Cтраница 2
В монументальных полотнах, поев, переломным моментам, напряженным конфликтам рус. Глубокие по пониманию противоречий ист. Утро стрелецкой казни, 1881; МеншиковвБерезове, 1883; Боярыня Морозова, 1887; Покорение Сибири Ермаком, 1895) отличаются широтой и полифонич-ностью композиции, яркостью и насыщенностью колорита. [16]
Ювелирное ремесло в культурных слоях Новгорода представлено в меньшей степени, нежели в южных городах Руси. Это, однако, объясняется не тем, что в городе не работали ювелиры, а лишь отсутствием такой категории находок, как клады. Во многих городах восточной и южной Руси украшения княгинь и боярынь скрыты были в земле во время монгольского нашествия Батыя 1240 года. [17]
Таковы его картины Меншиков в Березове - всесильный временщик Петра I в опале; Боярыня Морозова - монументальное полотно, изображающее главную героиню, сильную духом, проникнутую фанатической убежденностью в приверженности старой вере; Покорение Сибири Ермаком - отражение двух противоборствующих народных стихий. Драматизм момента, мужество и героизм русского солдата переданы в картине Переход Суворова через Альпы, написанной к столетию этого события. Полифонично-стью композиции, яркостью и насыщенностью колорита отличается его картина Взятие снежного городка - описание народной игры на масленичной неделе. [18]
Послы должны были промышлять, родственникам и ближним людям невесты говорить всякими мерами, веру православную хвалить и на то невесту привести, чтоб она захотела быть с государем одной веры и приняла святое крещение; к людям, которые будут этим промышлять, быть ласковыми и приятельными и если надобно, то, смотря по мере, и подарить, и вперед государ-ским жалованьем обнадеживать. Все их государское будет общее, чего она государыня захочет, все будет ей невозбранно, кого захочет, того, по совету и повеленью супруга своего, жаловать будет, и тем датским людям, которые будут с нею, неволи и нужды не будет, а чаем, что с ней будут немногие люди, многим людям быть не для чего, у великого государя на дворе честных и старых боярынь и девиц отеческих дочерей много. Если король согласится на все, просить позволения ударить челом племянницам и, пришедшим к ним, ударить челом по обычаю учтиво об руку и поминки королеве и девицам поднести от себя по сороку соболей или что пригоже, причем смотреть девиц издалека внимательно, какова которая возрастом, лицом, белизною, глазами, волосами и во всяком прироженье и нет ли какого увечья, а смотреть издалека и примечать вежливо. Если королева позовет их к руке, то идти, королеву и девиц в руку целовать, а не витаться с ними ( не брать за руку) и, посмотревши девиц, идти вон, после чего проведывать, которая к великому делу годна, чтоб была здорова, собою добра, не увечна и в разуме добра, и какую выберут, о той и договор с королем становить, спрашивать, сколько дадут за невестою земель и казны. [19]
Hi о другое нлекло от царя и от царской ооты. Он был большой любитель прекрасного иола и относился к нему чрезвычайно беззастенчиво. Если случится, какая-нибудь хорошенькая боярыня приедет к гости к его матери, и хозяйки не застанет, молодой князь без церемонии хватает ее за талию, тащит в кабинет и дслае с нею, что ему угодно. С княгинею Трубецкою был он в постоянной связи, вое в Москве это знали, и он открыто издевался над ее мужем. Отец этого ловеласа, князь Алексей Григорьевич, был с ним в постоянном препирательстве; отец длже думал повредить добрым отношениям сына к: царю. [20]
За время царствования Ивана Грозного и его сына Федора Романовы приобрели огромные вотчины и стали богатейшими землевладельцами своего времени. Очевидец событий Конрад Буссов записал, что братья Никитичи искали подходящего случая, чтобы извести Бориса ядом, но они были преданы своими собственными людьми. Близкий к Романовым Исаак Масса утверждал, будто душой антигодуновского заговора была боярыня Ксения Ивановна Шестова-Морозова, жена Федора Никитича. [21]
Литовские же люди ви-дяху свое неизможение, повелеху бояром своих жен и всяким людем выпущати из города вон. Бояре же о том оскорбяся, куда б их выпустити вон, и послаша ко князь Дмитрею Михаиловичю Пожарскому и х Кузме и ко всем ратным людем, чтобы пожаловали их, приняли без позору. Князь Дмитрей же повеле им жен своих выпущати и пойде сам и прият жены их чесно и проводи их коюждо к своему приятелю и повеле им давати корм. Казаки ж все за то князь Дмитрея хотеша убита, что грабить не дал боярынь. [22]
Древние русские летописцы не упоминают о существовании проституции в России как об отдельном проявлении общественной жизни, и надо думать, что ее и не было в первое время на Руси. Но это еще не говорит, конечно, за то, чтобы на Руси в древности не было разврата; он несомненно был у наших предков, но выражался не в виде проституции. Что разврат существовал в России, это видно уже из того, что Владимир Святой до своего крещения, как свидетельствуют летописцы имел целый гарем наложниц, которых можно было считать целыми сотнями. Может быть отсутствие проституции в древней Руси лежало в том складе образа жизни, в котором находились в то время русские женщины. В то время боярыни постоянно сидели взаперти, в своих высоких теремах, окруженные дворней, и не только девицы, но и замужние женщины почти не встречались с мужчинами, даже на своих пирах и увеселениях, разве только в церкви, и таким образом проходила почти вся жизнь более знатных русских женщин, вначале, в девицах, под властью отца, а затем позднее под властью мужа. [23]
Патриарх Никон, протопоп Аввакум и боярыня Морозова. [24]
В монументальных полотнах, поев, переломным моментам, напряженным конфликтам рус. Глубокие по пониманию противоречий ист. Утро стрелецкой казни, 1881; Меншиковв Березове, 1883; Боярыня Морозова, 1887; Покорение Сибири Ермаком, 1895) отличаются широтой и полифонич-ностью композиции, яркостью и насыщенностью колорита. [25]
Причина этого последнего, может быть, главным образом заключалась в ненормальности самого брака в древней Руси. Брак устраивался родителями жениха и невесты, чаще всего без всякого участия этих последних, и нередко суженая в первый раз встречалась со своим будущим мужем только в церкви, в день самого венчания. Подобное соединение супругов не по собственному их влечению, а по приказу родителей, конечно, чаще всего служило к тому, что такие муж и жена мало питали любви друг к другу, а если и жили совместной жизнью, то скорее по необходимости, по невозможности изменить все это. Часто выданная за нелюбимого человека, страдавшая от его деспотизма и самодурства, женщина скоро делалась озлобленной, раздраженной и вечно недовольной всем окружающим, но будучи в такой суровой обстановке, о которой я выше упомянул, она редко имела возможность встретить какого-либо другого мужчину из своей среды и полюбить его. Да и что могло выйти из этой любви, кроме еще более тяжелого ее положения во власти того же самого мужа; а потому она или одиноко влачила свою постылую жизнь, или заводила связь со слугой или кем-нибудь из дворовых мужчин. Мужья, в свою очередь, при таком браке бежали от немилых жен и удовлетворяли свою страсть на стороне в среде женщин, хотя и низкого, но свободного сословия, где безнравственность часто была широко распространена. Общественное мнение смотрело в то время очень снисходительно, если какой-нибудь боярин заводил на стороне связь с какой-либо вдовой или девицей не своего круга, этому не придавали никакого значения. Женщины не боярского круга были в большинстве случаев очень бедны и к тому же их общество всегда было доступно мужчинам; ввиду этого вполне понятно, почему богатые бояре и боярские сынки частенько захаживали к таким женщинам и там заводили интрижки. Женщины класса иростолюдинок, не будучи заключены, как боярыни, в одиночество, были более доступны мужчинам, а при своем довольно вольном поведении сильно привлекали их к себе. Смелость таких женщин доходила до того, что они нередко разрешали себе, как женщины, так и девицы, купаться на открытом берегу рек наряду с мужчинами. Все это, конечно, сближало мужчин с такими женщинами и вело, конечно, к разврату. Вообще, по словам Корба, безнравственность в то время была широко распространена между народом и блуд с прелюбодеяниями существовал в Москве в широких размерах. [26]