Cтраница 2
Становление его как личности закрепилось в его общественной структуре, а, значит, преобразования биологические уступали ведущее место развитию общественному. Качественно новый вид жизнедеятельности - общественно-трудовая деятельность - преобразовывает все элементы структуры человека, в том числе его потребности. Источник становления, формирования, развития новых потребностей имеет не столько биологический, сколько общественный характер. А исторический анализ общественных потребностей может быть плодотворен лишь с учетом первейших условий существования общества, исходных предпосылок человеческой истории. И навряд ли познание будет плодотворным, если не учитывать, что единство общества, общность порядка и форм жизни определяются ближайшим образом общностью человеческих потребностей ( Франк С. А. Духовные основы общества. [16]
Он отмечает, что имеется ложный тип философии истории ( или философии прогресса), заключающийся в попытке понять последнюю цель исторического развития, то конечное состояние, к которому она должна привести и ради которого творится вся история; все прошедшее и настоящее, все многообразие исторического развития рассматривается здесь лишь как средство и путь к этой конечной цели. Человечество, согласно этому воззрению, беспрерывно идет вперед, к какой-то конечной цели, к последнему идеально-завершенному состоянию, и все сменяющиеся исторические эпохи суть лишь последовательные этапы на пути продвижения к этой цели. В таком воззрении конечное идеальное состояние есть произвольная фантазия, утопия, даже если в них отражены устремления целой эпохи. Если присмотреться к истолкованиям истории такого рода, то не будет карикатурой сказать, что в своем пределе их понимание истории сводится едва ли не всегда на такое ее деление: 1) от Адама до моего дедушки - период варварства и первых зачатков культуры; 2) от моего дедушки до меня - период подготовки великих достижений, которые должно осуществить в мое время; 3) я и задачи моего времени, в которых завершается и окончательно осуществляется цель всемирной истории. Но не только в этом заключается несостоятельность этой философии истории. Если даже допустить, - считает С. Л. Франк, - что человечество действительно идет к определенной конечной цели и что мы в состоянии ее определить, само представление, что смысл истории заключается в достижении этой цели, в сущности, лишает всю полноту конкретного исторического процесса всякого внутреннего, самодовлеющего значения. Упования и подвиги, жертвы и страдания, культурные и общественные достижения всех прошедших поколений рассматриваются здесь просто как удобрение, нужное для урожая будущего, который пойдет на пользу последних, единственных избранников мировой истории. Ни морально, ни научно, - заключает С. Л. Франк, - нельзя примириться с таким представлением ( Духовные основы общества. [17]
Следовательно, можно говорить об антропогенной активности экологической, экономической, социальной, политической и, конечно, о духовной, представляющей духовную сферу. При этом следует заметить, что выделение видов активности не говорит об их присутствии и проявлении лишь в одной сфере. Как потребности, так и обусловленные ими виды активности проявляются во всех сферах мира человека. Кроме того, виды антропогенной активности, проникая друг в друга, могут составлять единую форму проявления. Так, понятия социально-экономическая, производственно-трудовая активность выражают единение экономической и социальной видов активности, обусловленные соответственно экономическими и социальными потребностями. В контексте данной работы можно говорить о технической или технологической видах активности, которые детерминируются потребностями, существующими в разных сферах общественного бытия. Вместе с тем любой вид антропогенной активности включает в себя духовный компонент. В нем активность выражает свою антропогенность, т.е. изначальную человеческую сущность, которая постепенно вытесняется по мере отчуждения человеческой индивидуальности, потери целостности человека. Между жерновами биологической природы и техногенной цивилизации разрушается не только обеспечивающая жизнь экосистема, но и телесность, и духовность Человека. Другими словами, активность, будучи по своей природе антропогенной, становится противоречащей сущности и целостности человека, превращающей его в придаток технико-технологического процесса, разрушающей биологические и духовные основы существования человечества. [18]