь свой собственный, а не заемный капитал, тоже относит часть своей валовой прибыли в особую категорию процента и особо исчисляет его как таковой. И, далее, каким образом в связи с этим всякий капитал - заемный или нет - как капитал, приносящий проценты, отличается от себя самого как приносящего чистую прибыль. [16]
Теперь возникает вопрос: каким образом это чисто количественное деление прибыли на чистую прибыль и процент переходит в качественное. Другими словами, каким образом капиталист, применяющий лишь свой собственный, а не заемный капитал, тоже относит часть своей валовой прибыли в особую категорию процента и особо исчисляет его как таковой. И, далее, каким образом в связи с этим всякий капитал, - заемный или нет, - как капитал, приносящий проценты, отличается от себя самого как приносящего чистую прибыль. [17]
Поскольку кредитные отношения получают широкое распространение, то деление прибыли на процент и предпринимательский доход приобретает всеобщее значение. [18]
Поскольку пользование ссудой в условиях развитого капитализма становится обычным явлением, деление прибыли на процент и предпринимательский доход принимает всеобщий характер. Всякая прибыль, независимо от того, получена ли она в результате использования собственного или заемного капитала, начинает делиться на указанные две части. Такое деление прибыли еще больше маскирует сущность капиталистической эксплуатации, фетишизирует производственные отношения буржуазного общества. Что касается процента, то в формуле Д - Ц он представляется не результатом эксплуатации наемного труда, а плодом капитала как такового, ибо ссудные капиталисты сами непосредственно ни в какие отношения с рабочими не вступают. Поэтому буржуазные экономисты стремятся свести все виды нетрудовых доходов к ссудному проценту, в котором проявляется якобы естественное свойство капитала создавать деньги. [19]
Поскольку пользование ссудой в условиях развитого капитализма становится обычным явлением, деление прибыли на процент и предпринимательский доход принимает всеобщий характер. Всякая прибыль, независимо от того, получена ли она в результате использования собственного или заемного капитала, начинает делиться на указанные две части. Такое деление прибыли еще больше маскирует сущность капиталистической эксплуатации, фетишизирует производственные отношения буржуазного общества. Что касается процента, то в формуле Д - Д он представляется не результатом эксплуатации наемного труда, а плодом капитала как такового, ибо ссудные капиталисты сами непосредственно ни в какие отношения с рабочими не вступают. Поэтому буржуазные экономисты стремятся свести все виды нетрудовых доходов к ссудному проценту, в котором проявляется якобы естественное свойство капитала создавать деньги. [20]
Аналитический показатель, используемый для оценки деятельности центров инвестиций и их менеджеров; рассчитывается делением прибыли отделения ( сегмента) на соответствующие ( контролируемые менеджером) активы. [21]
Возврат на вложение: аналитический показатель, используемый для оценки деятельности центров инвестиций и их менеджеров; рассчитывается делением прибыли отделения ( сегмента) на соответствующие ( контролируемые менеджером) активы. [22]
Приведенная формула основана на том, что срок окупаемости и рентабельность капитальных вложений - это показатели, обратные друг другу: срок окупаемости определяется делением суммы капитальных вложений на прибыль, а рентабельность - делением прибыли на сумму капитальных вложений. [23]
Что же касается нормальных средних прибылей, они кажутся имманентными капиталу, независимыми от эксплуатации; кажется, что ненормальная эксплуатация, а также средняя эксплуатация при исключительно благоприятных условиях обусловливают лишь отклонения от средней прибыли, а не самую среднюю прибыль. Деление прибыли на предпринимательский доход и процент ( не говоря уже о вмешательстве торговой и денежно-торговой прибыли, которые основаны на обращении и кажутся возникающими целиком из обращения, а не из процесса самого производства) завершает обособление формы прибавочной стоимости, закостенение ее формы по отношению к ее субстанции, ее сущности. Одна часть прибыли, в противоположность другой, совершенно отрывается от капиталистическая отношения как такового и представляется возникающей не из функции эксплуатации наемного труда, а из наемного труда самого капиталиста. В противоположность этому, процент представляется возникающим независимо от наемного труда рабочего и от собственного труда капиталиста, а из капитала как своего собственного независимого источника. Если первоначально, на поверхности обращения, капитал казался капиталом-фетишем, стоимостью, порождающей стоимость, то теперь, в виде капитала, приносящего проценты, он представляется в наиболее отчужденной и наиболее своеобразной форме. А потому формула: капитал - процент, как третье звено в формулах земля - рента и труд - заработная плата, гораздо последовательнее, чем формула капитал - прибыль, потому что в прибыли все еще сохраняется воспоминание о ее происхождении, которое в проценте не только исчезло, но фиксировано в форме, противоположной этому происхождению. [24]
Что же касается нормальных средних прибылей, они кажутся имманентными капиталу, независимыми от эксплуатации; кажется, что ненормальная эксплуатация, а также средняя эксплуатация при исключительно благоприятных условиях обусловливают лишь отклонения от средней прибыли, а не самую среднюю прибыль. Деление прибыли на предпринимательский доход и процент ( не говоря уже о вмешательстве торговой и денежно-торговой прибыли, которые основаны на обращении и кажутся возникающими Целиком из обращения, а не из процесса самого производства) завершает обособление формы прибавочной стои-м ет-и, закоетенение ее формы по отношению к ее субстанции, ее сущности. Одна часть прибыли, к противоположность другой, совершенно отрывается от капиталистического отношения как такового и представляется возникающей не из функции эксплуатации наемного труда, а из наемного труда самого капиталиста. В противоположность этому, процент представляется возникающим независимо от наемного труда рабочего и от собственного труда капиталиста, а из капитала как своего собственного независимого источника. Вели первоначально, на поверхности обращения, капитал казался капиталом-фетишем, стоимостью, порождающей стоимость, то теперь, в виде капитала, приносящего проценты, он представляется в наиболее отчужденной и наиболее своеобразной форме. А потому формула: капитал - процент, как третье звено в формулах земля - рента и труд - заработная плата, гораздо последовательнее, чем формула капитал - прибыль, потому что в прибыли все еще сохраняется воспоминание о ее происхождении, которое в проценте не только исчезло, но фиксировано в форме, противоположной этому происхождению. [25]
Ссудный процент ( цена кредита) есть часть прибавочной стоимости, величина которого зависит от себестоимости продукции, представляющей затраты живого и овеществленного труда. Деление прибыли на предпринимательский доход и ссудный процент происходит на рынке в конкурентной борьбе. При делении прибыли возникают противоречия между ссудными и функционирующими капиталистами: ссудные заинтересованы в высоком уровне процента и в низком предпринимательском доходе, а другие - в обратном. [26]
На происхождение ее теперь указывает лишь то, что функционирующий капиталист, поскольку он является собственником своего капитала, не конкурирует - по крайней мере активно - в определении ставки процента. Чисто количественное деление прибыли между двумя лицами, имеющими различные юридические титулы на нее, превратилось в качественное деление, которое кажется вытекающим из самой природы капитала и прибыли. Потому что, как мы видели, когда часть прибыли вообще принимает форму процента, разность между средней прибылью и процентом, или избыток прибыли над процентом, превращается в противоположную проценту форму, в форму предпринимательского дохода. Эти две формы, процент и предпринимательский доход, существуют лишь в своей противоположности. Следовательно, обе они находятся в известном соотношении не с прибавочной стоимостью, по отношению к которой они суть лишь части, фиксированные под различными категориями, рубриками и названиями, а в соотношении одна с другой. Так как одна часть прибыли превращается в процент, то другая выступает в виде предпринимательского дохода. [27]
На происхождение ее теперь указывает лишь то, что функционирующий капиталист, поскольку он является собственником своего капитала, не конкурирует - по крайней мере активно - в определении ставки процента. Чисто количественное деление прибыли между двумя лицами, имеющими различные юридические титулы на нее, превратилось в качественное деление, которое кажется вытекающим из самой природы капитала и прибыли. Потому что, как мы видели, когда часть прибыли вообще принимает форму процента, разность между средней прибылью и процентом, или избыток прибыли над процентом, превращается в противоположную проценту форму, в форму предпринимательского дохода. Эти две формы, процент и предпринимательский доход, существуют лишь в своей противоположности. Следовательно, обе они находятся в известном соотношении не с прибавочной стоимостью, по отношению К которой они суть лишь части, фиксированные под различными категориями, рубриками и названиями, а в соотношении одна с другой. Так как одна часть прибыли превращается в процент, то другая выступает в виде предпринимательского дохода. [28]
Всякая прибыль, независимо от того, получена ли она в результате использования собственного или заемного капитала, начинает делиться на указанные две части. Такое деление прибыли еще больше маскирует сущность капиталистической эксплуатации, фетишизирует производственные отношения буржуазного общества. Что касается процента, то в формуле Д - Д он представляется не результатом эксплуатации наемного труда, а плодом капитала как такового, ибо ссудные капиталисты сами непосредственно ни в какие отношения с рабочими не вступают. Поэтому буржуазные экономисты стремятся свести все виды нетрудовых доходов к ссудному проценту, в котором проявляется якобы естественное свойство капитала создавать деньги. [29]
Поэтому, если капиталист - собственник капитала, с которым он функционирует, то он кладет себе в карман всю прибыль, или прибавочную стоимость; для рабочего совершенно безразлично, берет ли капиталист всю прибыль себе или должен выплачивать часть ее третьему лицу как юридическому собственнику. Таким образом основы деления прибыли между двумя видами капиталистов превращаются под рукою в основы существования подлежащей делению прибыли, прибавочной стоимости, которую, независимо от какого бы то ни было позднейшего деления, капитал как таковой извлекает из процесса воспроизводства. На том, что обе ее части имеют противоположные формы. Но прибыль производится, прежде чем будет произведено это деление, прежде чем о нем может быть речь. [30]