Cтраница 3
В США в общих доходах федерального уровня индивидуальные подоходные налоги составляют 43 - 46 %, налоги на доходы корпораций - 9 - 12 %, акцизы - 4 - 5 %, таможенные пошлины - ок. Налоги для целей социального страхования составляют 35 37 % федеральных поступлений; государственные займы до недавнего времени составляли до 20 % ежегодных федеральных доходов, однако в 1998 г. американское государство уже не прибегало к заимствованию финансовых ресурсов в связи с ликвидацией бюджетного дефицита. В США в среднем 29 % дохода составляют налоги на продажи, 17 % - индивидуальные подоходные налоги, 5 % - налоги с корпораций; за счет субсидий от федерального правительства штаты получают ок. Примерно 1 5 % финансовых ресурсов штатов поступает из бюджетов местных органов власти. Что касается местных бюджетов, то до 30 % своих финансовых ресурсов они получают от налогов на собственность, 6 % - от налогов на продажи, немногим более 2 % дают налоги с доходов физических лиц и корпораций. [31]
Принцип сложной системы прогрессивного налогообложения в промышленно развитых странах действует и до настоящего времени, но с вариантами, в зависимости от роли, которая отведена налогам. В кейнсианской модели регулирования прогрессивный характер налогов значителен, в консервативной модели прогрессия ослабевает, так как реализуется принцип нейтральности налоговой системы. Разные подходы к прогрессивности в кейнсианской и консервативной моделях регулирования хорошо просматриваются на примере изменений ставок индивидуального подоходного налога, которые были обусловлены налоговыми реформами ( 1981 и 1986 гг.) консерваторов. [32]
Ожидаемая налоговая защита начинается с 34 %, но снижается по мере увеличения объемов выпуска облигаций. Дополнительные налоги с физических лиц на проценты по облигациям мы продолжаем представлять направленной вверх кривой, но делаем допущение, что верхняя ее точка составляет 28 %, что соответствует максимальной ставке индивидуального подоходного налога. Общий объем облигаций, намеченных к выпуску, снова представлен в точке, в которой выгоды. [33]
Ожидаемая налоговая защита начинается с 34 %, но снижается по мере увеличения объемов выпуска облигаций. Дополнительные налоги с физических лиц на проценты по облигациям мы продолжаем представлять направленной вверх кривой, но делаем допущение, что верхняя ее точка составляет 28 %, что соответствует максимальной ставке индивидуального подоходного налога. Общий объем облигаций, намеченных к выпуску, снова представлен в точке, в которой выгоды, в налогообложении предельного заемщика равны налоговым выплатам предельного кредитора, но это равновесие отличается от равновесия в модели Миллера тремя моментами. [34]
Ожидаемая налоговая защита начинается с 34 %, но снижается по мере увеличения объемов выпуска облигаций. Дополнительные налоги с физических лиц на проценты по облигациям мы продолжаем представлять направленной вверх кривой, но делаем допущение, что верхняя ее точка составляет 28 %, что соответствует максимальной ставке индивидуального подоходного налога. Общий объем облигаций, намеченных к выпуску, снова представлен в точке, в которой выгоды в налогообложении предельного заемщика равны налоговым выплатам предельного кредитора, но это равновесие отличается от равновесия в модели Миллера тремя моментами. [35]
Эта политика включает в себя налоговые меры, стимулирующие сбережения, инвестиции и предпринимательскую деятельность. Например, снижение ставок или отмена налога на процентный доход по сберегательным счетам повышает отдачу от сбережений и тем самым способствует увеличению объема сбережений. Точно так же снижение уровня или полная отмена допустимых вычетов процентных платежей из индивидуального подоходного налога приведет к сокращению потребления и увеличению сбережений. Некоторые экономисты выступают за введение единого налога на потребление в качестве полной или частичной замены индивидуального подоходного налога. Смысл этого предложения состоит в ограничении потребления и стимулировании сбережений. [36]
Но когда компании увеличивают масштабы займов, им нужно склонить инвесторов, доход которых облагается налогом, перейти от акций к облигациям. Следовательно, они должны предложить им более высокую процентную ставку по своим облигациям. Компании могут подкупать инвесторов до тех пор, пока экономия на корпоративном налоге превышает потери от налога с физических лиц. Но компании никоим образом не способны убедить миллионеров держать свои облигации. Экономия на корпоративном налоге не может компенсировать дополнительный индивидуальный налог, который этим миллионерам пришлось бы платить. Таким образом, миграция инвесторов от акций к облигациям прекращается, когда экономия на корпоративном налоге становится равна сумме потерь от индивидуального подоходного налога. [37]