Cтраница 1
Другой депутат от городов говорит, что этот параграф следует вычеркнуть, ибо обременительное постановление о том, что всякий должен указать, откуда у него дрова -, - в силу чего всякий подозревается в краже пли хранении краденого, - является грубым и оскорбительным вторжением в жизнь граждан. [1]
Другой депутат из Познани, Бусман из Гнезена, считает, что одно уже его присутствие является доказательством того, что в Познани проживают также и немцы. Он хочет доказать на основании статистических данных, что в его районе живет масса немцев. Кроме того, имущество более чем на две трети находится в руках немцев. [2]
Милюков также вспоминает о своей речи и о речи ряда других депутатов в Думе: Наши речи были запрещены для печати, но это только усилило их резонанс. В миллионах экземпляров они были размножены на машинках министерств и штабов - и разлетелись по всей стране. [3]
Нападки, которые мы слышали сегодня, не имеют совершенно ничего общего с вопросами, слушавшимися на заседаниях комитета, - заявил другой депутат, Уот-сон Резерфорд. Критикуя Черчилля за использование пугала монополизма и за травлю евреев, он сообщил, что рост цен на нефтяное топливо было вызван не махинациями какого-либо треста или круга лиц, а тем, что международный рынок мазута, в отличие от рынков бензина, керосина и смазочных масел, возник лишь за последние два или три года вследствие создания новых областей применения этого топлива... Во всем мире наблюдается нехватка, - продолжил он, - данного вида сырья, которое лишь недавно стало использоваться для некоторых целей. [4]
Поэтому, признавая безусловно недопустимыми и означающими на деле полный разрыв с интернационализмом и социализмом какие бы то ни было уступки революционному оборончеству, конференция заявляет вместе с тем, что до тех пор, пока русские капиталисты и их Временное правительство ограничивается только угрозами насилия против народа ( например, печально-знаменитый указ Гучкова, грозящий карами за самочинное смещение начальства солдатами), до тех пор, пока капиталисты не перешли к насилию над свободно организующимися и свободно сменяющими и выбирающими все и всякие власти Советами рабочих, солдатских, крестьянских, батрацких и других депутатов, - до тех пор наша партия будет проповедовать отказ от насилия вообще, борясь против глубокой и роковой ошибочности революционного оборончества исключительно способами товарищеского убеждения, разъяснением той истины, что бессознательно-доверчивое отношение широких масс к правительству капиталистов, худших врагов мира и социализма, есть в данный момент в России главная помеха быстрому окончанию войны. [5]
Письмо в Правду депутата костромских рабочих Шагова ( № 22 / 226) чрезвычайно ясно указало, на каких условиях рабочие считают осуществимым единство социал-демократии. Письма целого ряда других депутатов рабочей курии ( Правда № № 21 - 28) подтвердили этот взгляд. Сами рабочие снизу должны осуществлять единство. Ликвидаторы не должны вести борьбы против подполья, а сами входить в него. [6]
Не менее закономерно, что многочисленные попытки телевидения объявить негласный бойкот Владимиру Жириновскому рано или поздно проваливались. Естественно, что подобные типажи более выгодны для политической жизни, поскольку им легче и эффективнее удается отстроиться от других депутатов, они заняли уже свое место в головах избирателей. [7]
Поэтому, признавая безусловно недопустимыми и означающими на деле полный разрыв с интернационализмом и социализмом какие бы то ни было уступки революционному оборончеству, конференция заявляет вместе с тем, что до тех пор, пока русские капиталисты и их Временное правительство ограничиваются только угрозами насилия против народа ( напр. Гучкова, грозящий карами за самочинное смещение начальства солдатами), до тех пор, пока капиталисты не перешли к насилию над свободно организующимися и свободно сменяющими и выбирающими все и всякие власти Советами рабочих, солдатских, крестьянских, батрацких и других депутатов, - до тех пор наша партия будет проповедывать отказ от насилия вообще, борясь против глубокой и роковой ошибочности революционного оборончества исключительно способами товарищеского убеждения, разъяснением той истины, что бессознательно-доверчивое отношение широких масс к правительству капиталистов, худших врагов мира и социализма, есть в данный момент в России главная помеха быстрому окончанию войны. Часть мелкой буржуазии заинтересована в этой политике капиталистов, в этом сомневаться нельзя, и поэтому непозволительно пролетарской партии возлагать теперь надежды на общность интересов с крестьянством. Мы боремся за то, чтобы крестьянство перешло на нашу сторону, но оно стоит, до известной степени сознательно, на стороне капиталистов. [8]
Временное правительство ограничиваются только угрозами насилия против народа ( напр. Гучкова, грозящий карами за самочинное смещение начальства солдатами51), до тех пор, пока капиталисты не перешли к насилию над свободно организующимися и свободно сменяющими и выбирающими все и всякие власти Советами рабочих, солдатских, крестьянских, батрацких и других депутатов, - до тех пор наша партия будет проповедывать отказ от насилия вообще, борясь против глубокой и роковой ошибочности революционного оборончества исключительно способами товарищеского убеждения, разъяснением той истины, что бессознательно-доверчивое отношение широких масс к правительству капиталистов, худших врагов мира и социализма, есть в данный момент в России главная помеха быстрому окончанию войны. [9]
Национальное собрание в Берлине не является частью, оно есть целое, так как оно правомочно принимать решения. Бранденбургское же собрание во Франкфурте станет частью, так как к 150 депутатам, выход которых из парламента стал необходимостью, безусловно присоединятся еще многие другие депутаты, которые не захотят участвовать в учреждении франкфуртского Союзного сейма. Он боится красной республики и декретирует красную монархию / Мы не хотим прослои монархии, мы не хотим, чтобы окрашенная в алый цвет корона Австрии простерла свою власть над Пруссией, и поэтому заявляем, что германский парламент совершил государственную измену. Впрочем, мы оказываем ему слишком много чести; мы придаем ему политическое значение, которое он давно утратил. Франкфуртскому парламенту уже вынесен самый суровый приговор: игнорирование его постановлений и - забвение. [10]
Другой депутат от городе точно так же пред. Поправка, но сто мнению, нарушает полон енш уголопщн о права, согласно которым не может последовать усиления меры наказании до тех пор. [11]