Cтраница 1
Формы сознания, соответствующие капиталистическому способу производства. [1]
Почему архаические формы сознания обладают стойкостью. [2]
Согласно психоламаркизму, источником эволюции являются примитивные формы сознания и воли, некий истолкованный в духе витализма творческий принцип. Разновидности ме-хано - и психоламаркизма имеют место и сегодня в философской интерпретации биологических процессов. [3]
В реальной жизни мы можем наблюдать чуть ли не все известные формы сознаний - языческие культы, христианство, рабовладение, фашизм, начальный дикий и зрелый загнивающий капитализм, социализм, и многие другие. Интересно то, что эти формы часто существуют внутри одной страны, или на наших глазах развиваются в рамках одного общества. [4]
Исходя из того, что и наука, и философия как формы сознания основаны на определенных ценностных системах, философ утверждает, что они несовместимы. Философское мышление по своему смыслу радикально отличается от научного ( Jaspers К. [5]
Опираясь на то, что сказано в этой книге, можно было бы следующим образом прокомментировать позицию Б.А. Грушина: значительно раньше Гоббса жил еще и Аристотель, утверждавший, что человек есть существо общественное, способное к сотрудничеству, что сотрудничество есть естественная потребность человека. Фетишистские формы сознания, в том числе и жажда наживы, не могут полностью устранить этой естественной потребности человека: конфликтные отношения, хотя они и являются клеточкой общественной жизни, не уничтожают форм сотрудничества между людьми. Суть человеческого отношения к конфликтам состоит в том, что люди способны его осмысливать, извлекать уроки из своего собственного опыта, переоценивать собственные интересы. Именно такая задача стоит сейчас как перед российским обществом, так и перед каждым отдельным человеком, тем более перед политическим деятелем. Следовательно, напряженность и конфликтность, которые переживаются обществом, сопряжены с задачами переосмысления собственной судьбы, собственного бытия, собственных интересов. Если это так, то картина не столь безнадежна. Способность к выработке рефлексивной политики как раз и означает мобилизацию усилий, направленных на преодоление тупиковых ситуаций и на недопущение насильственных методов разрешения конфликтов. Это, в свою очередь, означает, что гражданский мир возможен, что противостоящие в конфликте стороны способны пойти на самоограничение в борьбе за власть, избирая лишь цивилизованные методы воздействия на своего противника или оппонента. Разумеется, возможность гражданского мира не означает его неизбежность. Не исключено, что для того чтобы дорасти до понимания этих простых истин, российские политики еще и еще раз потеряют самоконтроль и спровоцируют друг друга на насилие. Что касается соображений о невозможности гражданской войны, то, во-первых, следует признать, что элементы такой войны уже были продемонстрированы, но они не получили и скорее всего не могли получить поддержки. Во-вторых, этот вопрос решает вся Россия, а не политическая элита, сконцентрировавшаяся даже не во всей Москве, а в районе Лобного места. А российское население, ощущая опасность кровавых столкновений, отказывает в своей поддержке двум группам политиков: тем, кто готов к экстремистским действиям, и тем, кто уже дискредитировал себя в не столь далеком прошлом. [6]
Бытийные формы сознания создают единый предметный и понятийный континуум культурологических и цивилизацион-ных исследований. Однако в отличие от культуры, которая практически целиком самоопределяется через указанную триаду, цивилизация, очевидно, представляет собой вырабатываемые в результате духовных прорывов в циклическом ( природном) времени формы рефлекции и самопознания культурных ( смысловых) континуумов, благодаря чему культура приобретает черты Личности. И этот словопомол продолжается на тринадцати страницах. [7]
Опираясь на выработанные об-вом нравственные представления, усваивая их в процессе воспитания, индивид может в значительной мере самостоятельно регулировать свое поведение и судить о моральном значении всего происходящего вокруг него. Все эти формы морального сознания объединены в логически упорядоченную систему, позволяющую не только предписывать, но и определенным образом мотивировать и оценивать моральные действия. Возникая на ранних ступенях формирования человеческого об-ва, она развивается в ходе изменения экономических и др. общественных отношений, прогресса материальной и духовной культуры человечества. [8]
Опираясь на выработанные об-вом нравственные представления, усваивая их в процессе воспитания, индивид может в значительной мере самостоятельно регулировать свое поведение и судить о моральном значении всего происходящего вокруг него. Все эти формы морального сознания объединены в логически упорядоченную систему, позволяющую не только предписывать, но и определенным образом мотивировать и оценивать моральные действия. [9]
В развитых культурах ценности и формы сознания обращены к внутренним способностям личности, утверждая возможность интеллектуального и нравственного выбора. Гносеологические, онтологические и этнические компоненты философско-религиозных учений обращены к миру личности. У Указанные функции имеют свои закономерности, вступают в противоречивые взаимодействия друг с другом. [10]
Особенности поколения оказывают существенное влияние на молодежную субкультуру, обладающую не столько возрастными, сколько генерационными особенностями. В этом феномене наиболее отчетливо проявляются молодежные формы сознания и поведения. [11]
С развитием производства создаются новые общественные отношения. Совокупность производственных отношений, материальный базис общества определяют формы сознания, юридическую и политическую надстройку. Право, политика, религия управляются базисом; взаимосвязь между двумя сторонами общественного организма необычайно сложна и противоречива. [12]
Даже туманные образования в мозгу людей, и те являются необходимыми продуктами, своего рода испарениями их материального жизненного процесса, который может Сыть установлен эмпирически и который связан с материаль-кымц предпосылками. Таким образом, мораль, религия, метафизика и прочие ьиды идеологии и соответствующие им формы сознания утрачивают видимость самостоятельности. У них нет истории, у них нет развития; люди, развивающие свое материальное производство и свое материальное общение, изменяют вместе с этой своей действительностью также свое мышление и продуты своего мышления. Не сознание определяет жизнь, а ЖЕЕНЬ определяет сознание. При первом способе рассмотрения исходят из сознания, как если бы оно было живым индивидом; при втором, соответствующем действительной жизни, исходят из самих действительных живых индивидов и рассматривают сознание только как их сознание. [13]
Даже туманные образования в мозгу людей, и те являются необходимыми продуктами, своего рода испарениями их материального жизненного процесса, который может быть установлен эмпирически и который связан с материальными предпосылками. Таким образом, мораль, религия, метафизика и прочие виды идеологии и соответствующие им формы сознания утрачивают видимость самостоятельности. У них нет истории, у них нет развития: люди, развивающие свое материальное производство и свое материальное общение, изменяют вместе с этой своей действительностью также свое мышление и продукты своего мышления. Не сознание определяет жизнь, а жизнь определяет сознание. При первом способе рассмотрения исходят из сознания, как если бы оно было живым индивидом; при втором, соответствующем действительной жизни, исходят из самих действительных живых индивидов и рассматривают сознание только как их сознание. [14]
Общественного сознания как самостоятельного общественного образования не существует; в реальности наблюдается философское, научное, нравственное, художественное, правовое, политическое сознание индивидов, а не общества вообще, т.е. идеальной головы общества нет. Вне индивида все идеи, теории, концепции, учения не являются сознанием, это опредмеченные формы сознания, ранее произведенные индивидами. Наука, философия, мораль, искусство, право, политика - специфические сферы деятельности человека ( или, говоря языком культурологии, специализированные сферы культуры), в которых индивиды профессионально заняты познанием природы и общества, а не формы общественного сознания. [15]