Cтраница 2
Названная статья Вундта представляет из себя большую книгу ( свыше 300 страниц), посвященную детальнейшему разбору сначала имманентной школы, потом эмпириокритиков. Потому, что он считает их близкой родней, - и это мнение, разделяемое Махом, Авенариусом, Пет-цольдтом и имманентами, безусловно справедливо, как мы увидим ниже. Вундт показывает в первой части названной статьи, что имманенты - идеалисты, субъективисты, сторонники фидеизма. Это опять-таки, как увидим ниже, совершенно справедливое мнение, выраженное только у Вундта с ненужным балластом профессорской учености, с ненужными тонкостями и оговорочками, объясняемыми тем, что Вундт сам идеалист и фидеист. Он упрекает имманентов не за то, что они идеалисты и сторонники фидеизма, а за то, что они неправильно, по его мнению, выводят сии великие принципы. Далее, вторую и третью часть статьи Вундт посвящает эмпириокритицизму. При этом он вполне определенно указывает, что весьма важные теоретические положения эмпириокритицизма ( понимание опыта и принципиальная координация, о которой мы будем говорить ниже) тождественны у него с имманентами ( die empiriokritische in Ubereinstimmung mit der immanenten Philosophie annimmt, S. Другие теоретические положения Авенариуса заимствованы у материализма, и в целом эмпириокритицизм есть пестрая смесь ( bunte Mischung, S. [16]
Материализм устранил это противоречие, продолжив анализ глубже, на происхождение самих этих общественных идей человека; и его вывод о зависимости хода идей от хода вещей единственно совместим с научной психологией. Материализм дал вполне объективный критерий, выделив проимюдствепные отношения, как структуру общества, и дав возможность применить к этим отношениям тот общенаучный критерий повторяемости, применимость которого к социологии отрицали субъективисты. Только такое обобщение и дало возможность перейти от описания ( и оценки с точки зрения идеала) общественных явлений к строго научному анализу их, выделяющему, скажем для примера, то, что отличает одну капиталистическую страну от другой, и исследующему то, что обще всем им. [17]
Субъективный метод в социологии - антинаучный идеалистический подход к историческому процессу, который отрицает объективные закономерности общественного развитии, сводит их к произвольной деятельности выдающихся личностей. Штирнер и другие, объявившие народ некритической массой, которая слепо следует за критически мыслящими личностями. В России представителями субъективного метода в социологии выступили во второй половине XIX века либеральные народники ( П. Л. Лавров, Н. К. Михайловский и другие), отрицавшие объективный характер законов развития общества и сводившие историю к деятельности отдельных героев, выдающихся личностей. Субъективисты рассуждали именно так, - писал В. И. Ленин в 1894 году, - что вследствие громадной сложности социальных явлений и разнообразия их нельзя изучать эти явления, не отделив важные от неважных, и для такого выделения необходима точка зрения критически мыслящей и нравственно развитой личности ( Сочинения, 5 изд. Субъективный метод широко используется реакционной буржуазной философией, социологией и историей для фальсификации закономерностей общественного развития, для борьбы против марксистско-ленинской теории. [18]
Теория же классовой борьбы потому именно и составляет громадное приобретение общественной науки, что установляст приемы этого сведения индивидуального к социальному с полнейшей точностью и определенностью. Взявши за исходный пункт основной для всякого человеческого общежития факт - способ добы-нация средств к жизни, она поставила в связь с ним те отношения между людьми, которые складываются под влиянием данных способов добывания средств к жизни, и в системе этих отношений ( производственных отношений но терминологии Маркса) указала ту основу общества, которая облекается политико-юридическими формами и известными течениями общественной мысли. Каждая такая система производственных отношений является, но теории Маркса, особым социальным организмом, имеющим особые законы своего зарождения, функционирования и перехода в высшую форму, превращения в другой социальный организм. Этой теорией был применен к социальной науке тот объективный, общенаучный критерий повторяемости, возможность применения которого к социологии отрицали субъективисты. Они рассуждали именно так, что вследствие громадной сложности социальных явлений и разнообразия их нельзя изучать эти явления, пс отделив важныо от неважных, и для такого выделения необходима точка зрения критически мыслящей и нравственно развитой личности, - и они приходили таким образом благополучно к превращению общественной науки в ряд назиданий мещанской морали, образцы которой мы видели у г. Михайловского, философствовавшего о нецелесообразности истории и о пути, руководимом светом науки. Вот этим-то рассуждениям и был подрезан корень теорией Маркса. [19]
Философы, стоявшие на иных позициях, сгруппировались в конце 19 - нач. Ларсон ( 1862 - 1944), к-рый анализировал позитивистскую философию п систематизировал отдельные ее положения в духе нем. Ларсона резко отличала его от субъективистов упсальской школы с их обществ, индпфереп-тизмом. [20]
Ленин развил марксистскую идею гегемонии пролетариата и учение о союзниках рабочего класса в революц. Ленин противопоставил марксистскую диалектику, в частности учение о конкретности истины, и ма-териалистич. Марксом и Энгельсом в философии, Ленин особо подчеркнул методологич. Материализм да л вполне объективный критерий, выделив производственные отношения как структуру общества и дав возможность применить к этим отношениям тот общенаучный критерий повторяемости, применимость которого к социологии отрицали субъективисты ( там же, с. В книге рассмотрены такие категории историч. [21]
Если бы теперь встали ич гроба монтаньяры 1793 г., то мы и их должны были бы критиковать с точки зрения наших принципов. Но это не значит, что мы не должны были бы их поддерживать в их борьбе с существующим порядком. Мартынов говорит, что мы должны противопоставить себя буржуазным партиям. Социалисты-утописты, например, так называвшиеся истинные немецкие социалисты, противопоставляли себя буржуазным партиям, доказывая пролетариату, что ему не нужна буржуазная политическая свобода. И точно таким же образом противопоставляли себя либеральной буржуазии наши народники и субъективисты. [22]
Маркса) 51, которое Маркс цитирует в Послесловии ко 2-му изданию Капитала. Маркс говорит там, что метод, который он употребил в Капитале, был плохо понят. Немецкие рецензенты кричали, понятно, о гегелевской софистике. И вот, чтобы яснее изложить свой метод, Маркс приводит описание его в указанной заметке. Для Маркса одно важно - говорится там: именно - найти закон тех явлений, которые он исследует, и притом особенно важен для него закон изменения, развития этих явлений, перехода их из одной формы в другую, из одного порядка общественных отношений в другой. Поэтому Маркс заботится об одном: показать точным научным исследованием необходимость данных порядков общественных отношений, констатируя со всей возможной полнотой те факты, которые служат для него исходными и опорными пунктами. Для этой цели совершенно достаточно, если он, доказывая необходимость настоящего строя, доказывает вместе с тем и необходимость другого строя, который неизбежно должен вырасти из предыдущего, - все равно, верят ли люди в это или не верят, сознают ли они это или не сознают. Маркс рассматривает общественное движение как естественно-исторический процесс, подчиняющийся законам, не только не зависящим от воли, сознания и намерений людей, а, напротив, определяющим их волю, сознание и намерения. К сведению для гг. субъективистов, выделяющих социальную эволюцию из естественно-исторической именно потому, что человек ставит себе сознательные цели, руководствуется определенными идеалами. [23]
Это положение - что историю делают личности - теоретически совершенно бессодержательно. История вся и состоит из действий личностей, и задача общественной науки состоит в том, чтобы объяснить эти действия, так что указание на право вмешательства в ход событий ( слова г. Михайловского, цитированные у г. Струве, с. Особенно ясно обнаруживается это на последней тираде у г. Михайловского. Живая личность - рассуждает он - движет события сквозь строй препятствий, поставляемых стихийными силами исторических условий. А в чем состоят оти исторические условия. Не правда ли, какая глубокая философия истории: живая личность движет события сквозь строй препятствий, поставляемых другими живыми личностями. И почему это действия одних живых личностей именуются стихийными, а о других говорится, что они двигают события к поставленным заранее целям. Ясно, что искать тут хоть какого-нибудь теоретического содержания было бы предприятием едва ли не безнадежным. Дело все в том, что те исторические условия, которые давали для наших субъективистов материал для теории, представляли из себя ( как представляют и теперь) отношения антагонистические, порождали экспроприацию производителя. [24]