Cтраница 3
На опыте хозяйственного строительства в СССР и в других социалистических странах доказано, что с ликвидацией капитализма труд людей не только не испытывает разъедающего влияния всеобщей лени, а, наоборот, приобретает такие качества, какие немыслимы в эксплуататорском обществе. Социализм порождает новые, несравненно более высокие и действенные способы привлечения людей к труду. [31]
Движущей силой исторического процесса являются развитие производительных сил общества классовая борьба трудящихся. На первом этапе развития любого эксплуататорского общества его производственные отношения, основу которых составляют отношения частной собственности, соответствуют достигнутому уровню развития производительных сил, способствуют их совершенствованию и потому носят относительно прогрессивный характер. [32]
Создание подобных условий в рамках эксплуататорских обществ невозможно. [33]
Понятие читатель представляет собой сложное единство всеобщего, особенного и индивидуального, которое достаточно адекватно отражает в себе отношения всеобщего, особенного и индивидуального в их социальном выражении. Известно, что в условиях классового эксплуататорского общества между индивидуальным и всеобщим существует глубокое и неразрешимое противоречие, которое ограничивает развитие личности, делая ее абстрактно-односторонней, ущербной, враждебной всеобщему. Эти социальные антагонизмы всеобщего и индивидуального как в зеркале отражаются в читательском мире. Только при коммунизме абстрактный индивид классового общества превращается в действительно всесторонне развитую ( конкретную) личность, приобщенную к всеобщему, олицетворяющую собой единство индивидуального и всеобщего, и мир читателей полностью сливается с миром социальных индивидов. Поэтому задачи создания материально-технической базы коммунизма, развития науки, формирования новых общественных отношений, всестороннего, гармонического развития личности и другие - есть те всеобщие феномены чтения, которые должна опосредовать через себя библиография. Конечная задача преодоления социальных различий и построения социально однородного общества, переведенная на уровень читательского мира, становится в определенном смысле и задачей библиографии. [34]
Известно, что антагонизм классов в эксплуататорском обществе дополняется национальными противоречиями. Эксплуататорские классы в своих корыстных целях используют национальную рознь. Обманом или насилием, в зависимости от обстановки, они втягивают народы в захватнические войны и вовлекают те или иные нации в войны против народов, ведущих борьбу за социальное и национальное освобождение. В 1848 - 1849 гг., когда борьба против абсолютизма и остатков феодализма была осложнена острыми национальными коллизиями, господствующие классы стремились навязать некоторым нациям реакционную роль, восстановить их против тех народов, которые боролись за победу буржуазно-демократической революции. В этом смысле Энгельс делил народы, в зависимости от их роли в революции, на революционные и реакционные. [35]
Известно, что антагонизм классов в эксплуататорском обществе дополняется национальными противоречиями. Эксплуататорские классы в своих корыстных целях используют национальную рознь. В зависимости от исторической обстановки они обманом и насилием втягивают народы в захватнические войны и вовлекают те или иные нации в войны против народов, ведущих борьбу за социальное и национальное освобождение. В 1848 - 1819 гг., когда борьба против абсолютизма и остатков феодализма была осложнена острыми национальными коллизиями, господствующие классы стремились навязать некоторым нациям реакционную роль, восстановить их против тех народов, которые боролись за победу буржуазно-демократической революции. В этом смысле Энгельс делил народы, в зависимости от их роли в революции, на революционные и реакционные. [36]
Вандализация культуры, дегуманизация личности происходит не только за счет объективно складывающихся социальных условий. В этом же направлении действует пропагандистская машина любого эксплуататорского общества, любого тоталитарного режима. [37]
Именно по этой причине даже одноименные психологические явления, выявляемые у нас и за рубежом, порождены различными социально-экономическими причинами и условиями. Например, беспокойство за свое авторство в условиях эксплуататорского общества чаще всего объясняется тем, что автор боится утратить возможность извлекать материальные выгоды из изобретения, которое считается его частной собственностью. В социалистическом обществе изобретения не принадлежат частным лицам, они являются собственностью государства, а потому опасения лишиться частной собственности нет и быть не может. Чувство авторства покоится у нас на иных основаниях. [38]
В качестве примера можно сослаться - пишет Кейнс - на накопление сбережений в связи с необходимостью позаботиться о старости, предоставить членам семьи возможность получить образование или содержать иждивенцев ( с. Легко заметить, что такая предусмотрительность формируется в эксплуататорском обществе, где социальное обеспечение по старости и инвалидности налажено плохо, а получение образования связано с большими расходами. В социалистическом государстве предусмотрительность в расходах тоже полезна, но она имеет совершенно иное содержание. [39]
Характерными чертами социалистической дисциплины труда являются сознательность и добровольность. В этом и заключается ее качественное отличие от дисциплины труда в эксплуататорском обществе, где дисциплина имеет принудительный харак тер. [40]
Общее число преступных проявлений в нашей стране неуклонно снижается. В отличие от капиталистических государств, где массовая преступность неизбежно порождается самой природой эксплуататорского общества, в нашей стране рост материальной обеспеченности, культурного уровня и сознательности трудящихся создает все условия для того, чтобы искоренить преступность. Но было бы наивно рассчитывать в этом отношении на самотек и мириться с неоправданным либерализмом, который нередко допускают работники наших административных органов. Используя все необходимые средства воспитания, убеждения и силу общественности в отношении правонарушителей, общенародная государственная власть должна без колебаний применять и средства принуждения - свой карающий меч в отношении злостных и опасных преступников, хулиганов, расхитителей социалистической собственности, лодырей, тунеядцев и других антиобщественных элементов, мешающих народу строить коммунизм. [41]
Так что, когда мы говорим, что подлинным творцом Конституции является весь советский народ, то это не преувеличение, не красивая фраза. И он свидетельствует о том, что у нас нет отчуждения трудящихся от политической власти, полностью преодолено извечное для эксплуататорского общества недоверие масс ко всему государственному. [42]
Он показал, что пролетарская культура должна явиться закономерным развитием и переработкой тех запасов знания, которые человечество выработало под гнетом эксплуататорского общества. [43]
С возникновением организованного рабочего движения резко возросла его борьба за изменение социальных условий жизни, сопровождавшаяся повышением сознательности трудящихся: сознание масс стало важнейшим условием в борьбе за построение нового общества. Как известно, исторический процесс до появления сознательного рабочего движения, вооруженного передовой теорией, практически совершался стихийно, то есть общественные законы реализовались в деятельности людей, направленной на ограниченные цели в рамках эксплуататорского общества, подчиненного стихии рыночных отношений. [44]
Наконец, наука превращается в непосредственную производительную силу и потому, что она становится действенным орудием в руках самих производителей материальных благ. Особенно ярко этот процесс проявляется при социализме. В эксплуататорских обществах наука была отчуждена от непосредственных работников. Она находила свое воплощение в машинах и оборудовании, противостоящих рабочему как капитал, чуждая и враждебная им сила. [45]