Cтраница 2
Сочинение Бруцкуса ( 1874 - 1938) Проблемы народного хозяйства при социалистическом строе ( 1922) вскоре получило международную известность как одно из наиболее резких выступлений о логической и практической неосуществимости социализма. Менее и шестна еще более ранняя статья веховца А. Изгоева-Лаиде Социализм, i ультура и большевизм ( в сборнике Из глубины, 1918), примечательная i коими резкими и лапидарными формулировками: Долгие годы, когда экономическая теория Карла Маркса давно уже была разрушена европейскими ь оретиками, она наивно считалась у нас последним словом экономической плуки. Немало усилий тратилось нашими учеными на штопание расползавшегося по всем швам марксистского кафтана, на прилаживание его к упрямой действительности. [16]
И это есть полное признание экономического обоснования большевистской тактики. Не в революционном угаре дело ( как думают веховцы и Чере-вашгаы), а в объективных, экономических условиях, дающих возможность американского пути капитализма в России. В своей истории крестьянского движения в 1905 - 1907 гг. Маслов должен был признать наши основные посылки. Аграрная программа кадетов, - пишет он там же, - является наиболее утопической, так как нет такого широкого общественного класса, который был бы заинтересован в желательном для них решении вопроса: победят или интересы землевладельцев с грядущими политическими уступками ( Маслов хочет сказать: причем неизбежны уступки землевладельческой буржуазии) или интересы демократии ( стр. [17]
После опыта революции 1905 - 1907 гг. теоретики либерализма ( прежде всего) авторы сборника Вехи вынуждены были внести существенные коррективы в эти теоретические рассуждения. Вступив в сотрудничество с крупными московскими капиталистами прогрессивного толка, веховцы стали теперь доказывать, что потребности общественного развития страны полностью совпадают с интересами крупной буржуазии. [18]
Именно либерализм, - пишет г. Потресов, - как идейное течение, являет собой картину величайшего разложения и величайшей беспомощности. Взять хотя бы эту углубляющуюся трещину, которая залегла между либерализмом практическим и либерализмом теоретизирующим, - между эмпиризмом Речи Милюкова и теориями веховцев. [19]
Не случайно, но в силу необходимости вся наша реакция вообще, либеральная ( веховская, кадетская) реакция в частности, бросились на религию. Одной палки, одного кнута мало; палка все-таки надломана. Веховцы помогают передовой буржуазии обзавестись новейшей идейной палкой, духовной палкой. Махизм, как разновидность идеализма, объективно является орудием реакции, проводником реакции. Борьба с махизмом внизу не случайна, а неизбежна, поэтому в такой исторический период ( 1908 - 1910 годы), когда наверху мы видим не только богомольную Думу октябристов и Пуришкевичей, но и богомольных кадетов, богомольную либеральную буржуазию. [20]
Они считали, что до тех пор, пока не произойдет духовного очищения и возрождения личности, революционный переворот бессмыслен. Веховцы утверждали, что главной виновницей русской революции являлась интеллигенция, зараженная идеями противогосударственности, безре-лигиозности и космополитизма. Интеллигенция, представлявшая нерв и мозг гигантского тела революции, вместо того, чтобы вести систематическое воспитание народа, сознательно разжигала его темные, разрушительные инстинкты. [21]
Толстого есть пощечина буржуазному либерализму; - потому, что одна уже безбоязненная, открытая, беспощадно-резкая постановка Толстым самых больных, самых проклятых вопросов нашего времени бьет в лицо шаблонным фразам, избитым вывертам, уклончивой, цивилизованной лжи нашей либеральной ( и либерально-народнической) публицистики. А веховцев лобызает Антоний Волынский. [22]
Но Мартов не видит шага назад, сделанного либеральными буржуа от демократии к порядку, к монархии, к сближению с помещиками. Мартов не видит связи шага по пути к буржуазной монархии с контрреволюционностью, с веховством либеральной буржуазии. Не видит потому, что он сам веховец - среди марксистов. По-либеральному мечтая о решительном столкновении либеральных буржуа с крепостниками, он выбрасывает за борт историческую реальность революционного столкновения рабочих и крестьян с крепостниками, несмотря на колебания либералов, несмотря даже на переход их в партию порядка. [23]
Это по отношению к русской действительности кое-что значит. Когда веховцы подходят к оценке теперешнего положения вещей, они имеют в виду именно эту перспективу. Как учитывает ее Милюков и как оценивают ее веховцы. В России большевики должны были сыграть такую роль: опрокинуть монархию, помещичье крупное землевладение и подготовить почву для буржу-азно-демократического строя. И на этом строит Милюков свою программу. Он отправляется сейчас от крестьянства, называет кадетскую партию партией крестьянства. Одновременно совершается вполне определенное перерождение эсеров. Если у них и были какие-нибудь разговоры относительно рабочего класса, то все и: к заявления в последнее время приобретают все более и более мещанский и классовый характер. Вот то, о чем мечтают и что думают провести в жизнь наши господа капиталисты. [24]
Шаг назад, сделанный либеральной буржуазией, есть веховство этой буржуазии, ее отречение от демократизма, ее приближение к партиям порядка, ее поддержка ( прямая и косвенная, идейная и политическая) попыток старого режима удержаться ценою минимальных шагов по пути превращения в буржуазную монархию. Буржуазная монархия не может не только сложиться, но даже и начать складываться без контрреволюционной - ( веховской) либеральной буржуазии. Мартов забывает это прежде всего и больше всего но той простой причине, что он сам веховец... [25]
Углубляющаяся трещина залегла менаду тем, что вы и подобные вам полулибералы говорили и думали о кадетах в 1905 - 1906 - 1907 годах, и тем, что вы вынуждены признать, путаясь и противореча себе, в 1909 - 1910 годах. Противоречие между эмпиризмом либеральных практиков и теориями господ а 1а Струве вполне ясно сказалось даже раньше 1905 года: припомните-ка, как сбивалось буквально на каждой своей попытке теоретизировать тогдашнее Освобождение вз. Если вы теперь начинаете соображать, что либерализм оказался будто бы разорванным ( это опять и опять словесный выверт, пустая фраза, ибо веховцы как раз не разорвали с Речью и обратно, а ужились, и уживаются, и уживутся отлично), бесплодным, висящим в воздухе, что это лишь наименее устойчивая ( sic. Либерализм оказался наименее устойчивой частью буржуазной демократии как раз не в настоящее время, не в трехлетие 1908 - 1910 годов, а именно в предыдущее трехлетие. Наименее устойчивы те квазисоциалисты, которые преподносят публике горчицу после ужина. [26]
Лев Толстой сказал незадолго до своей смерти, и сказал с характерным для худших сторон толстовщины сожалением, что русский народ необыкновенно быстро научился делать революцию. Мы жалеем только о том, что русский народ не доучился этой науке, без которой он целые века может остаться рабом у Пуришкевичей. Никакие виселицы Столыпина, никакие потуги веховцев не заставят забыть этих уроков. [27]
Потресов оговорился, что он богостроительства сейчас не касается. Вот этим-то и отличается беспринципный и обывательский публицист Потресов от Каутского. Каутский ни о богостроительстве махистов, ни о богомольных веховцах и не знал и потому мог говорить, что не всякий махизм - идеализм. Потресов это знает и, не касаясь главного ( для того, кто смотрит г / зко-публицистически, главного), лицемерит. Объявляя борьбу с махизмом частным делом, г. Потресов и иже с ним становятся в общественно-политическом смысле пособниками веховцев. [28]
Никакого пророчества ни в одной из статей этого сборника при всем желании найти невозможно. Авторы действительно резко отрицательно отзывались о русской революции, но речь везде шла исключительно лишь о прошедшей революции - 1905 - 1907 гг., но отнюдь не о будущей. Зато когда произошла Октябрьская рабоче-крестьянская революция 1917 г., в новом сборнике Из глубины ( 1918) участвовавшие в нем веховцы задним числом объявили себя пророками. [29]
И именно поэтому кадеты в третьей Думе гораздо меньше висят в воздухе, чем в первой. Вы этого не понимаете, любезный г. Потресов. Напрасно же вы брались рассуждать о современной драме наших общественно-политических направлений. Я вам даже скажу по секрету, что и впредь, в течение, вероятно, довольно значительного времени, политическая деятельность кадетов не будет бесплодна - не только благодаря реакционной сильноплодности веховцев, но и благодаря тому, что, пока есть у демократии политические караси, будет чем жить и щукам либерализма. Пока есть такая неустойчивость в социализме, такая дряблость в демократии, которая иллюстрируется очень наглядно фигурами а 1а Потресов, до тех пор искусства эмпириков либерализма всегда хватит для уловления этих карасей. Не горюйте, кадеты: вам есть чем жить, пока живы Потресовы. [30]