Cтраница 4
Читатель видит, как далек Каутский от абстрактности и шаблонности понимания теории Маркса, которой он остается верным. Предостерегая от этой шаблонности понимания, Каутский вставил в рассматриваемую главу даже особый параграф о гибели мелкого производства в промышленности. Он очень верно указывает, что победа крупного производства и в промышленности вовсе не так проста и идет не в таких однообразных формах, как привыкли думать люди, говорящие о неприменимости теории Маркса к земледелию. Достаточно указать на капиталистическую домашнюю работу, достаточно напомнить сделанное уже Марксом замечание о чрезвычайной пестроте переходных и смешанных форм, затемняющих победу фабричной системы. Во сколько раз сложнее обстоит дело в сельском хозяйстве. Развитие богатства и роскоши ведет, например, к тому, что миллионеры скупают громадные поместья, обращают их под леса для своей забавы. В Австрии, в Зальцбурге, количество рогатого скота уменьшается с 1869 г. Причина - продажа Альпов богачам-любителям охоты. Очень метко говорит Каутский, что, если брать данные сельскохозяйственной статистики огульно и без критики, тогда ничего не стоит открыть тенденцию капиталистического способа производства к превращению современных народов в охотничьи племена. [46]
Государство, то есть организованный в господствующий класс пролетариат, - эта теория Маркса неразрывно связана со всем его учением о революционной роли пролетариата в истории. [47]
Промышленные переписи в свободных и быстро развивающихся странах дают самое блестящее подтверждение теории Маркса. Повсюду он вытесняет мелкое производство. Повсюду разоряется масса крестьян и мелких ремесленников и кустарей. Мелкого хозяйчика крупный капитал гнетет и давит тысячами способов, которые статистика еще слишком слабо учитывает. [48]
Наблюдение этого фанта и подало, вероятно, повод Лапге сочинпть поправку к теории Маркса, которую о недостаточно понял. [49]