Cтраница 2
После окончания обязательного девятилетнего обучения в неполной средней школе 90 % их поступают в трехлетнюю старшую школу, являющуюся третьей, завершающей ступенью в системе полного среднего образования, после окончания которой 40 % идут в университет. Новое пополнение синих воротничков - это в большинстве выпускники старших школ. Лучшие компании могут привлекать хороших учеников, и это имеет следствием повышение уровня квалификации низшего эшелона. Наименее способные ученики п студенты идут на предприятия сферы услуг, которые не вступают в конкуренцию на мировых рынках. [16]
Нам всем следует быть хорошими учениками, продавцами, знатоками рынка, и быть хорошими учителями в смысле передачи знаний другим. Чтобы стать действительно богатым, нам нужно уметь и давать, и получать. Часто возникшие финансовые или профессиональные трудности являются следствием пробелов в вопросах отдачи и получения. Я знай) много людей, которые бедны только потому, что они не являются ни хорошими учениками, ни хорошими учителями. [17]
Здесь не могу не вспомнить снова с глубокой благодарностью одушевляющее, электризующее влияние на молодых химиков. Понятно, что Клаус с самого начала не мог отнестись, и не относился, дружелюбно к нововведениям Жерара и Лорана, не рекомендовал знакомиться с ними, и они, таким образом, оставались для меня совершенно чуждыми. В 1849 г. я окончил курс, а в 1851 г. приобрел степень магистра13 и был назначен адъюнкт-профессором, но по своему научному развитию оставался все-таки не больше как хорошим учеником, владеющим недурно фактами, но совершенно еще лишенным лаучной самостоятельности и критического отношения к предмету. А между тем уже в начале 1852 г. и Клаус оставил Казань для Дерпта, и на меня легло полностью преподавание химии в Казани. В конце 1853 и начале 1854 годов я отпущен был в Москву для экзамена и защиты диссертации на степень доктора. [18]
Здесь не могу не вспомнить снова с глубокой благодарностью одушевляющее, электризующее влияние на молодых химиков. Понятно, что Клаус с самого начала не мог отнестись, и но относился, дружелюбно к нововведениям Жерара и Лорана, не рекомендовал знакомиться с ними, и они таким образом оставались для меня совершенно чуждыми. В 1849 г. я окончил курс, а в 1851 г. приобрел степень магистра и был назначен адъюнкт-профессором, но, по своему научному развитию, оставался все-таки не болыпекак хорошим учеником, владеющим недурно фактами, но совершенно еще лишенным научной самостоятельности и критического отношения к предмету. А между тем уже в начале 1852 г. и Клаус оставил Казань для Дерпта, и на меня легло полностью преподавание химии в Казани. В конце 1853 и начале 1854 годов я был отпущен в Москву для экзамена и защиты диссертации на степень доктора. [19]
Это сам пастор Биннеман - объяснял мне Карльсон - он ужасно умный человек, самый умный человек в Одессе. Ну, знаешь, все, что полагается - с гораздо меньшим уже энтузиазмом объяснял Карльсон. Что надо быть хорошим учеником, прилежно учиться и дружно жить с товарищами... [20]
Бине приступил к строго научному, по его словам, выяснению физических и умственных показателей у средних детей различного возраста. Чтобы убедиться, что его тесты отражают среднего ребенка, Бине просто просил учителей и директоров школ отобрать средних, по их мнению, детей в каждом классе. В результате получился прогрессивно возрастающий по трудности тест, с показателями, совпадавшими со средними достижениями для каждого возраста. Бине использовал и другой, дополнительный метод: он предлагал учителям выбрать самых умных и самых тупых учеников в классе. Задания, выявляющие различие между этими двумя группами, то есть задания, с которыми могут справиться хорошие ученики и не могут плохие, рассматриваются как удачные задания для интеллектуальных тестов. [21]
Различная психология учеников обнаруживается уже при распределении мест. В первом ряду сидят всего два ученика и то на значительном расстоянии друг от друга. От второго до десятого ряда разместилось по восемь, десять учеников в каждом ряду, а в последних двух рядах, которые были немного придвинуты к шкафам, сидят в тесноте по четырнадцать учеников. Это, вероятно, самые слабые ученики, которые по несколько лет ходят в один и тот же класс. Сидя здесь в задних рядах, они пытаются спрятаться за спинами своих товарищей, чтобы не попасть на глаза учителю, который может заставить их отвечать на какой-нибудь вопрос. Все слабые ученики похожи друг а друга и очень непохожи на хороших учеников. [22]