Cтраница 1
Более глубокая сущность всякого ощущения, а вместе с тем всяких субъективных форм жизни основывается на разности состояний... Приблизительно равное самому себе, так сказать, инертное состояние, как бы находящееся в одном и том же положении равновесия, - каков бы ни был его характер, - не имеет большого значения для испробования бытия... Привычка и, так сказать, вживание в подобное состояние превращают это состояние в нечто совершенно безразличное и индифферентное, в нечто такое, что не особенно отличается от состояния смерти. В лучшем случае сюда прибавляется еще, как своего рода отрицательное жизненное проявление, страдание от скуки... В застоявшейся жизни гаснет для индивидов п народов всякая страсть и всякий интерес к бытию. [1]
Более глубокая сущность всякого ощущения, а вместе с тем всяких субъективных форм жизни основывается на разности состояний... Приблизительно равное самому себе, так сказать, инертное состояние, как бы находящееся в одном и том же положении равновесия, - каков бы ни был его характер - не имеет большого значения для испробования бытия... Привычка и, так сказать, вживание в подобное состояние превращают это состояние в нечто совершенно безразличное и индифферентное, в нечто такое, что не особенно отличается от состояния смерти. В лучшем случае сюда прибавляется еще, как своего рода отрицательное жизненное проявление, страдание от скуки... В застоявшейся жизни гаснет для индивидов и народов всякая страсть и всякий интерес к бытию. [2]
Более глубокая сущность всякого ощущения, а вместе с тем всяких субъективных форм жизни основывается на разности состояний... Приблизительно равное самому себе, так сказать, инертное состояние, как бы находящееся в одном и том же положении равновесия, - каков бы ни был его характер, - не имеет большого значения для испробования бытия... Привычка и, так сказать, вживание в подобное состояние превращают это состояние в нечто совершенно безразличное и индифферентное, в нечто такое, что не особенно отличается от состояния смерти. В лучшем случае сюда прибавляется еще, как своего рода отрицательное жизненное проявление, страдание от скуки... В застоявшейся жизни гаснет для индивидов и народов всякая страсть и всякий интерес к бытию. [3]
При этом познание движется от менее к более глубокой сущности, проникая в самые глубинные процессы производств, отношений и раскрывая объективные экономии, законы. В процессе восхождения от абстрактного к конкретному, от простою к сложному воспроизводится вся разветвленная система экономии, законов и категорий. [4]
Познание идет от явлений к сущности и от менее глубокой к более глубокой сущности. Но бесконечность познания сущности не есть релятивность, ведущая к скепсису как пессимистической жизненной установке. Признание многопорядковой сущности не исключает, а предполагает возможность ее объективного отражения и достижения первого ее абсолютного рубежа - основного закона, позволяющего объяснить главные направления развития этой сущности. Сумму всех изменений во всех их разветвлениях не могли бы охватить в капиталистическом мировом хозяйстве и 70 Марксов. Самое большее, - отмечал В. И. Ленин, - что открыты законы этих изменений, показана в главном и в основном объективная логика этих изменений и их исторического развития... Самая высшая задача человечества - охватить эту объективную логику хозяйственной эволюции ( эволюции общественного бытия) в общих и основных чертах с тем, чтобы возможно более отчетливо, ясно, критически приспособить к ней свое общественное сознание ( Ленин В. И. Поли. [5]
Действительно, для студента вуза творческий путь овладений знаниями от менее глубокой к более глубокой сущности характеризуется творческим поиском, соотнесением знаний к решению жизненных проблем и проблем науки и производства. [6]
Такая возможность реализована, в частности, в представлении, согласно которому частнонаучные теории изучают специальные сущности, а философская теория - сущности сущностей, более глубокую сущность тех же вещей. [7]
В основе этих многообразных форм познания, их сменяемости и взаимодополнения ( познание идет, например, не только от эмпирического к теоретическому, но и от теоретического к эмпирическому) лежит общее стратегическое движение субъекта от явления к сущности, от сущности одного порядка к более глубокой сущности, а затем от сущности к явлению. Для практики, именно для нее, жизненно необходимо выявление сущности, законов материальных систем, объяснение многообразия единичных событий, явлений, процессов. Примером того, как практика обусловливает переходы от одних форм познания к другим на пути проникновения в сущность материальных систем, может служить биологическое познание, последовательный переход в этой науке от наблюдения к описанию и систематизации фактов, затем - к сравнительному методу исследования, к историческому методу, от них - к эксперименту и моделированию. [8]
От живого созерцания, соотносимого с живой действительностью, и начинается многосложный, порой зигзагообразный путь абстрактного мышления к внутренней сущности предметов; это есть путь с переходами от одной стороны сущности к другим ее сторонам, от фрагментарного к целостному ее воспроизведению, от менее глубокой к более глубокой сущности. Это уже не живая чувственно данная конкретность, а реальные абстракции, стороны, лишь на заключительном этапе сводимые мышлением воедино, в мысленно-конкретное, которое затем соотносится с чувственно-конкретным как сущность с комплексом своих проявлений. [9]
Первый том - наглядный пример и блестящий поучительный опыт применения материалистической диалектики, теории познания во всех тонкостях, со всеми ее требованиями: объективности, рассмотрения многовариантных отношений каждой вещи к другим, изображения внутренних причин и самого факта собственного движения вещи, раскрытия всех сторон изучаемого предмета, углубления от явлений к сущности и от менее глубокой к более глубокой сущности ( Ленин В. И. Поли. Исследуя экономическое движение буржуазного общества с самого начала его зарождения и вплоть до этапа свободной конкуренции, Маркс прослеживает на материалистической основе непреложную действенность законов диалектики - единства и борьбы противоположностей, перехода количества в качество, отрицания отрицания. Вместе с тем эти законы наполняются материальным содержанием, арсенал средств и категорий материалистической диалектики получают в качестве своей питательной среды кровь и плоть реального капиталистического мира. Раскрывается объективная диалектика этого мира. [10]
Вопрос о том, что, собственно говоря, представляют собой числа, касается больше философа, чем математика, и является предметом: многочисленных философских исследований. Математика, однако, не нуждается ни в каком предварительном теоретике-познавательном исследовании более глубокой сущности понятия числа. [11]
Просто невероятно, с какой быстротой г-н Дюринг фабрикует свои своеобразные в самой основе выводы. Но не успел г-н Дюринг облечь эту старую-престарую банальность в таинственную форму утверждения, что более глубокая сущность всякого ощущения основывается на разности состояний, - как эта банальность уже превратилась в наш закон разности. И этот закон разности, по словам г-на Дюринга, делает вполне объяснимым целый ряд явлений, представляющих собой опять-таки только иллюстрации и примеры приятности смены ощущений, - что не требует никакого объяснения даже для ординарнейшего филистерского рассудка и ни на волос не становится более ясным от ссылки на мнимый закон разности. [12]
Просто невероятно, с какой быстротой г-н Дюринг фабрикует свои своеобразные в самой основе выводы. Но не успел г-н Дюринг облечь эту старую-престарую банальность в таинственную форму утверждения, что более глубокая сущность всякого ощущения основывается на разности состояний - как эта банальность уже превратилась в наш закон разности. И этот закон разности, по словам г-на Дюринга, делает вполне объяснимым целый ряд явлений, представляющих собой опять-таки только иллюстрации и примеры приятности смены ощущений - что не требует никакого объяснения даже для орди-нарнейшего филистерского рассудка и ни на волос не становится более ясным от ссылки на мнимый закон разности. [13]
Технико-экономические отношения как раз и образуют главное содержание хозяйственного механизма. Эти отношения наиболее подвижны, динамичны, что вполне естественно. Чем более глубокую сущность выражают те или иные отношения, тем большей устойчивостью они обладают. Они определяют природу, основу экономического строя и хозяйственного механизма. А вот его совершенствование происходит прежде всего в связи с движением технико-экономических отношений. Отсюда становится понятным место хозяйственного механизма в системе производственных отношений. [14]
Но были также и другие периоды, когда понятие о химическом соединении должно было претерпевать качественные изменения, ибо этого требовала новая система теорий, отражающая более глубокую сущность химизма. [15]