Cтраница 3
Наверное, каждый читал приключенческие рассказы, в которых кого-нибудь усыпляют, подсунув носовой платок, пропитанный хлороформом. Это не просто выдумки. Хлороформ - сильнейшее наркотическое средство и используется более ста лет. Ему было не так легко добиться согласия на это: многие тогда считали, что способность испытывать боль дана человеку богом и что вмешиваться в его замыслы - кощунство. Для доказательства этого ссылались на Библию, где сказано: В муках будешь рождать детей. Однако д-р Симпсон возражал, что, согласно той же Библии, бог, создавая Еву из ребра Адама, сам не обошелся без анестезии: И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из ребр его, и закрыл то, место плотию. Этот довод решил спор, а тот факт, что наркозом воспользовалась королева Виктория, сильно способствовал его распространению. [31]
В детстве всякий принимает уже готовые веросзнчя и верит, конечно, на слово; но и для таксой веры необходимо если не понимание, то некоторое представление о предметах веры, и действительно ребенок составляет себе такие представления, более или менее нелепые, свыкается с ними и считает их неприкосновенною святынею. Многие ( в былые времена почти все) с этими представлениями остаются навсегда и живут хорошими людьми. У других ум с годами растет и перерастает их детские верования. Сначала со страхом, потом с самодовольством одно верование за другим подвергается сомнению, критикуется полудетским рассудком, оказывается нелепым и отвергается. Что касается до меня лично, то я в этом возрасте не только сомневался и отрицал свои прежние верования, но и ненавидел их ото всего сердца - совестно вспоминать, какие глупейшие кощунства я тогда говорил и делал. К концу истории все верования отвергнуты и юный ум свободен вполне. [32]
Авторы этой книги испытали это на себе: сколь мучительно трудно отказаться от стереотипов и догм, усвоенных с детских лет, подкрепленных всей системой образования и воспитания. Несмотря на многие достижения гласности, появление новых пластов информации, выход большого числа публицистических работ и первых научных трудов, по-прежнему остается недоступной значительная часть ( принципиально важных. Специально доказывать, что это так и почему это так не нужно - достаточно лишь ознакомиться с опубликованной в Независимой газете от 18 июня 1991 г. стенограммой заседания Главной Редакционной Комиссии десятитомного труда Великая Отечественная война советского народа. Руководителю авторского коллектива, известному ученому профессору Д. А. Волкого-нову буквально выкручивали руки маршалы от правды, с военной прямотой заявляя: К документам мы их не пустим, архивы не дадим. Фалин с иезуитским цинизмом добавлял: Работа должна вестись, а в закрытые архивы переменный состав авторов не будет допущен. Вольницы тут нет и не может быть. Иначе, чем кощунством и святотатством, глумлением над памятью погибших и живых, обществом в целом, которое должно знать правду об одном из самых страшных периодов своей истории, подобный фарс не назовешь. [33]