Cтраница 2
Одним из наиболее фундаментальных вопросов, поставленных современными успехами науки, является вопрос о том, как согласовать два противоречивых взгляда на вещество и волну. Это одна из тех фундаментальных трудностей, которые, раз уж они сформулированы, должны привести, хотя и длинным путем, к прогрессу науки. [16]
Предельный переход введен для того, чтобы исключить влияние самого пробного заряда на источники поля, поскольку при q - 0 поле не будет зависеть от присутствия пробного тела. Требование бесконечной малости пробного заряда по сравнению с источниками поля приводит к фундаментальной трудности, связанной с конечной величиной заряда электрона. При рассмотрении элементарных зарядов, из которых состоит реальное вещество, определение (1.23) следует применять с большой осторожностью. Поэтому микроскопические поля не могут быть определены операционно, по производимым ими действиям так, как это сделано выше. Поле следует описывать непосредственно по его источникам, уже предполагая справедливость макроскопических законов для источников поля. [17]
Предельный переход введен для того, чтобы исключить влияние самого пробного заряда на источники поля, поскольку при q - Q поле не будет зависеть от присутствия пробного тела. Требование бесконечной малости пробного заряда по сравнению с источниками поля приводит к фундаментальной трудности, связанной с конечной величиной заряда электрона. При рассмотрении элементарных зарядов, из которых состоит реальное вещество, определение (1.23) следует применять с большой осторожностью. Поэтому микроскопические поля не могут быть определены операционно, по производимым ими действиям так, как это сделано выше. Поле следует описывать непосредственно по его источникам, уже предполагая справедливость макроскопических законов для источников поля. [18]
Во-первых, должно быть ясно, что проблема связана не только со спецификой применения языка логики при построении моделей; скорее это фундаментальная трудность, состоящая в необходимости точного отображения влияния действий на достаточно сложный мир, - проблема, с которой приходится сталкиваться не только при построении лингвистических моделей, но в той или иной форме и повсеместно. [19]
Биологи, социологи, экономисты, физиологи и другие ученые, занимающиеся живыми системами и их поведением, не так удачливы. В этих областях отделение существенных переменных от несущественных - задача отнюдь не рядовая; иными словами, выделение мира задачи и последующее рассечение его на систему и окружение уже сами по себе, независимо от анализа взаимосвязей, представляют фундаментальную трудность. [20]
Не исключено даже, что на основании этих математически не очень убедительных расчетов будет предсказан и даже экспериментально обнаружен ряд интересных качественных эффектов. Но одно ясно, что обнаружение большого числа новых частиц с новыми свойствами в рамках данного направления не дает никаких новых возможностей для устранения фундаментальных трудностей теории поля. С другой стороны, вся природа представляется как сложное построение из большого числа внешне взаимодействующих полей, не объединенных никаким внутренним единством. [21]
Поддержание высокой чистоты плазмы при термоядерных температурах является сложной комплексной технической проблемой. Третью фундаментальную трудность представляет проблема первой стенки, ограничивающей плазму реактора. Четвертая фундаментальная трудность обусловлена тем, что требуемый для реакции тритий радиоактивен ( с периодом полураспада 12 5 лет) и тем самым отсутствует в природе. Поэтому необходимо решить ядерно-физическую проблему воспроизводства трития. [22]
Было решено много проблем, но кое-какие серьезные трудности все же остались. Важнейшая из них состояла в том, что при попытках построения точной теории электронов, взаимодействующих с электромагнитным полем, возникает уравнение Шре-дингера, которое не решается. Его приходится решать стандартными методами теории возмущений, и когда доходят до членов второго порядка, возникают бесконечности. Единственный вывод, к которому можно было прийти, состоит в том, что уравнение не имеет решений. Это весьма фундаментальная трудность, которая выявилась довольно рано в теории квантовой электродинамики, и она до сих пор не преодолена. [23]
По-видимому, мне так и не удалось убедить ее до конца, что он просто продолжал вычисления по увлекавшей его работе, прерванные в больнице перед операцией. Очевидно, лежа неподвижно все дни после операции, он что-то придумал и хотел скорее проверить, прав ли он. Каждый, кому приходится подвергаться этой операции, испытывает психологический шок, рассыпается и очень долго не может прийти в себя. Игорь Евгеньевич не рассыпался - он нашел выход в работе. В течение трех лет у него дома одна - большая - машина стояла у кровати, другая - на письменном столе. Он вставал с кровати, переходил к столу и работал по нескольку часов, подключившись к другой машине. Одержимый некоей идеей из области теории частиц - как обычно для него, кардинальной, претендовавшей на решение фундаментальных трудностей теории ( он сам проклинал себя, что не может оставить ее, пока не выяснит окончательно, хороша она или плоха), - он вычислял и вычислял, нумеруя только сохраняемые страницы четырехзначными цифрами. [24]