Cтраница 3
В ряду великих математиков-универсалов нашего столетия - масштаба Давида Гильберта и Джона фон Неймана - Герман Вейль занимает в некотором смысле особое положение. Ученый, получивший фундаментальные результаты в разнообразнейших областях своей науки и в ее приложениях, результаты, оказавшие непреходящее воздействие на математику и теоретическую физику XX века, он непрестанно размышлял над философскими основаниями науки, стремился осмыслить сущность и динамику познающего человеческого духа. [31]
Философское знание сформировалось в социологии раньше, а конкретно-научное - позже. В этом смысле научная картина мира исторически и логически предшествовала созданию общей теории и тем более частной. Философские основания социологии заложены еще Аристотелем и Платоном, а в середине XIX в. [32]
На данном примере можно сделать вывод, что менеджмент конкретного предприятия или фирмы выступает как система управления, сущность которой раскрывается как диалектическое единство структуры и функций. Структура системы - это совокупность ее элементов и связь между ними; функции - это действия системы и ее элементов, которые обусловлены структурой системы как целого и местом элементов в этой структуре. Философским основанием взаимосвязи структуры и функции является диалектическое единство категорий диалектики - формы и содержания. Форма - структура определяет содержание - функции. Однако в процессе функционирования системы управления практика диктует необходимость новых функций, которые порождают в структуре новые элементы, возникновение которых усиливает функцию системы в целом. Следовательно, функционирование системы управления выступает как процесс, развертывающийся в пространстве и времени и ориентированный на оптимизацию в заданных параметрах деятельности управляемой системы. [33]
Эджуорт ( Edgeworth) Фрэнсис Исидро ( 1845 - 1926), английский экономист и статистик, представитель математической школы политической экономии. Эджуорт исследовал логические и философские основания вероятности, возможности измерения полезности; занимался математическим определением экономического равновесия, теорией индексов. [34]
Эта книга является первым изданием в серии учебных пособий, которые готовятся преподавателями кафедры Связи с общественностью Башкирского государственного университета. Следующим, будет издание книги Теория социальной информации, которая является логическим продолжением материалов, представленных в настоящем учебном пособии. Далее планируется публикация монографии по философским основаниям Public Relations. В ней данный феномен социокоммуникативной деятельности будет впервые рассмотрен с позиций систематической философии и вплетен в структуру современной социальной онтологии. [35]
Нынешний рыхлый либерализм и в России, и в континентальных европейских странах выглядит слабой препоной на пути этого потока не в последнюю очередь именно потому, что он непривлекателен. Чтобы обрести былую привлекательность, он должен переродиться. Без всякой экзальтации, объективно можно утверждать, что фундаментальным философским основанием современного либерализма является отождествление высшей и абсолютной ценности с ценностью комфортной и безопасной жизни. От нее следует отказаться, заменив ее новым языческим воинским этосом. Либерализм нуждается в инъекции авторитарности, в уравновешивании либеральных свобод такими принципами, как иерархия, порядок и авторитет. [36]
Начавшийся в ходе революции в естествознании XIX - начала XX века переход от классической к неклассической науке расширил круг идей, способных стать составной частью философского базиса естествознания. Наряду с онтологическими аспектами ее категорий ключевую роль стали играть гносеологические аспекты, позволяющие решить проблемы относительной истинности научных картин мира, преемственности в смене научных теорий. В современную эпоху, когда научно-техническая революция радикально меняет облик науки, в ее философские основания включаются и те аспекты философии, которые рассматривают научное познание как социально детерминированную деятельность. Разумеется, эвристический и прогностический потенциалы не исчерпывают проблемы практического применения в науке идей философии. Такое применение предполагает особый тип исследований, в рамках которых выработанные философией категориальные структуры адаптируются к проблемам науки. [37]
Классификация наук - отмечает он - из которых каждая анализирует отдельную форму движения или ряд связанных между собой и переходящих друг в друга форм движения, является вместе с тем классификацией, расположением, согласно внутренне присущей им последовательности, самих этих форм движения, и в этом именно и заключается ее значение ( см. настоящий том, с. Развивая эти положения, Энгельс показывает отличие наук друг от друга, характер взаимосвязей между ними и формулирует необходимые философские основания для применения в одной отрасли познания методов и приемов исследования, выработанных в другой. [38]
Из этих фактов следует, что Аристотель знает и допускает все модусы четвертой фигуры. Такой отказ был бы логической ошибкой, которая не может быть поставлена в вину Аристотелю. Его единственная ошибка состоит в том, что он упустил эти модусы в сво-ем систематическом подразделении силлогизмов. Философские основания, как мы позднее увидим, должны быть здесь исключены. По моему мнению, наиболее вероятное объяснение дано Бохенским 1, предположившим, что глава седьмая книги первой и глава первая книги второй Первой аналитики, то есть главы, где упоминаются эти новые модусы, были составлены Аристотелем позже систематического изложения глав четвертой - шестой книги первой. Эта гипотеза кажется мне более вероятной, так как в Первой аналитике имеется много других деталей, наводящих на мысль, что содержание этой работы росло по мере ее составления. [39]
Именно благодаря ему эксперимент начал, наконец, играть фундаментальную роль. Недаром Ньютон называл создаваемую им математическую физику экспериментальной философией и провозгласил принцип: гипотез не измышляю. Если Декарт и его последователи шли от умозрительных самоочевидных общих положений ( гипотез) к менее общим через дедукцию, то Ньютон предпочитал идти от опыта к обобщениям на основе метода индукции. Было бы, однако, неверно рассматривать метод Ньютона как чисто эмпирический. Заявляя гипотез не измышляю, он просто хотел подчеркнуть принципиальное отличие своего метода исследования природы от метода Декарта. В действительности же Ньютон уделял много внимания осмыслению экспериментальных фактов, философским основаниям; он отдавал должное ( там, где считал нужным) гипотезам и предположениям. [40]