Cтраница 1
Тульвинг использовал сложные инструменты, но сама процедура была проста. [1]
Тульвинг рассматривает память как мультисистему, состоящую из систем и законов, и предлагает деление памяти на процедурную, семантическую и эпизодическую. [2]
Предложенное Тульвингом деление типов сознания и их корреляция с отдельными видами памяти явились важным шагом к тому, чтобы извлечь исследования сознания из мрака метафизических спекуляций предыдущего поколения ученых и поместить его точно в сердцевину современной психологии памяти и познания. Судьба этой передовой идеи заслуживает более тщательного рассмотрения. Исследования мозга, особенно когда это касается сознания и специализации полушарий, захватили умы многих. К этой теме мы сейчас и переходим. [3]
Крэйк и Тульвинг ( Craik and Tuiving, 1975) проверяли идею о том, что чем глубже уровень обработки слов, тем лучше они должны воспроизводиться. С этой целью они предложили испытуемым просто оценить слова по их структурным, фонематическим и семантическим характеристикам. [4]
Крэйк и Тульвинг измеряли время принятия решения и опознания оцененных испытуемыми слов. [5]
![]() |
Воспроизведение списка из 24 слов в трех последовательных тестах. после обычного заучивания, при наличии категориальных признаков и без них. Адаптировано из. Ти / - ving and Psotka 119711. [6] |
В связи с тем, что Тульвинг связывает воспроизведение с обстоятельствами кодирования, возникает вопрос: насколько тесно должны быть связаны признаки во время кодирования с признаками во время воспроизведения, чтобы эффективно выполнять функцию признаков при извлечении информации. Ответ Тульвинга гласит: Конкретные признаки облегчают воспроизведение тогда и только тогда, когда информация о них и их связях с ПЗ-словами ( словами, подлежащими запоминанию. [7]
Вопреки явному превосходству воспроизведения над опознанием, наблюдаемому в экспериментах Тульвинга, существуют неоспоримые доводы против идеи ситуативного забывания и сопутствующей ей теории специфического кодирования. Сайта и Ломверс ( Santa and Lamwers, 1974, 1976), используя те же самые слова-цели, что и Томпсон и Тульвинг ( 1970), и в основном аналогичную процедуру, обнаружили слабые и сильные слова-признаки для каждого слова, подлежащего запоминанию. Испытуемые разглядывали карточку, содержащую слова-цели, набранные заглавными буквами, и слова-признаки, которые, как объясняли испытуемым, помогут им запомнить слова-цели. После того, как они просматривали список из 24 слов, их просили воспроизвести слова-цели, предлагая в помощь слабые признаки. [8]
Система, предложенная Аткинсоном и Шифриным, была пересмотрена в свете результатов последующих исследований и сердитого замечания Тульвинга и Мадигана. [9]
Хорошо обоснованному и эмпирически подкрепленному утверждению о том, что узнавание превосходит воспроизведение, был брошен вызов остроумным экспериментом Тульвинга и Томпсона ( Tulving and Thompson, 1973), представленном на 6.18. Он состоял из четырех этапов. [11]
В связи с тем, что Тульвинг связывает воспроизведение с обстоятельствами кодирования, возникает вопрос: насколько тесно должны быть связаны признаки во время кодирования с признаками во время воспроизведения, чтобы эффективно выполнять функцию признаков при извлечении информации. Ответ Тульвинга гласит: Конкретные признаки облегчают воспроизведение тогда и только тогда, когда информация о них и их связях с ПЗ-словами ( словами, подлежащими запоминанию. [12]
![]() |
Зависимость пороговой длительности зрительного предъявления от длины существенного и несущественного контекста. Адаптировано из. Tulving and Gold ( 1963. [13] |
Один из первых и лучший из экспериментов в этой области провели Тульвинг и Голд ( Tulving and Gold, 1963), которые предлагали испытуемым прочитать часть предложения, затем на очень короткое время предъявляли последнее слово этого предложения и просили испытуемых опознать его. [14]
Вопреки явному превосходству воспроизведения над опознанием, наблюдаемому в экспериментах Тульвинга, существуют неоспоримые доводы против идеи ситуативного забывания и сопутствующей ей теории специфического кодирования. Сайта и Ломверс ( Santa and Lamwers, 1974, 1976), используя те же самые слова-цели, что и Томпсон и Тульвинг ( 1970), и в основном аналогичную процедуру, обнаружили слабые и сильные слова-признаки для каждого слова, подлежащего запоминанию. Испытуемые разглядывали карточку, содержащую слова-цели, набранные заглавными буквами, и слова-признаки, которые, как объясняли испытуемым, помогут им запомнить слова-цели. После того, как они просматривали список из 24 слов, их просили воспроизвести слова-цели, предлагая в помощь слабые признаки. [15]