Cтраница 2
И сегодня авторы историко-социологи-ческих исследований ( в том числе и авторы данной главы) возвращаются к этой проблеме, анализируя вклад российских социологов в развитие социологического знания. [16]
Фрейд считал, что идентификация есть отождествление не с выгодным, а с любимым и, следовательно, вызывает агрессию по отношению. Принимая эту логику детского механизма социального самопричисления, мы должны будем признать, что разрушение групповой идентификации приведет к снижению групповой и, возможно, усилению индивидуальной агрессивности. Как считает российский социолог В. [17]
К числу препятствий развитию социологии политики относится то, что университетские курсы по этой дисциплине еще только формируются, недостаточно их методическое обеспечение. Преподаватели, как правило, в силу разных причин не в состоянии участвовать в серьезных проектах, оторваны от социологов-исследователей. Слаба также связь российских социологов политики с международными исследовательскими организациями и центрами, в частности, с Исследовательским комитетом по политической социологии при МСА и МАПН, не удается пока создать Российский национальный комитет по социологии политики. Мы уже не говорим о низком уровне материального обеспечения работы как самих исследовательских центров, так и их сотрудников. Все это мешает формированию научного сообщества с едиными критериями исследования, системой научных коммуникаций и корпоративным этосом. [18]
Неверна, по Б. А. Кистяковскому, и марксистская интерпретация классов и классовой борьбы. С одной стороны, эти понятия формулируются как понятия экономические. Они же суть категории социально-психологические, утверждал российский социолог. Общности ( в том числе и классы) формируются в ходе психологического взаимодействия между людьми, в процессе складывания особых типов отношений, но сами эти отношения конституируются прежде всего вырабатываемой однородностью общих чувств, желаний, стремлений, мыслей. Именно эта однородность, социальные дифференциация и ассоциация как продукты человеческого взаимодействия выступают предметом интереса социологии. Понятие класса к тому же, с другой стороны, является конкретно-историческим, видовым, характеризующим только некоторые ступени процесса социальной дифференциации. Родовой же категорией, позволяющей схватывать процесс не только социальной дифференциации, но и процесс социальной ассоциации, выступает понятие социальной группы. Соответствующим образом соотносятся и понятия социальной и классовой борьбы. [19]
Был создан Словарь по современной западной социологии [130], подготовлены и изданы в рамках программы Обновление гуманитарного образования в России Очерки по истории теоретической социологии XIX - начала XX вв. Семенова Западная социология [ 38а ] и целый ряд других, позволяющих молодому поколению российских социологов теперь уже более свободно включаться в профессиональный дискурс мирового социологического сообщества. [20]
Следует также отметить, что содержание сообщений в рамках информационной войны во многом совпадает со слухами. Однако, как и в случае слухов, тревожность в этом случае не уменьшается, а, наоборот, возрастает. Именно резонансное раскачивание событий в Югославии подтверждает и отсутствие влияния категории обманутых вкладчиков на выборы. Проведенные российскими социологами опросы показали, что результаты... [21]
Многие социологические центры так или иначе вовлечены в исследования по заказам политических субъектов различной ориентации. Это неизбежно накладывает отпечаток на направленность исследований и их содержание. Даже академические институты обнаруживают политико-идеологические пристрастия. В условиях ломки социально-политической системы избежать ангажированности трудно, но все же необходимо. Для российских социологов это особо деликатная проблема, так как исстари гуманитарная интеллигенция России остро переживала судьбы отечества. [22]
Социальная типология рассматривается им как метод создания особых мыслительных конструкций на пересечении собственно социологии и истории, снимающий односторонность как номотетического, так и идиографического подходов. Социальный закон не допускает исключений, являясь очень жесткой познавательной конструкцией. Однако в отличие от него В. М. Хвостов так и не прояснил окончательно статус социальных типологий, то относя их к социологии, то считая их предметами конкретных социальных наук, оставляя за социологией исследование только процесса общения как такового. Зимме-лем: признавая микросоциологический уровень социологического знания, основной пафос российский социолог обратил на защиту теоретической социологии, так и не прояснив своего понимания микросоциологии и ее места в своей системе. В этом отношении остается только сожалеть, что В. М. Хвостов не смог реализовать полностью замысел своей итоговой работы Социология, второй, не вышедший том которой должен был быть посвящен анализу социологического объяснения и структуры социологического знания. [23]