Cтраница 1
Боярыня: ] И водит им - другая баба. Но не Какая-то Наталка завелась: Что вздумает, то и чинит. Казаки ] чинили самовольные набеги на великорусские зем.ш. Шолохов, Тихий Дон. [1]
При этом эти теремные боярыни иностранцев не только любили, но даже и предпочитали русским, оправдывая свое расположение к ним тем софизмом, что женщине соблудить с иностранцем простительно, так как родившееся от иностранца дитя будет в православии, а если мужчина согрешит с иностранкой, то дитя будет не в нашей вере, отчего другая вера от этого будет умножаться, что, конечно, грешнее. Теремные такие затворницы иногда превращались в настоящих мессалин. [2]
Милослав-скнй и Хованский, боярыня Морозова, ее сестра кн. Урусова), старое служилое сословие в лице стрелецкого войска, а также некоторые торгово-купеч. [3]
Алексею Михайловичу, Федору Алексеевичу, боярыне Морозовой и мн. После массового выступления моек, старообрядцев 6.1.168 1 церковный собор 1681 - 82 принял решение о казни А. [4]
МОРОЗОВА Федбсия Прокбфь-евна, в девичестве Соковнпна - боярыня. Евдокией ( в замужестве кн. Урусовой) была пострижена в монахини и заточена в подземелье Воровского острога, где в 1672 ее уморили голодом. [5]
От Утра стрелецкой казни и Меншикова в Березовеъ к Боярыне Морозовой. [6]
МОРОЗОВА ( Соковнина) Феодосия Прокопиевна ( 1632 - 75), боярыня, раскольница. [7]
Соковнина) Феодосия Прокопиевна ( в иночестве Феодора) ( 1632 - 1675), боярыня, деятель старообрядчества. [8]
Книга включает публикацию трех житий: Житие протопопа Аввакума, Житие инока Епифа-ния, Житие боярыни Морозовой. [9]
Как пчелы замазывают воском и узою всякую лишнюю щель в своем улье, так и она [ боярыня Морозова ] стремилась схорониться от света. Гаршин, Заметки о художественных выставках. [10]
Иван Фомин, возвратившись из Дании, подал записку, что королевич Волмер 20 лет, волосом рус, ростом не мал, собою тонок, глаза серые, хорош, пригож лицом, здоров и разумен, умеет по-латыни, по-французски, по-итальянски, знает немецкий верхний язык, искусен в воинском деле; сам он, Фомин, видел, как королевич пушку к цели приводил; мать его, Христина, больна; отец ее был боярин и рыцарь большой, именем Лудвиг Мунк и мать ее также боярыня большого родства. Относительно портретов Фомин доносил: Присылал за мною копенгагенский державца Ульфелт и говорил: Слух до меня дошел, что ты подкупаешь, чтоб тебе написали портреты короля и королевичей подлинно, без приписи, но ты сам знаешь, что это невозможное дело, потому что живописец должен стоять перед королем и королевичами и на них глядеть; но государь наш на то соизволил, велел себя и королевичей своих написать и послать к вашему государю. После этого Ульфелт спросил: Зачем это государю вашему нужны портреты. Фомин отвечал: Государевы мысли в божиих руках: мне неизвестно. Потом королевский секретарь повторил тот же вопрос и прибавил: Если государю вашему королевич Волмер надобен для воинского дела, то король отпустит его к царскому величеству. Летом 1641 года дали знать в Москву, что едет к государю необыкновенное посольство из Дании: в послах едет королевич Вальдемар, граф шлезвиг-голштинский, а вторым послом - Григорий Краббе. Сделаны были распоряжения об особенных почестях; во всех городах воеводы ездили к графу Вальдемару челом ударить. [11]
Соковнина, боярыня, ярая сторонница протопопа Аввакума, вместе с сестрой кн. К. [12]
Чтобы провести диагональ из правого нижнего угла в левый верхний, нужно привести в движение всю руку. Если смотреть на зеркальное отражение картины Сурикова Боярыня Морозова, движение саней приобретает стремительный характер и совершенно меняет общее драматическое впечатление картины. [13]
В десятом вопросе государь признает нужным заняться искуплением пленных, изъявляя сие так: И о сем достоит попечение сотворити велие. Пленных привозят на окуп из орд бояр и боярынь и всяких людей, а иные и сами выходят - должны и без поме-стия - и здесь окупатися нечем, а никто не окупит, и тех поло-ненников мужей и жен опять возят назад в бесерменство, а индеся над ними поругаются всякими сквернами богомерзкими. [14]
Крестьянские девушки, шедшие с работы, покрытые своим белым убрусом на голове, опустились на колена и запели молитву. Герцен, Былое и думы. За невестой две старые боярыни несли на блюдах: одна - бархатную бабью кику, другая - убрусы для раздачи гостям. [15]