Cтраница 2
В последние годы вновь значительно усилился интерес как к новым, так и к традиционным направлениям в квантовой химии. Это обстоятельство связано не только с возросшими потребностями практических приложений, но главным образом с развитием общей теории многочастичных квантовых систем ( современной теории поля и квантовой статистики), а также с значительным расширением возможностей количественных расчетов на быстродействующих электронных вычислительных машинах. В связи с этим появилась настоятельная потребность в достаточно популярном и в то же время строгом обзоре современной квантовой химии. [16]
Следует, правда, иметь в виду, что изменения энергии электронного уровня, которые мы описываем с помощью параметров кристаллического поля, в действительности обусловлены и кристаллическим полем, и ковалентностью. Заметим, что обе точки зрения объединены в новейшей теории поля лигандов, в которой одновременно учитываются и ковалентность, и электростатические эффекты. Более подробно познакомиться с теорией молекулярных орбит и с современной теорией поля лигандов можно по книгам Оргеля [66], Бальхаузена [67] или по статье Мак-Клюра [68], а также по цитированной там литературе. [17]
Качественное подобие химических и ядерных сил некогда побудило ученых, а именно Юкаву [3], исследовать возможность объяснения ядерных сил обменом какой-то частицей между двумя нуклонами, аналогично химической Связи, зависящей от обмена электроном между двумя атомами. Это не означает, что нуклон при этом рассматривается как сложная частица ( подобно атому), поскольку считается, что участвующая в обмене частица возникает лишь в момент излучения ее одним нуклоном и исчезает в момент поглощения другим. Процессы такого рода, в которых имеет место обмен виртуальными частицами, фигурируют во всех аспектах современной теории поля, выходящей за пределы классической концепции действия на расстоянии. Так, например, кулоновское взаимодействие двух заряженных частиц в настоящее время анализируется посредством обмена виртуальными фотонами между этими зарядами. Возникновение виртуальной частицы сразу ставит вопрос о сохранении энергии, поскольку для ее создания необходима энергия. Откуда же берется необходимая энергия. Ответ ниоткуда как раз и означает, что частица является виртуальной; сохранение энергии обеспечивается тем, что частица живет не слишком долго. [18]
Дирака, хотя и вводим аномальный магнитный момент и два формфактора. А что при этом, собственно, остается от уравнения Дирака. Мало, конечно, по существу, только свойства состояний частицы с полным спином 1 / 2 при преобразованиях Лоренца. В каком-то смысле, используя при расчетах рассеяния уравнение Дирака для описания состояний протона вне поля, мы только отдаем дань традиции. Все же современная теория поля с внутренними степенями свободы, уже не связанными с лоренцовскими степенями свободы, спонтанно нарушенными симметриями и элементарными кварками и глюонами, - это нечто уже совсем другое, чем квантовая электродинамика 30 - х годов. [19]
Дискуссии вокруг флуктуационной гипотезы Больцмана продолжаются и в наши дни, что само по себе доказывает ее плодотворность. Сам же ученый скромно писал, что никто, конечно, не станет считать подобные умозрения... Со временем обнаружились слабые места гипотезы, заключающиеся в том, что вероятность такой гигантской флуктуации, как нахождение видимой части Вселенной в неравновесном состоянии, ничтожно мала. Выдвинуты другие теории, учитывающие гравитационное взаимодействие между объектами Вселенной, но, как справедливо замечает Г. Я. Мякишев, теорию пульсирующей Вселенной можно рассматривать как современный аналог флуктуационной гипотезы Больцмана. В ней вместо флуктуаци-онного механизма, возвращающего Вселенную к жизни, действует более глубокий механизм гравитационных взаимодействий современной теории поля. [20]