Cтраница 2
Теория игр, как п всякая математическая модель, имеет своп ограничения. В реальном конфликте зачастую оптимальная стратегия состоит в том, чтобы угадать, в чем противник глуп, и воспользоваться этой глупостью в свою пользу. Схемы теории игр не включают элементов риска, неизбежно сопровождающего разумные решения в реальных конфликтах. В теории игр выявляется наиболее осторожное, перестраховочное поведение участников конфликта. [16]
В последние десять лет утверждение о том, что несколько крупнейших компаний обладают огромной наднациональной властью, все меньше и меньше отражало истинное положение вещей, если оно вообще когда-либо было обоснованным в том смысле, как это изображали некоторые критики. Вполне возможно, что международные компании заправляют такими бюджетами, которые в несколько раз превышают бюджеты большинства африканских, азиатских и латиноамериканских государств. Свобода инвестировать и перебрасывать фонды в рамках своей структуры, безусловно, приводит к реальным конфликтам между их корпоративными интересами и национальными интересами стран, где компании осуществляют свои операции. Но то обстоятельство, что их капиталовложения существуют в виде физических активов, таких, как нефтеперерабатывающие, сбытовые и нефтедобывающие предприятия, делает их во многих отношениях гораздо более уязвимыми в условиях давления со стороны националистических кругов, чем если бы они занимались исключительно торговлей. Как об этом неоднократно свидетельствовала национализация этих активов во многих странах в прошлом, если операции нефтяных компаний становятся объектом нападок, последние мало что могут сделать, как бы мала ни была страна, где они подвизаются. И, как показали длительные переговоры производителей и потребителей с правительствами по поводу цен, государственного участия в деятельности компаний и условий предоставления концессий, после того как капиталовложения в эти активы уже сделаны, компании проявляют естественную тенденцию цепляться за них любой ценой. [17]
Игровую модель и теорию игр можно использовать для построения, оптимальных алгоритмов управления системами, на которые случайным образом воздействуют окружающая среда или другие управляющие системы. Каждую из систем, принимающих участие в игре, называют стороной, игроком или участником игры. От реального конфликта игра отличается тем, что ведется по определенным правилам, которые указывают права и обязанности участников, а также исход игры - выигрыш или проигрыш каждого участника в зависимости от сложившейся обстановки. [18]
На дальней границе взаимодействия конфигурации обоих многообъектных систем с залповым обменом на такте взаимодействия обладают свойствами статичности. Поэтому рассматривается предложенное в [54] модифицированное ЦР ( МЦР) с формированием зависимости ЦР от текущего состояния и с совмещением ЦР и конфликтно-оптимального прогноза. Первое свойство достигается на основе доопределения матриц ЦР в зависимости от конкретной конфигурации ЛС ПВО - ЛС СВН в начале такта. Второе свойство обеспечивается комбинацией моделей ЦР и моделей динамики средних [38] с учетом показателей конфликтующих систем и конфликтно-оптимальных тактических компонент прогноза. Для повышения качества прогноза может быть введен промежуточный этап имитации такта конфликта. Полученное МЦР может быть применено в реальном конфликте при соответствующем информационном обеспечении. Кроме того, очевидна практическая значимость МЦР в задачах оценки эффективности [ 173, стр. [19]
Поэтому естественно, что все неспонтанные понятия, усвоенные ребенком от взрослых, не только не будут иметь ничего общего со спонтанными понятиями, являющимися продуктом собственной активности детской мысли, но должны в целом ряде существеннейших отношений быть прямо противоположны им. Между теми и другими невозможны никакие другие отношения, кроме отношений постоянного и непрерывного антагонизма, конфликта и вытеснения одних другими. Одни должны убраться прочь для того, чтобы другие могли занять их место. Так на всем протяжении детского развития должны существовать две антагонистические группы понятий - спонтанных и неспонтанных, - которые вместе с возрастом изменяются только в количественных соотношениях. Вначале преобладают одни; при переходе от одной возрастной ступени к другой прогрессивно возрастает количество других. В школьном возрасте в связи с процессом обучения неспонтанные понятия окончательно вытесняют к 11 - 12 годам спонтанные, так что к этому возрасту умственное развитие ребенка оказывается, по Пиаже, уже вполне законченным, и самый важный акт, разрешающий всю драм развития и падающий на эпоху созревания, высшая ступень умственного развития - образование подлинных зрелых понятий - выпадает из истории умственного развития как лишняя, ненужная глава. Пиаже говорит, что в действительности мы встречаем на каждом шагу в области развития детских представлений реальные конфликты между мыслью ребенка и мыслью окружающих, конфликты, приводящие к систематической деформации полученного от взрослых в детском уме. Больше того, все содержание развития без всякого остатка сводится, согласно этой теории, к одном непрерывному конфликту между антагонистическими формами мышления и к своеобразным компромиссам между ними, которые устанавливаются на каждой возрастной ступени и измеряются степенью убывания детского эгоцентризма. [20]