Cтраница 4
Когда затем кризис 1857 г. напомнил о неустойчивости всякого капиталистического благополучия, все пришло в движение. Началось с Италии, но это объясняется не тем, что капитализм был там более развит, чем в Германии. Наоборот, в Италии еще совершенно не существовало крупной промышленности, и потому противоположность интересов буржуазии и пролетариата еще не выразилась настолько резко, чтобы породить взаимное недоверие. Не менее веское значение имело и то, что раздробленность Италии основывалась на власти чужеземцев и свержение этой чужеземной власти являлось обшей целью всех классов. [46]
Социалистические страны могут по праву гордиться своей ведущей ролью в борьбе за укрепление европейской безопасности, идея которой встречает все больший отклик в самых различных кругах континента. Последовательный миролюбивый курс стран Варшавского Договора все больше подрывает самые основы так называемой североатлантической политики, продиктованной странам Западной Европы из-за океана. Сегодня и на западе Европы зреет убеждение в том, что вся система НАТО - это опасный анахронизм, призванный искусственно консервировать в Европе дух холодной войны и взаимного недоверия. Под влиянием конструктивных идей, исходящих от социалистических стран, растут настроения в пользу создания такой общеевропейской системы межгосударственных отношений, в которой, как хорошо сказано в Бухарестской декларации, безопасность для каждого была бы в то же время безопасностью для всех. [47]
Это не значит, конечно, что не должно быть больше независимой Грузии или независимого Азербайджана и пр. Циркулирующий среди некоторых товарищей проект восстановления старых губерний ( Тифлисская, Бакинская, Эриванская) с единым закавказским правительством во главе является на мой взгляд утопией, притом утопией реакционной, ибо такой проект, несомненно, исходит из желания повернуть назад колесо истории. Восстановить старые губернии и ликвидировать национальные правительства в Грузии, в Азербайджане, в Армении - все равно, что восстановить помещичью собственность на землю и ликвидировать завоевания революции. Это не имеет ничего общего с коммунизмом. Именно для того, чтобы рассеять атмосферу взаимного недоверия и восстановить узы братства между рабочими национальностей Закавказья и России - именно для этого необходимо сохранить независимость как Грузии, так и Азербайджана и Армении. Это не исключает, а, наоборот, предполагает необходимость взаимной хозяйственной и иной поддержки, так же как и необходимость объединения хозяйственных усилий независимых советских республик на началах добровольного соглашения, на началах конвенции. [48]
Достаточно вспомнить факты из истории суда над вредительской группой Рамзина в Москве, чтобы восстановить в памяти картину взаимоотношений между СССР и Францией. И вот эти нежелательные отношения начинают постепенно исчезать. Они заменяются другими отношениями, которые нельзя назвать иначе, как отношениями сближения. Дело не только в том, что мы подписали пакт о ненападении с этими странами, хотя сам по себе пакт имеет серьезнейшее значение. Дело прежде всего в том, что атмосфера, зараженная взаимным недоверием, начинает рассеиваться. Это не значит, конечно, что наметившийся процесс сближения можно рассматривать, как достаточно прочный, обеспечивающий конечный успех дела. Неожиданности и зигзаги политики, например, в Польше, где антисоветские настроения еще сильны, далеко еще нельзя считать исключенными. Но перелом к лучшему в наших отношениях, независимо от его результатов в будущем - есть ф кт, заслуживающий того, чтобы отметить и выдвинуть его вперед, как фактор улучшения дела мира. [49]