Cтраница 3
Этапы сакрализации самодержавной власти в России прослежены в исследовании В. М. Живова и Б. А. Успенского Царь и Бог. Русские государи начинают именоваться царями. В 1547 г. Иван IV венчался на царство и наименование его царем становится официальным. По словам Живова и Успенского, оно воспринималось, в сущности, как имя собственное, как одно из божественных имен - наименование человека царем могло приобретать в этих условиях мистический смысл. Герберштейн уже был поражен беспредельностью княжеской власти, описывая ее следующим образом: Он имеет власть как над светскими, так и над духовными особами и свободно, по своему произволу, распоряжается жизнью и имуществом всех. Между советниками, которых он имеет, никто не пользуется таким значением, чтобы осмелиться в чем-нибудь противоречить ему или быть другого мнения. Они открыто признают, что воля князя есть Воля Бога, и что князь делает, то делает по Воле Божьей; потому они даже называют его Божьим ключником и постельником и, наконец, верят, что он есть исполнитель Воли Божьей. [31]
Долго ли продолжалось социальное обеспечение киевлян - неизвестно. Затея князя - снова насмешка, ирония в действии и своего рода социологический опыт, выявляющий жизненную несостоятельность евангельских идеалов. Христианский тезис доведен Владимиром до Иванушкина абсурда, и демонстрация князя опять же направлена против церкви. Милостыня, нещедро, Христа ради, раздаваемая ею, служила показателем соблюдения евангельских заветов, возвышала религию. И такая публичная акция князя противостояла церкви, хуже - побуждала и ее отказаться от богатств, которые ( вовсе не сокровища на небесах) она только что, и с большим рвением, стала скапливать... Владимир это прекрасно понимал. Он не собирался дискредитировать церковь, наоборот, но показать, что евангельские поучения для князя и для тех, кто ему подвластен, имеют разное значение, показать, что церковь не должна вмешиваться в дела государства сверх пределов, которые определит княжеская власть, Владимир сумел. Заодно, заметим, должна была сильно возрасти и популярность самого Владимира, ласкового князя Владимира, как его хранят в памяти своей русские былины. [32]