Cтраница 3
Марксист не удовлетворяется этим; он говорит: наша пропаганда и пропаганда всех социал-демократических рабочих входит одним из определителей того, будет революция или нет. Сотни тысяч политических стачечников, передовики различных частей войска спрашивают нас, нашу партию, к чему им идти, во имя чего восставать, чего добиваться, расширять ли начавшийся подъем до революции или направлять его к борьбе за реформы. [31]
Марксисты против лозунга: вырвать Думу из рук реакции, ибо это значит вырвать, помещика из рук реакции. Либералы проходят к власти лишь тогда, когда побеждает демократия вопреки колебаниям либерализма. [32]
Марксисты издавна считали своей задачей, в борьбе с народничеством, разрушать маниловщину, слащавые фразы, сентиментальную надклассовую точку зрения, пошлый народный социализм, достойный какого-нибудь французского, прожженного в деляческих подходах и аферах радикала-социалиста. Но вместе с тем марксисты издавна считали столь же обязательной своей задачей выделять демократическое ядро народнических взглядов. [33]
Марксист говорит рабочим: используйте несогласия Салазкиных с Пуришкевичами, нейтрализуя шатания Салазкиных, которые комбинировались с Пуришкевичами много теснее, чем с оппозицией. Либерал говорит рабочим: Салазкины принуждены будут комбинировать свои усилия с вашими. [34]
Марксисты отстаивают интересы массы, разъясняя крестьянам: вам нет спасения вне присоединения к пролетарской борьбе. Буржуа-профессора и народники обманывают массу побасенками о трудовом мелком земледелии при капитализме. [35]
Марксисты принципиально иначе смотрят на отношение неорганизованной ( и не поддающейся организации в течение долгого времени, иногда десятилетий) массы к партии, к организации. Именно для того, чтобы масса определенного класса могла научиться понимать свои интересы, свое положение, научиться вести свою политику, именно для этого необходима организация передовых элементов класса немедленно и во что бы то ни стало, хотя бы вначале эти элементы составляли ничтожную долю класса. Чтобы обслуживать массу и выражать ее правильно сознанные интересы, передовой отряд, организация, должна всю свою деятельность вести в массе, привлекая из нее все без исключения лучшие силы, проверяя на каждом шагу, тщательно и объективно, поддерживается ли связь с массами, жива ли она. Так, и только так, передовой отряд воспитывает и просвещает массу, выражая ее интересы, уча ее организации, направляя всю деятельность массы по пути сознательной классовой политики. [36]
Марксисты, разумеется, относятся враждебно к федерации и децентрализации - по той простой причине, что капитализм требует для своего развития возможно более крупных и возможно более централизованных государств. [37]
Марксисты будут еще более довольны, если будет принято предложение Розы Люксембург - поставить в порядок дня предстоящего в 1914 году в Вене международного съезда 70 вопрос о русском объединении. [38]
Марксисты ведут решительную борьбу с национализмом во всех его видах, начиная с грубого, реакционного национализма наших правящих кругов и правооктяб-ристских партий, вплоть до более или менее утонченного и прикрытого национализма буржуазных и мелкобуржуазных партий. [39]
Марксисты считают, что этничность в принципе не может образовать самостоятельного стратификационного поля, сравнимого по значению с полем классов. [40]
Марксисты всегда говорили и повторяют теперь: надо очищать демократические воззрения крестьян от крепостнических пережитков. Народник заслуживает поддержки лишь постольку, поскольку он против крепостничества и за демократию. А поскольку он защищает забитость и отсталость, узколобие и эгоизм мелких буржуа, - он величайший реакционер. [41]
Марксисты утверждают, что создание учреждений и есть культурно-национальная автономия, отвергаемая социал-демократией. [42]
Марксисты справедливо считали всегда это положение теоретической основой взглядов на значение каждой данной войны. Маркс и Энгельс всегда именно с этой точки зрения смотрели на различные войны. [43]
Марксисты исходят из того, что работники, объективно и субъективно отчужденные от собственности и управления, тяготеют к групповому конфликту. С точки зрения функционалистов, они преследуют эгоистические ( материальные и социальные) интересы, допуская возможность манипулирования этими интересами в целях обеспечения общей гармонии. С позиции институционалистов, исполнители тяготеют к исторически сложившейся традиции, следуют устоявшимся нормам и обычаям, принятым законам и господствующим идеологиям. А в теории действия они выступают субъектами, активно структурирующими собственные отношения. [44]
Марксист должен не сходить с точной почвы анализа классовых отношений. А масса крестьян разве не составляет тоже буржуазии иного слоя, иного рода, иного характера. Откуда следует, что этот слой не может прийти к власти, завершая буржуазно-демократическую революцию. [45]