Cтраница 2
Страна оказалась приобщена к христианским ценностям, на основе которых стали формироваться принципиально новые отношения, развиваться культурная и духовная жизнь. Вместе с тем христианство было принято в его византийском, будущем православном варианте, что впоследствии привело к возникновению и противоположных тенденций - политическому и культурному отчуждению от латинской Европы, утверждению иной модели исторического развития. [16]
Иными словами, Маннгейм полагал, что современное общество открыто для религии. Вот почему значительная часть работы Маннгейма Диагноз нашего времени посвящена анализу христианства. Он пытается показать, что от самых людей, их человеческих качеств зависит возникновение истинно религиозного опыта или псевдорелигиозных движений. Маннгейм считает возможным социологический анализ христианских ценностей и методологии, поскольку, с его точки зрения, истины христианства сформулированы не в абстрактных заповедях, а в нескольких немногих ясных утверждениях, имеющих вечную ценность. Важно раскрыть важнейшие аспекты религиозного опыта и использовать их для анализа общественной динамики в современном мире. При этом необходимо избежать двух опасностей - полной дезинтеграции системы ценностей, когда каждый живет по собственному разумению и своим жизненным установкам, и тотальной регламентации общественной жизни. [17]
В последующем Россия стремилась выступать защитницей христианских ценностей, доказывала, ччо она причастна к истокам христианства. В период Московского i ot s ларетна особенно популярной стала легенда об Андрее Первозванном, предсказавшем создание могущественного хрис г панского государе твн на восточно-европейской равнине. Она служи-иа обоснованием важного тезиси: православная церковь в Московском государстве - апостольская, то есть у ее истоков - первоученики Христа. Иван Грозный, принимая послов из папского Рима, сказал Мы уже с самого основания христианской церкви приняли христианскую веру, когда браг апостола Андрей пришел в наши земли, а впоследствии, когда Владимир обратился к вере, религии была распространена euit: шире 1 Этим утверждением Иван IV стремился доказан, многое. Папский Рим гордился древностью христианства. Оно утвердилось гам раньше, чем в русских землях, почти на десять веков. Однако обрагитс внимание tiu важное. По легенде, Андрей Первозванный посетил киевские горы в I Апостол Петр посетил Рим тоже в I веке, и эта дуга считается официальной даюй христианизации Рима. Следовательно, если следовать легенде, русские изначально приобщи-инсь к христианству одновременно с Римом и независимо от него. [18]
Нйбур описывает, таким образом, секту - деноминацию - церковь как этапы в процессе развития религиозной организации. Движущая сила этого процесса, - согласно Нибуру, - приспособление христианства к кастовой системе мира, слишком поспешный и далеко заходящий компромисс между христианством и миром. Разделение на конкурирующие деноминации противоречит фундаментальным ценностям и учению христианства. Приспособление христианства к обществу с социальными предрассудками и социальным, неравенством имплицитно содержит отрицание христианских ценностей, христианского братства, противоречит божественному закону. Согласно Нибуру, выделение сект означает попытку восстановить и подтвердить христианскую заботу о социальной справедливости и равенстве. Источник религиозных расхождений - социальная стратификация общества, она приводит к разногласиям между людьми, исповедующими одну и ту же веру. Но спустя какой-то период времени возникшие на волне протеста христианские группы обнаруживают склонность к компромиссу с обществом, приспособлению к ценностям секу-лярного мира, социальному неравенству. Это - тенденция к образованию церковного типа организации религиозных групп, в свою очередь вызывающая вновь сектантскую реакцию и реанимацию веры. [19]
Следовательно, расисты отрекались от христианских ценностей, хотя делали это не прямо. История рассматривалась исключительно через призму расовой теории. Нацисты утверждали, что западная цивилизация разлагается и идет к гибели. [20]
Если эта попытка выдержит критическую проверку, то не исключено, что на русско-византийские отношения и различные аспекты истории обоих государств в конце X столетия прольется новый свет. Хотя собственно проблема христианизации не является предметом этой работы, ее необходимо затронуть, чтобы анализ политических обстоятельств крещения Руси не был истолкован как поддержка широко распространенного, но, на мой взгляд, ошибочного мнения; будто обращение Руси в христианство было делом византийцев. Принятие христианства не было делом случая и не было навязано византийским императором. Дата и обстоятельства крещения князя Руси и его дружины явились результатом конкретной политической обстановки. Но самому приобщению Киевского государства к миру христианских ценностей предшествовало длительное, восходящее к IX веку проникновение христианства на территорию Среднего Приднепровья и его растущее влияние при киевском дворе, особенно после крещения бабки Владимира - Ольги. [21]