Cтраница 1
Другой физик вспоминал, что в те дни молодым ученым из Института Бора было присуще известное чувство высокомерия, сознания своей исключительности: ведь они причастны к великим событиям, происходящим в физике. [1]
Другой физик, Ричард Шерман, увидел, насколько грандиозным может быть Фейнман при решении задач, когда Шерман проучился уже полгода в аспирантуре Калтеха, исследуя сверхпроводимость. Шерман был в кабинете Фейнмана и писал на доске уравнения, которые Фейнман анализировал так быстро, что Шерман едва успевал их записывать. Звонивший задал вопрос из физики высоких энергий. [2]
Надо сказать, что и у других физиков были шансы открыть рентгеновские лучи, но это открытие было совершено тем человеком, который обладал исключительно тонкой наблюдательностью и был экспериментатором высокого класса. [3]
Философские взгляды Паули, как впрочем и других физиков первой половины XX века, мало известны как физикам, так и философам. [4]
Из Лос-Аламоса он уехал раньше, чем большинство других физиков, и прибыл в Корнелл в ноябре 1945 года, чтобы приступить к выполнению своих обязанностей. [5]
Как будет видно из последующих глав, уттомиттапие в этом отрывке цмен других физиков, отражает действительное положение вещей. [6]
Ленинградского политехнического института, и в его устах имена Я. И. Френкеля и других физиков школы папы Иоффе звучали как имена учеников пророка для правоверных. [7]
Интересна в этом отношении работа В. Г. Кадышевского, выполненная им совместно с рядом других физиков Объединенного института ядерных исследований в Дубне. [8]
После создания атомной бомбы и окончания второй мировой войны деятельность Бора, как и многих других физиков, носила как научный, так и политический характер. Он пришел к мысли, что международный контроль атомного ( а затем и термоядерного) оружия не станет реальностью до тех пор, пока не будет смягчена напряженность в отношениях между Востоком и Западом. Свободный обмен научной информацией между учеными разных стран является необходимым условием, полагал он, для роста взаимного доверия. Бор выступал за уничтожение национальных барьеров, за возможность свободно перемещаться и обмениваться научными идеями и информацией. Когда границы между странами исчезнут, считал он, наука начнет играть ведущую роль, ибо в науке, как ни в чем другом, национальные интересы не должны иметь места-они должны быть атрофированы. Ученые объединятся - в единую интернациональную семью. [9]
Очень живо вспоминается мне лето 1939 г., которое большая компания, включавшая, кроме Дау и меня, еще Е. М. Лифшица и ряд других физиков, проводила в Теберде. [10]
Квантовая теория была создана в середине двадцатых годов трудами Бора, Гейзенберга, Борна, Иордана, Дирака, Шредингера, Ферми, Паули и других физиков. [11]
Мы здесь видим совершенно то же самое, что и раньше: Гельмгольц настаивает на том, что в химии, как и в механике, сила заключается только в притяжении и, следовательно, является прямой противоположностью того, что у других физиков называется энергией и что тождественно с отталкиванием. [12]
Мы здесь видим совершенно то же самое, что и раньше: Гельмгольц настаивает на том, что в химии, как ы в механике, сила заключается только в притяжении и, следовательно, является прямой противоположностью того, что у других физиков называется энергией и что тождественно с отталкиванием. [13]
Мы здесь видим совершенно то же самое, что и раньше: Гельмгольц настаивает на том, что в химии, как и в механике, сила заключается только в притяжении и, следовательно, является прямой противоположностью того, что у других физиков называется энергией и что тождественно с отталкиванием. [14]
Знаменитый физик Ом, автор известного закона теории электричества, занимаясь вопросами акустики ( пауки о звуке) впервые высказал мысль, что наше ухо воспринимает все многообразие звуков как сумму простых синусоидальных колебаний и способно любой сложный звук разлагать на прбстые составляющие тоны. Впоследствии другой физик, Гельмгольц, положил это в основу своей резонансной теории звука, которая теперь является общепринятой. [15]