Cтраница 2
Во-вторых, если класс капиталистов бросает в обращение известную денежную сумму в форме дохода, то кажется, что он уплачивает эквивалент также и за соответствующую часть всего годового продукта и, следовательно, последняя как бы перестает представлять прибавочную стоимость. Но прибавочный продукт, в котором представлена прибавочная стоимость, ничего не стоит классу капиталистов. Как класс, он владеет им и потребляет этот продукт даром, и денежное обращение ничего не может изменить в этом. Изменение, вызываемое денежным обращением, заключается только в том, что каждый капиталист - вместо того, чтобы потреблять свой прибавочный продукт m natura, что в большинстве случаев невозможно - из всей массы годового общественного прибавочного продукта извлекает и присваивает всякого рода товары на сумму присвоенной им прибавочной стоимости. [16]
Во-вторых, если класс капиталистов бросает в обращение известную денежную сумму в форме дохода, то кажется, что он уплачивает эквивалент также и за соответствующую часть всего годового продукта и, следовательно, последняя как бы перестает представлять прибавочную стоимость. Но прибавочный продукт, в котором представлена прибавочная стоимость, ничего не стоит классу капиталистов. Как класс, он - владеет им и потребляет этот продукт даром, и денежное обращение ничего не может изменить в этом. Изменение, вызываемое денежным обращением, заключается только в том, что каждый капиталист, - вместо того, чтобы потреблять свой прибавочный продукт in natura, что в большинстве случаев невозможно, - из всей массы годового общественного прибавочного продукта извлекает и присваивает всякого рода товары на сумму присвоенной им прибавочной стоимости. Но анализ механизма обращения показал, что если класс капиталистов бросает в обращение деньги на расходование дохода, то он также извлекает из обращения эти деньги и таким образом постоянно может снопа начинать тот же самый процесс, что, следовательно, рассматриваемый как класс капиталистов, он по-прежнему остается владельцем этой денежной суммы, необходимой для превращения прибавочной стоимости в деньги. [17]
Во-вторых, если класс капиталистов бросает в обращение известную денежную сумму в форме дохода, то кажется, что он уплачивает эквивалент также и за соответствующую часть всего годового продукта, и, следовательно, последняя перестает представлять прибавочную стоимость. Но прибавочный продукт, в котором представлена прибавочная стоимость, ничего не стоит классу капиталистов. Как класс, он владеет и пользуется ею даром, и денежное обращение ничего не может изменить в этом. Изменение, вызываемое денежным обращением, заключается единственно в том, что каждый капиталист, вместо того чтобы потреблять свой прибавочный продукт in natura, что в большинстве случаев невозможно, из всей массы годового общественного прибавочного продукта извлекает и присваивает всякого рода товары на сумму присвоенной им прибавочной стоимости. Но механизм обращения показал, что если класс капиталистов бросает в обращение деньги на расходование дохода, он также извлекает из обращения эти деньги и таким образом постоянно может снова начинать тот же самый процесс; что, следовательно, рассматриваемый как класс капиталистов, он попрежнему остается владельцем этой денежной суммы, необходимой для превращения прибавочной стоимости в деньги. Итак, если капиталист не только извлекает с товарного рынка для своего потребительного фонда прибавочную стоимость в форме товаров, но в то же время получает обратно и деньги, на которые он купил эти товары, то ясно, что он извлек из обращения товары без эквивалента со своей стороны. Они ничего не стоят для него, хотя он уплатил за них деньгами. Если я покупаю товаров на фунт стерлингов, а продавец товара возвращает мне фунт стерлингов за прибавочный продукт, который ничего не стоил для меня, то я, очевидно, получил товары даром. Постоянное повторение этой операции ничего не изменяет в том, что я постоянно извлекаю товары и постоянно остаюсь владельцем фунта стерлингов, хотя для получения товаров я на время расстаюсь с последним. Капиталист постоянно получает эти деньги обратно как превращенную в деньги прибавочную стоимость, которая ему ничего не стоила. [18]
Во-вторых, если класс капиталистов бросает в обращение известную денежную сумму в форме дохода, то кажется, что он уплачивает эквивалент также и за соответствующую часть всего годового продукта и, следовательно, последняя как бы перестает представлять прибавочную стоимость. Но прибавочный продукт, в котором представлена прибавочная стоимость, ничего не стоит классу капиталистов. Как класс, он владеет им и потребляет этот продукт даром, и денежное обращение ничего не может изменить в этом. Изменение, вызываемое денежным обращением, заключается только в том, что каждый капиталист, - вместо того, чтобы потреблять свой прибавочный продукт in natura, что в большинстве случаев невозможно, - из всей массы годового общественного прибавочного продукта извлекает и присваивает всякого рода товары на сумму присвоенной им прибавочной стоимости. Но анализ механизма обращения показал, что если класс капиталистов бросает в обращение деньги на расходование дохода, то он также извлекает из обращения эти деньги и таким образом постоянно может снова начинать тот же самый процесс, что, следовательно, рассматриваемый как класс капиталистов, он по-прежнему остается владельцем этой денежной суммы, необходимой для превращения прибавочной стоимости в деньги. [19]
Та часть продуктов, которая реализуется на рынке, не может быть признана безденежной формой дохода. Безденежные виды доходов могут быть весьма ощутимы в их реальной стоимости и существенно повышают доходность населения и уровень потребления. [20]
Если независимый работник - возьмем мелкого крестьянина, так как здесь применимы все три формы дохода - работает на самого себя и продает свой собственный продукт, то он рассматривается, во-первых, как свой собственный работодатель ( капиталист), который применяет самого себя в качестве рабочего; затем как свой собственный земельный собственник, который применяет самого себя в качестве арендатора. Как рабочему он выплачивает себе заработную плату, как капиталист он присваивает себе прибыль, как земельному собственнику платит себе ренту. Если предположить, что капиталистический способ производства и соответствующие ему отношения являются всеобще общественным базисом, то такое допущение будет правильным постольку, поскольку независимый производитель не своему труду, а своей собственности на средства производства - уже целиком принявшие здесь форму капитала - обязан тем, что он в состоянии присвоить свой собственный прибавочный труд. И далее, поскольку он производит свой продукт в качестве товара и, следовательно, зависит от цены последнего ( а если даже этого и нет, то цена все же может быть принята в расчет), масса прибавочного труда, которой он может воспользоваться, зависит не от ее собственной величины, а от общей нормы прибыли; равным образом некоторый избыток над долей прибавочной стоимости, определяемой общей нормой прибыли, зависит опять-таки не от количества затраченного им труда, но может быть присвоен им лишь в силу того, что он - собственник земли. Так как подобного рода форма производства, не соответствующая капиталистическому способу производства, может быть подведена - и до известной степени не без основания - под капиталистические формы дохода, то тем сильнее упрочивается иллюзия, что капиталистические отношения являются естественными отношениями всякого способа производства. [21]
Если независимый работник - возьмем мелкого крестьянина, так как здесь применимы все три формы дохода - работает на самого себя и продает свой собственный продукт, то он рассматривается, во-первых, как свой собственный работодатель ( капиталист), который применяет самого себя в качестве рабочего; затем как - свой собственный земельный собственник, который применяет самого себя в качестве арендатора. Как рабочему он выплачивает себе заработную плату, как капиталист он присваивает себе прибыль, как земельному собственнику платит себе ренту. Если предположить, что капиталистический способ производства и соответствующие ему отношения являются всеобще общественным базисом, то такое допущение будет правильным постольку, поскольку независимый производитель не своему труду, а своей собственности на средства производства - уже целиком принявшие здесь форму капитала - обязан тем, что он в состоянии присвоить свой собственный прибавочный труд. [22]
Если независимый работник - возьмем мелкого крестьянина, так как здесь применимы все три формы дохода, - работает на самого себя и продает свой собственный продукт, то он рассматривается, во-первых, как свой собственный работодатель ( капиталист), который применяет самого себя в качестве рабочего; затем как свой собственный земельный собственник, который применяет самого себя в качестве арендатора. Как рабочему он выплачивает себе заработную плату, как капиталист он присваивает себе прибыль, как земельному собственнику платит себе ренту. Если предположить, что капиталистический способ производства и соответствующие ему отношения являются всеобще общественным базисом, то такое допущение будет правильным постольку, поскольку независимый производитель не своему труду, а своей собственности на средства лроизводства, - уже целиком принявшие здесь форму капитала, - обязан тем, что он в состоянии присвоить свой собственный прибавочный труд. [23]
Если независимый рабочий - возьмем мелкого крестьянина, так как здесь применимы все три формы дохода, - работает на самого себя и продает свой собственный продукт, то он рассматривается, во-первых, как свой собственный работодатель ( капиталист), который применяет самого себя в качестве рабочего; затем как свой собственный земельный собственник, который применяет самого себя как своего арендатора. Как рабочему он выплачивает себе заработную плату, как капиталист он присваивает себе прибыль, как земельному собственнику платит себе ренту. Предполагая, что капиталистический способ производства и соответствующие ему отношения являются общим социальным базисом, такая характеристика правильна постольку, поскольку независимый производитель не своему труду, а своей собственности на средства производства, - уже принявшие здесь вообще форму капитала - обязан тем, что он в состоянии присвоить свой собственный прибавочный труд. И далее, поскольку он производит свой продукт в качестве товара и, следовательно, зависит от цены последнего ( а если даже этого и нет, то цена все же может быть принята в расчет), масса прибавочного труда, которой он может воспользоваться, зависит не от ее собственной величины, а от общей нормы прибыли; равным образом некоторый излишек над долей прибавочной стоимости, определяемой общей нормой прибыли, зависит опять-таки не от количества затраченного им труда, но может быть присвоен им лишь в силу того, что он - собственник землп. Так как подобного рода форма производства, не соответствующая капиталистическому способу производства, может быть подведена - и до известной степени не без основания - г - под капиталистические формы дохода, то тем сильнее упрочивается иллюзия, что капиталистические отношения являются естественными отношениями всякого способа производства. [24]
Если независимый рабочий - возьмем мелкого крестьянина, так как здесь применимы все три формы дохода, - работает на самого себя и продает своп собственный продукт, то он рассматривается, во-первых, как свой собственный работодатель ( капиталист), который применяет самого себя в качестве рабочего; затем как свой собственный земельный собственник, который применяет самого себя как своего арендатора. Как рабочему он выплачивает себе заработную плату, как капиталист он присваивает себе прибыль, как земельному собственнику платит себе ренту. Предполагая, что капиталистический способ производства и соответствующие ему отношения являются общим социальным базисом, такая характеристика правильна постольку, поскольку независимый производитель не своему труду, а своей собственности на средства производства, - уже принявшие здесь вообще форму капитала - обязан тем, что он в состоянии присвоить свой собственный прибавочный труд. И далее, поскольку он производит свой продукт в качестве товара п, следовательно, зависит от цены последнего ( а если даже этого п нет, то пена все же может быть принята в расчет), масса прибавочного труда, которой он может воспользоваться, зависит не от се собственной величины, а от общей нормы прибыли; равным образом некоторый излишек над долей прибавочной стоимости, определяемой общей нормой прибыли, зависит опять-таки не от количества затраченного пм труда, но может быть присвоен им лишь в силу того, что он - собственник земли. Так как подобного рода форма производства, не соответствующая капиталистическому способу производства, может быть подведена - и до известной степени не без основания - под капиталистические формы дохода, то тем сильнее упрочивается иллюзия, что капиталистические отношения являются естественными отношениями всякого способа производства. [25]
При втором способе разложения параметры входят только в критерий оптимальности, который имеет в этом случае форму дохода, где параметры играют роль цен. [26]
Прибыль - это часть стоимости прибавочного продукта, созданного в отраслях материального производства, т.е. одна из форм дохода социалистических предприятий, определяемая как разность между объемом реализованной продукции в оптовых ценах предприятия и затратами на ее производство. [27]
Эта новая стоимость в 100 единиц представляет собой всю ту сумму, которая может быть разделена между тремя формами дохода. Но в представлении промышленников, купцов и банкиров, как и в представлении вульгарных экономистов, это происходит совсем не так. Напротив, для них цена товара слагается просто из величин стоимости заработной платы, прибыли и ренты, которые определяются независимо от стоимости товара и друг от друга, так что х, у и z даны и определены каждый самостоятельно и лишь из суммы этих величин, которая может быть меньше и больше 100, получается величина стоимости товара как ре зультат сложения этих составных частей, образующих его стоимость. [28]
Как и для всех других инвестиций в RRSP, доход от этих инвестиций в виде единовременной выплаты или в форме пенсионного дохода подлежит полному налогообложению по обычной ставке и не освобождается от налогов в рамках 500 тыс. канадск. [29]
Эта последняя часть стоимости принимает, в свою очередь, самостоятельные формы, которые в то же время являются формами дохода: форму прибыли на капитал ( процент на капитал как таковой и предпринимательский доход с капитала как функционирующего капитала) и форму земельной ренты, которая достается собственнику земли, участвующей [ mitwirkenden ] в процессе производства. [30]