Cтраница 3
Чтобы исчерпать все логически возможные гипотезы, можно спросить себя, почему бы такому единодушию не распространиться на все коллективные чувства без исключения; почему бы даже наиболее слабым из них не сделаться достаточно энергичными для того, чтобы предупредить всякое инакомыслие. Но такое абсолютное и универсальное однообразие совершенно невозможно, так как окружающая нас физическая среда, наследственные предрасположения, социальные влияния, от которых мы зависим, изменяются от одного индивида к другому и, следовательно, вносят разнообразие в нравственное сознание каждого. Невозможно, чтобы все походили друг на друга в такой степени, невозможно уже потому, что у каждого свой собственный организм, который занимает особое место в пространстве. Вот почему даже у низших народов, у которых индивидуальность развита очень мало, она все-таки существует. Следовательно, так как не может быть общества, в котором индивиды более или менее не отличались бы от коллективного типа, то некоторые из этих отличий неизбежно будут носить преступный характер. Этот характер сообщается им не внутренне присущим им значением, а тем значением, которое придает им общее сознание. [31]
Фейерабенд ( Feyerabend) [4] утверждает, что ни одна из обсуждавшихся выше методологий не была успешной. Он исходит из того, что методологии, указывающие ученым, как осуществлять выбор и принимать решения, некорректны и неуместны. Только концепция исследовательских программ Лакатоса приемлема для него, так как не задает правил выбора программы, хотя и тут остается подверженность исследователей социальному влиянию. Парадигматическая или матричная модель Куна, напротив, требует, чтобы все желающие участвовать в исследованиях ученые придерживались нормальной науки. [32]
Этим самым я говорю, во-вторых, что он не произведет впечатления на социальные группы, работа, жизнь и интересы которых не связаны кровно с властью. Идеология сборника, его специфические черты не привьются ни к крестьянству, ни к землевладельцам, ни к капиталистам ( поскольку настоящие интересы их лежат в плоскости производства, а не простой чисто хищнической эксплуатации власти), ни к пролетариату, ни к интеллигенции, привыкшей работать независимо от власти, параллельно с нею. В-третьих, так как я не думаю, что группа госспецов и госклиентов - соль земли, влияние которой огромно и решающе ( наоборот, социальное влияние ее весьма незначительно), то я полагаю, что практическая роль сборника будет небольшой: коромысло весов истории России мало покачнется от того, куда поместит себя эта группа: на чашку ли правительства или на другую. [33]
Поппера социальная технология характеризуется как способ применения теоретических выводов в практической деятельности. Автор разделяет ее на два вида - частичную и холистскую ( утопическую) технологию. Первая характеризуется не столько масштабностью поставленных целей и задач, сколько реалистичностью, правильным пониманием того, что можно сделать с помощью имеющихся способов, форм и методов социального влияния. Она базируется на анализе реальных процессов и их осуществления в ходе практических преобразований действительности. Хо-листская ( утопическая) технология пытается в ходе социальных преобразований решить поставленные задачи как можно быстрее, решительнее, в один прием революционным путем. Поэтому, по мнению Поппера, она не способна своевременно учесть и предупредить нежелательные, вредные последствия начертанных мероприятий. [34]
Браун и др. - разработала для описания и объяснения действий, обычно ассоциируемых с человеческой агрессией, принципиально новый подход, базирующийся на методологических позициях теории социального влияния, основанной на использовании понятия принудительная сила. Эти ученые коренным образом пересматривают статус самого понятия агрессия, считая, что оно не может относиться к какому-то одному конкретному виду человеческих действий, а является только своеобразной социальной этикеткой - ярлыком, используемым для обозначения тех действий, в которых главным способом социального влияния избрана принудительная сила. Анализ основного содержания теорий социального влияния показывает, что принудительная сила ассоциируется и отождествляется с агрессией лишь в тех случаях, когда имеется намерение причинить ущерб, а само действие может быть оценено как антинормативное. Таким образом, принуждение квалифицируется как агрессия, если оно не узаконено социальными нормами. Тем самым осуществляется радикальный переход от изучения глубинных внутриличностных динамик человеческого агрессивного поведения к пониманию и объяснению его как преимущественно социального феномена, рассматриваемого в контексте реальных общественных связей и отношений, и, соответственно, к использованию методов и средств познания, адекватных для описания такого круга явлений. [35]
Современная медицина предложила новый взгляд на болезнь, в соответствии с которым причины болезни имеют физическую природу и поддаются научному объяснению. Научный подход при определении диагноза и выборе метода лечения является важнейшей особенностью современного здравоохранения. Среди других важных черт можно назвать возникновение больниц - специальных учреждений, в стенах которых проводится анализ и лечение серьезных заболеваний, а также превращение медицины в профессию, объединяющую людей, ей занимающихся, в группу, придерживающуюся определенного этического кодекса и обладающую существенным социальным влиянием. Эти три аспекта медицины тесно связаны друг с другом. [36]
Браун и др. - разработала для описания и объяснения действий, обычно ассоциируемых с человеческой агрессией, принципиально новый подход, базирующийся на методологических позициях теории социального влияния, основанной на использовании понятия принудительная сила. Эти ученые коренным образом пересматривают статус самого понятия агрессия, считая, что оно не может относиться к какому-то одному конкретному виду человеческих действий, а является только своеобразной социальной этикеткой - ярлыком, используемым для обозначения тех действий, в которых главным способом социального влияния избрана принудительная сила. Анализ основного содержания теорий социального влияния показывает, что принудительная сила ассоциируется и отождествляется с агрессией лишь в тех случаях, когда имеется намерение причинить ущерб, а само действие может быть оценено как антинормативное. Таким образом, принуждение квалифицируется как агрессия, если оно не узаконено социальными нормами. Тем самым осуществляется радикальный переход от изучения глубинных внутриличностных динамик человеческого агрессивного поведения к пониманию и объяснению его как преимущественно социального феномена, рассматриваемого в контексте реальных общественных связей и отношений, и, соответственно, к использованию методов и средств познания, адекватных для описания такого круга явлений. [37]
Борьба на правительственном уровне ведется с 1930 г, когда Федеральные органы США по борьбе с распространением наркотиков добиваются принятия Закона, запрещающего не только выращивание конопли и коммерческую продажу, но и употребление изготаб ливаемых из нее препаратов. Многие штаты поддерживают этот закон. Однако, несмотря на заявления административных органов, научных институтов и организаций, накопивших достаточно фактов негативного медицинского и социального влияния наркотика, в обществе долгое время сохранялось устойчивое мнение о безопасности использования марихуаны и отсутствии привыкания. Марихуану выделяют в класс мягких наркотиков, в отличие от тяжелых ( героина), В общественном сознании укрепляется мнение об использовании марихуаны как социально приемлемого факта. Игнорирование опасности для здоровья и отсутствие запрета на фактическую популяризацию курений марихуану в кино - и видеопродукции привели к повсеместному распространению марихуаны среди американских подростков, включая учебные заведения различного ранга. [38]
Заманчиво предположить, что в прошлом люди были просто более жестокими, в то время как мы стали более гуманными. Но для социолога такое объяснение неубедительно. Люди пришли к пересмотру своего отношения к подобным вещам не сразу и не вдруг, здесь имели место глубочайшие социальные влияния, связанные со значительными переменами, происходившими в этот период. [39]
Главным источником наших сведений о социальном строении Киевской Руси служат летописи, в особенности Русская Правда. Последняя представляет собою составленное разновременно в течение XI-XII вв. Все свободное население пользовалось одинаковыми правами, но, конечно, различные группы населения отличались одни от других по своему фактическому положению, по своему богатству и социальному влиянию. [40]
Человек, действия которого связаны с другими людьми, находится в социальной среде. Каждый его шаг зависит от ожиданий, требований, одобрения или осуждения окружающих. Совершая что-нибудь, человек не может не учитывать действия других, поскольку они составляют необходимое условие осуществления им своих стремлений. Его движения беспокоят других и наоборот. Считать, что деятельность индивида можно описать на языке его индивидуальных поступков, - все равно что пытаться вообразить бизнесмена, делающего свое дело, например продающего и покупающего, совершенно в одиночку. Более того, предприниматель, строя планы в тиши своего кабинета, в той же мере подвержен социальным влияниям, как и во время закупки сырья или продажи готовой продукции. [41]
Существуют различные толкования термина риск. С одной стороны, он означает вероятность нежелательного события, прогноз чего-тоцнеприятного. Более нейтральное определение риска дал Йетс ( 1992а), который утверждает, что риск следует понимать как многомерную концепцию, как потерю в перспективе. Вначале исследователи сосредотачивались на изучении человеческого поведения перед лицом опасности, исходящей от природы, но затем рамки проблемы были расширены и в нее вошли технологические источники риска. Шорт ( 1984) утверждает, что реакция на опасность окрашена социальным влиянием друзей, семьи, коллег и общественных деятелей. [42]