Cтраница 1
Фрейлиграта); здесь промерзают даже камни, а чтобы в наших миниатюрных комната х поддерживать уютное тепло, требуются горы угля. Если бы я не знала, что ты находишься в благодатной стране, то именно в эти рождественские дни, когда семейный очаг в центре внимания, я чувствовала бы себя очень одинокой. А так меня, по крайней мере, утешает то, что при твоих страданиях ты окружен заботой и уходом, и это помогло мне многое перенести. Пару дней тому назад я передала доктору Аллену, как принято, твои и наши праздничные поздравления и нашла его, как всегда, приветливым и любезным. Он был очень удивлен, услышав, что на месте старого образовался новый карбункул, и думает, что он не может быть крупнее первого при том уходе, который ты получал, при хорошем питании и, прежде всего, при той массе хейрона, которую ты поглотил. Я все надеялась получить от тебя новые сведения о твоем здоровье, но поскольку, видимо, меня опять преследует неудача, то я, пользуясь этим оптимистическим сообщением, беру на себя инициативу положить конец почти восьмидневному перерыву в нашей переписке. Если бы я только могла знать, что ты снова чувствуешь себя совсем хорошо. [1]
Кроме Фрейлиграта Фогт обратился также к Карлу Блинду, баденскому эмигранту, который был в дружбе с Марксом с революционных лет и напечатал статью в Neue Rheinische Zeitung. [2]
Жирный филистер Фрейлиграт, действительно, ведет себя гнуснейшим образом и заслуживает основательной встрепки, для которой, надо надеяться, скоро представится случай. Здесь обыватели страшно злы, что мы с Лу-пусом стоим в стороне от всей этой шиллеровшины. [3]
Когда Маркс стал жаловаться на Фрейлиграта Лассалю, Лассаль ответил: Возможно, что Фрейлиграту лучше бы не присутствовать на празднике. Но во всяком случае хорошо, что он сочинил кантату. [4]
После 3 октября Маркс предлагает Фрейлиграту войти в состав редакции Neue Rheinische Zeitung. Фрейлиграт дает свое согласие. [5]
Он тоже хочет быть близким другом Фрейлиграта. [6]
Известие о смерти Лассаля Маркс получил от Фрейлиграта и 3 сентября телеграфировал об этом Энгельсу. [7]
Хакнси - район в восточной части Лондона, где жил Фрейлиграт. [8]
Маркс сообщил Энгельсу, что покидает Францию, а 5 сентября писал Фрейлиграту, что его жена последует за ним 15 сентября, и он не знает, откуда добыть необходимые средства для ее переезда и поселения на новом месте. [9]
Когда Маркс стал жаловаться на Фрейлиграта Лассалю, Лассаль ответил: Возможно, что Фрейлиграту лучше бы не присутствовать на празднике. Но во всяком случае хорошо, что он сочинил кантату. [10]
В тексте содержится намек на патриотические стихотворения Гервега ( Немецкий флот - 1841 г.) и Фрейлиграта ( Мечты о флоте - 1843 г., Два флага - 1844 г.), в которых воспевалось будущее не существовавшего еще немецкого флота. [11]
Маркс очутился в жесточайшей нужде, так как его скудные средства окончательно иссякли, и обратился к Фрейлиграту и Лассалю за помощью. Оба сделали все, что могли, чтобы помочь ему, но Фрейлиграт жаловался на неделикатность приемов Лас-саля, сделавшего положение Маркса предметом обсуждения во всех пивных. Маркс был болезненно задет этим и писал 31 июля в ответ Фрейлиграту: Я предпочитаю жесточайшую нужду публичному попрошайничеству. [12]
ДГо 43 за 1859 г. иллюстрированной газеты Die Gartenlaube ( Беседка) за подписью Б был опубликован очерк Бетциха Фердинанд Фрейлиграт, где творческие неудачи поэта объяснялись влиянием Маркса. [13]
Для лучшего понимания Разоблачений я привожу список кельнских обвиняемых: 1) П. Г. Резер, рабочий-сигарочник; 2) Генрих Бюргере, впоследствии окончивший жизнь прогрессист-ским депутатом ландтага; 3) Петер Нотъюнг, портной, умерший несколько лет назад в Бреславе, где был фотографом; 4) В. И. Рейф; 5) д-р Герман Беккер, ныне обер-бургомистр Кельна и член палаты господ; 6) д-р Роланд Даниельс, врач, умерший через несколько лет после процесса от чахотки, которую нажил в тюрьме; 7) Карл Отто, химик; 8) д-р Абраам Якоби, теперь врач в Нью-Йорке; 9) д-р И. Я. Клейн, теперь врач и депутат городского самоуправления в Кельне; 10) Фердинанд Фрейлиграт, который, однако, тогда был уже в Лондоне; 11) И. Л. Эрхардт, приказчик; 12) Фридрих Лесснер, портной, живет теперь в Лондоне. Из них суд присяжных, публичные заседания которого продолжались с 4 октября до 12 ноября 1852 г., приговорил по обвинению в государственной измене Резера, Бюргерса и Нотъюнга к 6 годам заключения в крепости, Рейфа, Отто и Беккера - к 5 годам, Лесснера - к 3 годам; Даниельс, Клейн, Якоби и Эрхардт были оправданы. [14]
Подобно Фрейлиграту, Энгельс сделался хорошим купцом, хотя у него никогда не лежало сердце к проклятой коммерции. Личность его впервые обрисовывается в письмах, которые восемнадцатилетний юноша, ученик в конторе консула Лейпольда в Бремене, писал братьям Греберам; они были его товарищами по гимназии и теперь учились на богословском факультете. В этих письмах мало говорится о торговле и торговых делах, но они содержат шутливые намеки на товарищеские попойки. [15]