Cтраница 2
Высказанный здесь Менделеевым прогноз можно назвать долгосрочным: более трех десятилетий спустя ( в 1939 г.), исследуя уран ( воздействуя на него медленными нейтронами), О. Штрассман открыли реакцию деления ядра, поскольку им удалось доказать, что наивысшая ( до тех пор) концентрация массы вещества в неделимую массу атома урана, будучи увеличена на одну атомную единицу, приходит в неустойчивое, возбужденное состояние и раскалывается на две части. Конечно, Менделеев не предвидел, да и не мог предвидеть того, к каким именно конкретно многим новым открытиям поведет исследование урана, тем более что к концу жизни он выступал как противник идеи превращаемости элементов друг в друга; тем не менее его призыв к молодым ученым, ищущим предметов для новых исследований, заниматься ураном звучит сегодня как замечательный прогноз, продиктованный опять же периодическим законом. [16]
Открытие атомной энергии и способов ее практического использования служит блестящей иллюстрацией этого положения. Еще Менделеев в тех же Основах химии отмечал, что инертность элементов нулевой группы и радиоактивные явления представляют своего рода неожиданность и крайность, какими-то еще глубоко сокрытыми способами связанные с крайностью в эволюции элементов самого урана. Наивысшая, из известных, концентрация массы весомого вещества в неделимую массу атома, существующая в уране, уже a priori должна влечь за собою выдающиеся особенности... В связи с этим Менделеев дает следующий1 совет ученым, ищущим новые интересные и важные для науки проблемы: Убежденный в том, что исследование урана, начиная с его природных источников, поведет еще ко многим новым открытиям, я смело рекомендую тем, кто ищет предметов для новых исследований, особо тщательно заниматься урановыми соединениями... Этот совет звучит ныне особенно знаменательно, как одно из наиболее важных предвидений великого химика, как один из его научных заветов будущим поколениям ученых. [17]
Между всеми известными химическими элементами уран выдается тем, что обладает наивысшим атомным весом и, принадлежа к VI группе и 12-му ряду ( см. предисловие), кругом него нет известных элементов, ни VI-11 и VI-13, или V-12 и VII-12. Этим обстоятельствам ныне, когда периодическая система элементов оправдывается с разнообразнейших сторон, мне кажется, должно приписать немалое значение для того интереса, который, очевидно, возрастает по отношению к урану, особенно с тех пор, как с ним оказались связанными два из важнейших - во множестве отношений - открытия физики и химии нашего времени, а именно открытие аргоновых элементов ( особенно гелия) и радиоактивных веществ. Те и другие представляют своего рода неожиданность и крайность, какими-то, еще глубоко сокрытыми способами связанные с крайностью в эволюции элементов самого урана. Наивысшая, из известных, концентрация массы весомого вещества в неделимую массу атома, существующая в уране, уже a priori должна влечь за собою выдающиеся особенности, хотя я вовсе не склонен ( на основании суровой, но плодотворной дисциплины индуктивных знаний) признавать даже гипотетическую превращаемость элементов друг в друга и не вижу никакой возможности происхождения аргоновых или радиоактивных веществ из урана или обратно. Убежденный в том, что исследование урана, начиная с его природных источников, поведет еще ко многим новым открытиям, я смело рекомендую тем, кто ищет предметов для новых исследований, особо тщательно заниматься урановыми соединениями и прибавлю здесь, что для меня лично, уран весьма знаменателен уже потому, что играл выдающуюся роль в утверждении периодического закона, так как перемена его атомного веса ( из U 120 в U 240) вызвана была признанием этого закона и оправдана ( Роско, Раммельсбергом, Циммерманом и другими) действительностью, а для меня служила ( вместе с атомными весами Се и Be) пробным камнем общности периодического закона; к сожалению, природные урановые минералы по своей редкости мало доступны большинству исследователей. [18]