Cтраница 1
Проект Гражданского уложения ( ст. 513) также имел в виду особое, притом пользующееся приоритетом, регулирование казенных подрядов. [1]
При подготовке проекта Гражданского Уложения предметом обсуждения был и вопрос о бремени доказывания наличия ( или отсутствия) вины должника в неисполнении обязательства, который формулировался российскими цивилистами следующим образом: Обязан ли должник доказать, что неисполнение им обязательства произошло без вины с его стороны, или, напротив того, веритель должен доказать, что неисполнение подлежит вменению в вину должнику. [2]
При подготовке проекта Гражданского Уложения общие положения о задатке как способе обеспечения исполнения гражданско-правовых обязательств нашли свое место в проекте: нормы о задатке были включены в главу П ( общие положения о договорах) наряду с правилами об отступном и неустойке. [3]
Таковы основные правила по проекту Гражданского Уложения, регулирующие особый способ защиты прав кредитора, которого, увы, лишены кредиторы по действующему сегодня российскому гражданскому законодательству. Что же касается права кредитора требовать признания недействительным договора продажи предприятия, продавцом по которому выступает должник ( ст. 562 ПС), то при определении обстоятельств, которые могут служить основанием для удовлетворения таких требований кредиторов, опыт российских дореволюционных правоведов может оказаться полезным. [4]
Необходимость включения данной статьи в проект Гражданского Уложения объяснялась тем, что если обязательство происходит из двустороннего договора, т.е. когда оно обусловлено равноценным исполнением со стороны верителя, освобождение должника от обязательства, предмет которого случайно подвергся гибели, само по себе не решает вопроса, кто из участвующих в договоре лиц, должник или веритель, несет страх за случайную гибель. Вопрос этот зависит от того, сохраняет ли сторона в двустороннем договоре, несмотря на освобождение ее от принятия по договору обязательства в силу случайно наступившей невозможности исполнения, право требования исполнения, к которому обязана на основании того же договора другая сторона, являющаяся верителем в том обязательстве, или это право не сохраняется. [5]
Примером может служить ст. 421 проекта русского Гражданского Уложения ( гл. В этой статье было предусмотрено: по договору личного найма нанявшийся обязуется за вознаграждение ( рядную плату, жалованье) предоставить свой труд в пользу нанимателя. В силу следующей статьи ( ст. 422) предметом личного найма может быть не только физический труд, но и иного рода деятельность, требующая от нанявшего особых знаний или искусства. [6]
Однако, в отличие от дореволюционного проекта Гражданского Уложения, срочному поручительству ныне не придается значения квалифицированного вида поручительства. Единственный юридический смысл срока, определяемого сторонами договора поручительства, заключается в том, что в этом случае иск кредитора может быть предъявлен поручителю в пределах срока, предусмотренного договором, а не установленного законом. [7]
Любопытно отметить, что в проекте Гражданского Уложения России, внесенного в Государственную думу в 1913 г., также имелась норма, наделявшая суд правом на уменьшение размера неустойки. Отличие же заключается в том, что текст этой нормы вовсе не связывает возможность уменьшения неустойки с убытками. [8]
Однако предоставим слово российским цивилистам, подготовившим проект Гражданского Уложения. [9]
В комментарии Редакционной комиссии к ст. 1607 проекта Гражданского Уложения подчеркивалось, что определение размера неустойки предоставляется усмотрению сторон, так как установить какое-нибудь определенное правило для размера неустойки не представляется возможным. В отношении неустойки не наблюдается обычного постоянства в назначении ее размера. Она колеблется в самых различных пределах в зависимости от того, насколько стороны считают для себя важным обеспечить исполнение договора. [10]
В отличие от положений, содержавшихся в проекте Гражданского Уложения Российской империи, в соответствии с которыми поручитель брал на себя обязанность исполнить обязательство за неисправного должника, обязательство поручителя по действующему сегодня законодательству ограничено лишь обязанностью нести ответственность за должника. Такой подход представляется более правильным, ибо предоставление кредитору права требовать от поручителя исполнения обязательства за должника, в том числе реального исполнения, заставляло бы последнего всякий раз представлять доказательства отсутствия возможности реального исполнения обязательства, что вряд ли способствовало бы широкому использованию поручительства в качестве способа обеспечения исполнения обязательств в имущественном обороте. [11]
В материалах Редакционной Комиссии специально подчеркивалось, что проект Гражданского Уложения не устанавливает обязательной связи между частичным исполнением договора и уменьшением размера неустойки: по проекту суд может, если по обстоятельствам дела найдет нужным, уменьшить размер неустойки, но суд не обязан это делать в каждом случае частичного исполнения обязательства ( выделено нами. [12]
Чрезвычайно интересно рассмотреть положения о поручительстве, содержащиеся в проекте Гражданского Уложения, и соответствующий комментарий к ним Редакционной комиссии. [13]
России имегтс; коммектаг / гаг: ст ( 654 книги V проекта Гражданского Уложения, предусмафикагопггй, что - хчо Награждение за убытки состоят Р 7л смещении как понесенного ьери - чаел умеряй и имущестае. [14]
Интересная деталь: положения о просрочке кредитора ( верителя) были включены российскими цивилистами и в проект Гражданского Уложения, несмотря на то что современное им гражданское законодательство ряда стран ( например, Франции и Италии) не предусматривало аналогичных положений. Необходимость включения в проект соответствующих положений объяснялась следующим образом: во-первых, принятие исполнения от должника не может рассматриваться как предмет обязательства верителя, уклоняясь от которого он подвергался бы ответственности на общем основании; во-вторых, предоставление должнику возможности внести предмет обязательства на хранение не разрешает вопроса, так как должник может прибегнуть к этому лишь после того, как веритель уклонился от принятия исполнения; в-третьих, по мысли закона этот последний порядок исполнения обязательства представляется, но не навязывается должнику; в-четвертых, в законе должно быть определено влияние просрочки верителя на положение должника. [15]