Cтраница 2
Существует ли метод словесных отчетов, отличный от других пригодных методов. Вплоть до настоящего времени психологи употребляли метод словесных отчетов в несколько другом смысле, чем тот, который применяется здесь. [16]
Зверь выскочил в тумане, в тени, в сумерках, в красном свете раннего утра, в ярком полуденном свете, на горе или на равнине: сейчас же вскинуто ружье, установлен на соответствующее расстояние прицел на зверя, и следует выстрел. Ни один охотник ( будь это даже психолог) не может дать словесного отчета, который способствовал бы успеху действия, хотя бы одной йотой. [17]
Первая категория трудностей связана с экспериментальным выявлением эвристик и алгоритмов работы мозга. Как уже говорилось, во многих случаях работа мозга носит интуитивный характер и человек не может дать о ней словесного отчета. При объективном же исследовании поведения исследователь сталкивается с очень большим многообразием, в котором, казалось бы, невозможно установить более общие законы переработки информации. [18]
Приведенные выводы на первый взгляд могут показаться неожиданными. Мы уже говорили о том, что создание новых алгоритмов, часто определяющих направление развития различных отделов математики, оказывалось возможным только в результате напряженного интуитивного мышления специалистов, о характере которого они сами не могли дать словесного отчета. [19]
Поэтому самонаблюдение не приходится рассматривать как самовосприятие или пассивное состояние сознания, когда душевные явления, так сказать, сами регистрируются в нашем сознании, но скорее как особую деятельность, направленную на восприятие собственных переживаний. Эта деятельность может повлиять расстраивающим образом на другие действия и сама может быть ими расстроена. Поэтому, отрицая самонаблюдение как единственный источник психологического знания, наука все же не отказывается от применения этого метода в качестве словесного отчета испытуемого или его высказывания, подлежащего анализу и истолкованию, как и все прочие факты его поведения. Такие словесные отчеты помогают включать в исследование поведения учет заторможенных или невыявленных внутренних движений и реакций, которые без этого метода остались бы вне поля нашего наблюдения. [20]
Поэтому испытуемый скрывает от экспериментатора и даже от самого себя свои подлинные мотивы. Для того чтобы преодолеть эту трудность, В. С. Мерлин предлагает ставить испытуемого в такие условия, чтобы он не догадался, что по его словесному отчету судят о его мотивах. [21]
Фейгенбаума, связанная с анализом процесса обучения. Обучение и распознавание - области, в которых оказалось наиболее трудно использовать методы эвристического программирования. Это связано с тем, что данные формы деятельности мозга относятся к сфере интуитивных процессов, о характере которых человек обычно не может дать словесного отчета и за которые в мозге ответственны программы более высоких уровней. [22]
Поэтому самонаблюдение не приходится рассматривать как самовосприятие или пассивное состояние сознания, когда душевные явления, так сказать, сами регистрируются в нашем сознании, но скорее как особую деятельность, направленную на восприятие собственных переживаний. Эта деятельность может повлиять расстраивающим образом на другие действия и сама может быть ими расстроена. Поэтому, отрицая самонаблюдение как единственный источник психологического знания, наука все же не отказывается от применения этого метода в качестве словесного отчета испытуемого или его высказывания, подлежащего анализу и истолкованию, как и все прочие факты его поведения. Такие словесные отчеты помогают включать в исследование поведения учет заторможенных или невыявленных внутренних движений и реакций, которые без этого метода остались бы вне поля нашего наблюдения. [23]
В отношении стимуляции пузырька и мешочка не имеется очень надежных результатов. Предполагают, что их импульсы содействуют ориентации тела вдоль направления земного притяжения. Это зависит, конечно, в широкой степени от осязательных и кинестетических ощущений, что сказывается на шаркающей походке пациентов с двигательной атаксией, где действуют и кинестетические импульсы. Но при плавании, когда погружено все тело полностью, эти осязательные импульсы не могут действовать дифференциально; все же нормальный субъект, погруженный таким образом, может всегда точно указать положение своего тела по отношению к вертикали. Говорят, что глухонемые, у которых пузырек и мешочек не функционируют, неспособны это сделать. Высказывалось предположение, что мешочек и пузырек доставляют импульсы, которые поддерживают равновесие головы при покоящемся туловище и во время поступательных ( не вращательных) движений туловища. Они, таким образом, дополняют уравновешивающие функции полукружных каналов, которые действуют, главным образом, при вращении головы. Предполагается, что клетки с волосками в пузырьке и мешочке стимулируются давлением отолитов. Когда туловище покоится в любом положении, отолиты, которые тяжелее эндолимфы, осаждаются вниз под действием тяготения, стимулируя, таким образом, клетки, снабженные волосками. Полукружные каналы, пузырек и мешочек следует рассматривать как очень важный орган, связанный через мозжечок с каждым поперечно-полосатым мускулом тела. Следует упомянуть, что навыки, относящиеся к речи, по-видимому, не связаны с функциями вестибулярного аппарата. Субъект об этой деятельности не может дать словесного отчета. [24]