Cтраница 4
Черносотенцы образуют последний тип наших политических партий. Они хотят не конституции 17-го октября, как гг. Гучковы, а сохранения и формального восстановления самодержавия. В их интересах - вся та грязь, темнота и продажность, которые процветают при всевластии обожаемого монарха. Их сплачивает бешеная борьба за привилегии камарильи, за возможность по-прежнему грабить, насильничать и затыкать рот всей России. Защита во что бы то ни стало теперешнего царского правительства сплачивает их сплошь да рядом с октябристами, и поэтому относительно каких-нибудь правопорядцев так трудно сказать, где тут кончается черносотенец и где начинается октябрист. [46]
Либеральная буржуазия, кадеты, колеблется между правительством и народом. Легко сказать: взять деньги из текущей росписи, сократив вредные расходы. Но деньги нужны немедленно, а на такую операцию требуется согласие Гос. Значит, кадеты рассчитывают добиться добровольного согласия высших чиновников и камарильи. На чем основан расчет кадетов. [47]
Но тут возникло затруднение: были уверены, что во всем дюссельдорфском судебном округе не удастся найти присяжных, которые осудили бы г-на Кантадора. А именно в осуждении Лассаля были заинтересованы власти в Дюссельдорфе, министерство и даже высокая и высочайшая камарилья. [48]