Cтраница 2
В рамках чикагской школы были созданы предпосылки для возникновения урбанистической концепции Луиса Вирта ( 1897 - 1952), который разработал понятие городского образа жизни. В своей концепции Вирт воедино связал характеристики пространственной и социальной организации крупного города ( большая численность, высокая концентрация, социальная неоднородность населения) с характеристиками особого городского типа личности, который формируется в этих условиях. По мнению Вирта, численность, плотность и неоднородность населения находят свое выражение в городской культуре, которая характеризуется: преобладанием анонимных, деловых, кратковременных, частичных и поверхностных контактов в межличностном общении; снижением значимости территориальных общностей; уменьшением роли семьи; многообразием культурных стереотипов; неустойчивостью социального статуса горожанина, повышением его социальной мобильности; ослаблением влияния традиций в регулировании поведения личности. [16]
Но если в промышленности мы только в отдельных случаях наталкиваемся на столь низкие достижения в области производительности человеческого труда, то сельское хозяйство представляет собой в целом один из наиболее отсталых в этом отношении участков трудового фронта. Первобытные формы и методы мелкого индивидуального хозяйства, долгий гнет рабства и крепостного права, густая паутина феодальных и полуфеодальных общественных отношений, царивших в этой области чуть ли не до вчерашнего дня, нищета и некультурность трудящихся масс деревни и вообще весь тот идиотизм деревенской жизни, исстари чуждый городской культуре индустриального труда, о котором говорил уже в свое время К. Маркс, в достаточной степени объясняют отсталость сельского хозяйства. [17]
Пролетариат никак не заинтересован в сохранении частной собственности. Только пролетариат - последовательный до конца борец за уничтожение всякой эксплуатации, за социализм. Пролетариат своим трудом создает огромные богатства: фабрики и заводы, железные дороги жилые дома и общественные здания. Объединенный на крупных фабриках и заводах, вышколенный жестокой капиталистической дисциплиной труда, пролетариат усваивает городскую культуру. Пролетариат является не только единственной силой, способной свергнуть капитализм, но и по природе своей он - строитель нового общества, свободного от эксплуатации человека человеком. Десятилетиями стачечной борьбы и революционных выступлений, в упорных классовых боях пролетариат закаляется и вырастает в подлинного вождя всех трудящихся масс. Только под руководством рабочего класса другие слои трудящегося и эксплуатируемого населения могут освободиться от ига капитала, выйти на широкую дорогу свободной жизни, достойной человека. [18]
Старые породы растений и животных, созданные естественным подбором, заменяются облагороженными породами, которые созданы искусственным подбором. Растения и животные становятся более нежными, более fpe6oBa - тельными; эпидемии при современных путях сообщения распространяются с поразительной быстротой, а между тем хозяйничанье остается индивидуальным, раздробленным, нередко мелким ( крестьянское) и лишенным знания и средств. Для развития техники земледелия городской капитализм старается дать все средства современной науки, но социальное положение производителей он оставляет по-прежнему жалким; городской культуры он не переносит систематически и планомерно в деревню. [19]
Другие исследования показывают, что характеристики, которые Уэрт считал городскими, часто встречаются и в малых городах и в деревнях. Питер Манн сравнил небольшую сельскую общину в Сассексе ( Южная Англия) с г. Хаддерсфилдом на севере. Деревня находится рядом со скоростной железнодорожной и автомобильной магистралями на Лондон, и многие жители работают там. Они намного космополитичное большинства жителей северного города, который находится значительно дальше от Лондона. Таким образом, можно было бы утверждать, что эта деревня представляет собой часть городской культуры; прежние личные связи его жителей разрушались под влиянием людей, чья жизнь была ориентирована на город. Если это так, то изменение можно было бы связать скорее с фактором деиндивидуализации, чем с существованием самих городов. [20]
Северо-Американские Соединенные Штаты - и нигде так, как в этой стране ( кто там побывал после 1905 г., тот наверно имеет об этом представление), нигде власть капитала, власть кучки миллиардеров над всем обществом не проявляется так грубо, с таким открытым подкупом, как в Америке. Капитал, раз он существует, господствует над всем обществом, и никакая демократическая республика, никакое избирательное право сущности дела не меняют. Демократическая республика и всеобщее избирательное право по сравнению с крепостническим строем были громадным прогрессом: они дали возможность пролетариату достигнуть того объединения того сплочения, которое он имеет, образовать те стройные, дисциплинированные ряды, которые ведут систематическую борьбу с капиталом. Ничего подобного даже приблизительно не было у крепостного крестьянина, не говоря уже о рабах. Рабы, как мы знаем, восставали, устраивали бунты, открывали гражданские войны, но никогда не могли создать сознательного большинства, руководящих борьбой партий, не могли ясно понять, к какой цели идут, и даже в наиболее революционные моменты истории всегда оказывались пешками в руках господствующих классов. Буржуазная республика, парламент, всеобщее избирательное право - все это с точки зрения всемирного развития общества представляет громадный прогресс. Человечество шло к капитализму, и только капитализм, благодаря городской культуре, дал возможность угнетенному классу пролетариев осознать себя и создать то всемирное рабочее движение, те миллионы рабочих, организованных по всему миру в партии, те социалистические партии, которые сознательно руководят борьбой масс. Без парламентаризма, без выборности ото развитие рабочего класса было бы невозможно. [21]
Динамика соотношения межнациональных браков в городах ряда регионов СССР не была линейной: вслед за нарастанием численности межнациональных браков среди титульных этносов национальных республик РСФСР на первых этапах их урбанизации наступала стагнация этого процесса, сменявшаяся новым увеличением уровня эндогамии. Характерным примером подобного развития межэтнических брачных связей в национальных автономиях Сибири являются города Якутии. Анализ материалов ЗАГСов по Якутску показывает, что наиболее высокий и устойчивый уровень эндогамии среди многочисленных этносов республики наблюдался среди якутов. Уровень этнической эндогамии якутов в 20 - 40 - х годах непрерывно уменьшался, а в 60 - 80 - х годах возрастал. Обращает на себя внимание значительное количественное преобладание браков между якутами и представителями народов Севера над теоретической вероятностью образования таких браков. Это, по всей видимости, объясняется тем, что для значительной части эвенов и эвенков вступление в межнациональный брак служило способом адаптации к городской культуре. [22]
Но содержит оно и идею абсолютно личной религии и абсолютно личностной общности: ее разработка привела к обращению Евангелия в секту. Проповедь Иисуса, чей взгляд устремлен вперед, прозревая грядущее светопреставление и тысячелетнее царство, которая собирает и объединяет решительных приверженцев, а миру и детям его бросает более чем резкий отказ, - проповедь эта идет в последнем направлении, к секте. Апостольская вера, обращенная лицом назад, к чуду Спасения и личности Иисуса, и живущая силами своего вознесшегося на небеса Господа, которая имеет под собой что-то уже готовое и объективное, в чем верующие сходятся и могут отдохнуть, - вера эта, стало быть, идет в направлении к Церкви. И если осуществление первой тенденции связано с феодальным обществом раннего средневековья, то вторая находится в связи с социальными изменениями и новообразованиями городской культуры в эпоху высокого и позднего средневековья, когда происходит субъективация и сосредоточение масс в городах вкупе с обратным эффектом этой урбанизации на сельское население и аристократию. [23]
Я сказал, что у рабочих первым пунктом должно быть: помочь всеми силами на войне; вторым пунктом должно быть: помочь среднему крестьянину связью, чтобы не оставлять безнаказанньш ни одного серьезного натиска врага в деревне. Нужно указывать, что городской рабочий несет помощь среднему крестьянину, как своему товарищу, потому что средний крестьянин такой же трудящийся, но только он в иных условиях вырос, он живет разобщенно, в деревенской темноте, и выбиться ему неизмеримо труднее. И мы должны знать, что настойчивостью товарищей мы добьемся связи со средним крестьянином. Ничтожное число крестьян будет уходить в кулачество, будет делать восстания, - ото мы знаем. И если это существует, то как содействовать, как завоевать доверие среднего крестьянина, как помочь ему против всяких злоупотреблений. Если мы сделали тут мало, то не по своей вине: нам метала борьба против буржуазии. Надо это сознать, надо каждому рабочему этот вопрос поставить и сказать: мы, рабочие, в целом имеем связь со средним крестьянством и эту связь мы используем, мы добьемся, чтобы каждый крестьянин-середняк не только из назначения тов. Ему надо понять, почему трудность нашего положения мешает нам оказать ему помощь, которая ему нужна, которая лежит в городской культуре. Крестьянину нужны городские продукты, городская культура, п мы должны ему это дать. Только тогда, когда пролетариат окажет ему эту помощь, - крестьянин увидит, что рабочий помогает ему не так, как помогали эксплуататоры. Помочь крестьянину подняться до городского уровня, - эту задачу должен поставить себе каждый рабочий, имеющий связь с деревней. [24]
Я сказал, что у рабочих первым пунктом должно быть: помочь всеми силами на войне; вторым пунктом должно быть: помочь среднему крестьянину связью, чтобы не оставлять безнаказанньш ни одного серьезного натиска врага в деревне. Нужно указывать, что городской рабочий несет помощь среднему крестьянину, как своему товарищу, потому что средний крестьянин такой же трудящийся, но только он в иных условиях вырос, он живет разобщенно, в деревенской темноте, и выбиться ему неизмеримо труднее. И мы должны знать, что настойчивостью товарищей мы добьемся связи со средним крестьянином. Ничтожное число крестьян будет уходить в кулачество, будет делать восстания, - ото мы знаем. И если это существует, то как содействовать, как завоевать доверие среднего крестьянина, как помочь ему против всяких злоупотреблений. Если мы сделали тут мало, то не по своей вине: нам метала борьба против буржуазии. Надо это сознать, надо каждому рабочему этот вопрос поставить и сказать: мы, рабочие, в целом имеем связь со средним крестьянством и эту связь мы используем, мы добьемся, чтобы каждый крестьянин-середняк не только из назначения тов. Ему надо понять, почему трудность нашего положения мешает нам оказать ему помощь, которая ему нужна, которая лежит в городской культуре. Крестьянину нужны городские продукты, городская культура, п мы должны ему это дать. Только тогда, когда пролетариат окажет ему эту помощь, - крестьянин увидит, что рабочий помогает ему не так, как помогали эксплуататоры. Помочь крестьянину подняться до городского уровня, - эту задачу должен поставить себе каждый рабочий, имеющий связь с деревней. [25]
В Казахстане, куда поедут многие из вас, немало озер. Республика располагает самыми богатыми зарослями камыша. Это же золотой материал для строительства и домов, и всяких хозяйственных построек. Вам придется осваиваться на новых землях Казахстана, и нужно там хорошо построить жилые дома. Правда, на первых порах, может быть, и земляной пол будет. Надо устраиваться хорошенько, чтобы показать образцы не только в вопросах производства, это, конечно, главное, но и в быту. Надо принести в степи свою городскую культуру, чтобы даже постороннему сразу видно было, что это живут москвичи-переселенцы, живут добротно, аккуратно. Это очень важное дело. [26]
Процесс смены духовных и нравственных приоритетов всегда труден. Русь была включена в европейский христианский мир. С этого времени она считает себя частью этого мира, стремясь играть в нем видную роль, всегда сравнивать себя с ним. Но необходимо учитывать специфический слободской характер русских городов, где основная масса населения продолжала заниматься сельскохозяйственным производством, в незначительной: мере дополненным ремеслом, а собственно городская культура сосредоточилась в узком кругу светской и церковной аристократии. Этим можно объяснить поверхностный, формально-образный уровень христианизации русских мещан, их невежественность в элементарных религиозных верованиях, наивное истолкование основ вероучения, столь удивлявшее европейцев, посещавших страну в средние века и в более позднее время. Опора власти на религию, как на социально-нормативный институт, регулирующий общественную жизнь, сформировала особый тип русского массового православия - формального, невежественного, часто синтезированного с языческой мистикой. [27]