Cтраница 2
С другой стороны, мы видим здесь особенно рельефно различие в классовом положении мелких земледельцев и наемных рабочих. Конечно, трудятся те и другие; конечно, подвергаются эксплуатации со стороны капитала, хотя и в совершенно различных формах, те и другие. Но только вульгарные буржуазные демократы могут на этом основании объединять эти различные классы, говорить о мелком трудовом земледелии. Это значит именно прикрывать и затушевывать общественный строй хозяйства, его буржуазный уклад, выдвигая на первый план признак, свойственный всем предшествующим укладам: необходимость труда, личного труда, физического труда для существования мелкого земледельца. [16]
Ленин показал в своей книге усиление концентрации производства в сельском хозяйстве, экспроприацию мелких земледельцев, бедственное положение мелких фермеров и арендаторов. [17]
Если электрификация через 10 - 20 лот, ни капли не страшен индивидуализм мелкого земледельца и свободная торговля е г о в местном обороте. Если не электрификация, все равно неизбежен возврат к капитализму. [18]
Мы видели, что основой образования внутреннего рынка в капиталистическом производстве является процесс распадения мелких земледельцев на сельскохозяйственных предпринимателей и рабочих. Едва ли не каждое сочинение об экономическом положении русского крестьянства в пореформенную эпоху указывает на так называемую дифференциацию крестьянства. Следовательно, наша задача состоит в том, чтобы изучить основные черты этого явления и определить его значение. [19]
Высказываясь за национализацию земли, трудовики в своем проекте обнаруживают очень ясно эгоистические и индивидуалистические стремления мелких земледельцев. Надельные и мелкие частновладельческие земли они оставляют в руках теперешних владельцев ( § 3 земельного проекта 104 - х) с тем лишь, чтобы были приняты законодательные меры, обеспечивающие постепенный переход их в общенародную собственность. Это значит, в переводе на язык действительных экономических отношений, вот что: мы исходим из интересов действительных хозяев, действительных, а не номинальных только, земледельцев, но мы хотим, чтобы их хозяйственная деятельность вполне свободно развернулась на национализированной земле. Параграф 9-ый проекта, говорящий, что в очереди отдается преимущество местному населению перед пришлым и земледельческому перед неземледельческим, показывает еще раз, что интересы мелких хозяйчиков стоят на первом плане у трудовиков. [20]
Нам ничего не остается, как попытаться собрать воедино сравнительно крайне скудные и совсем плохо разработанные данные об экспроприации мелких земледельцев, которые имеются в переписи 1910 года. [21]
Конечно, торговый и финансовый капитал взяли себе львиную долю этой поземельной ренты, но все же классовое положение мелких земледельцев и наемных рабочих всецело подходит, в их взаимоотношении, к положению мелкого буржуа и пролетария. [22]
И мы думаем, что если рассчитывать правильно, то при всей сознаваемой глубокой розни экономических интересов пролетариата и мелкого земледельца расчет будет в нашу пользу. [23]
Это мы прекрасно знаем теоретически, и в России всякий, кто присматривался к жизни и к условиям хозяйства мелкого земледельца, не может не наблюдать этого. [24]
И мы думаем, что если рассчитывать правильно, то при всей сознаваемой глубокой розни экономических интересов пролетариата и мелкого земледельца расчет будет в нашу пользу. [25]
И мы думаем, что если рассчитывать правильно, то, при всей сознаваемой глубокой розни экономических интересов пролетариата и мелкого земледельца, расчет будет в нашу пользу. [26]
Такая масса крестьян, бросающих свой дом и надел ( у кого есть дом и надел), свидетельствует наглядно о гигантском процессе превращения мелких земледельцев в сельских пролетариев, о громадном спросе растущего земледельческого капитализма на наемный труд. [27]
Напрасно только думают эсеры сильными словами затушевать тот факт, что суть дела вовсе не в оппортунизме господ Пешехоновых и К, а в индивидуализме мелкого земледельца. Не в том дело, что Пешехоновы загрязняют идейный поток эсерства, а в том, что большинство передовых крестьянских депутатов обнаружило истинное экономическое содержание народничества, истинные стремления мелких земледельцев. [28]
Но кроме этого класса эксплуататоров, почти во всех капиталистических странах, - может быть, за исключением Англии, - существует класс мелких производителей и мелких земледельцев. Главный вопрос революции заключается теперь в борьбе против этих двух последних классов. Чтобы освободиться от них, необходимо применять другие методы, чем в борьбе против крупных землевладельцев и капиталистов. Оба последние класса мы могли просто экспроприировать и прогнать, - что мы и сделали. Но с последними капиталистическими классами, с мелкими производителями и с мелкими буржуа, которые существуют во всех странах, мы не можем поступить подобным образом. В большинстве капиталистических стран эти классы представляют очень сильное меньшинство, приблизительно от 30 до 45 % населения. Их нельзя экспроприировать или прогнать, - здесь борьба должна вестись иначе. Значение периода, который начинается сейчас в России, с международной точки зрения, - если рассматривать международную революцию как единый процесс, - состоит по существу в том, что мы практически должны разрешить вопрос об отношениях пролетариата к последнему капиталистическому классу в России. Теоретически все марксисты хорошо и легко разрешали этот вопрос; но теория и практика - две вещи разные, и разрешать этот вопрос практически или теоретически совсем не одно и то же. Мы определенно знаем, что делали большие ошибки. [29]
Во-первых, ничтожная доля, земли у сотен тысяч рабочих указывает не на то, что ото явление имеет незначительные размеры, а на принижение и пролетаризацию мелкого земледельца капитализмом. Не выведет ли отсюда остроумный г. Булгаков, что все явление мелкого землевладения и земледелия есть вообще деталь и имеет слишком незначительные размеры. [30]