Cтраница 3
Было уже сказано, что война есть продолжение политики. Война империалистская, которая была продолжением политики империалистов, господствующих классов, помещиков и капиталистов, вызывала в народных массах враждебное отношение и была лучшим средством революционизирования этих масс. Она у нас, в РОССИР, облегчила и свержение монархии, и свержение помещичьего зем левладения, и буржуазии, которое произошло с неслыханной легкостью только потому, что империалистская война была продолжением, обострением, обнаглением империалистской политики. До сих пор мы читаем у меньшевиков и эсеров и слышим от беспартийных и колеблющихся людей: Вы обещали мир, а дали войну, вы обманули трудящиеся массы. А мы говорим, что трудящиеся массы, хотя они и не учились марксизму, но тем не менее своим классовым инстинктом угнетенных людей, людей, которые десятки лет чувствовали на своей шкуре, что такое помещик и капиталист, отлично усвоили разницу между войной империалистской и гражданской. Для всех тех, кто испытал на своей шкуре десятки лет угнетения, для всех тех эта разница между войнами понятна. [31]
Кого мы должны сейчас выдвигать на работу. Достаточно здесь говорили все товарищи, что работников нам надо выдвигать из низов, из рабочего класса. Именно рабочие и работницы сами должны замещать советские должности. Мы знаем, что среди так называемых советских барышень, которые сидят в различных комиссариатах, имеется много, очень много мелкобуржуазного, чуждого нам элемента. Часто бывает, что мы ставим во главе какого-нибудь учреждения специалистку, - возьмем детские колонии, ясли. Она знает свое дело, но дух у нее чужой. У нее не хватает здорового классового инстинкта. Мы возьмем эту специалистку как руководительницу по определенной отрасли, но во главе учреждения должна быть работница. Классовый инстинкт поможет ей правильно наметить путь работы. [32]
Кого мы должны сейчас выдвигать на работу. Достаточно здесь говорили все товарищи, что работников нам надо выдвигать из низов, из рабочего класса. Именно рабочие и работницы сами должны замещать советские должности. Мы знаем, что среди так называемых советских барышень, которые сидят в различных комиссариатах, имеется много, очень много мелкобуржуазного, чуждого нам элемента. Часто бывает, что мы ставим во главе какого-нибудь учреждения специалистку, - возьмем детские колонии, ясли. Она знает свое дело, но дух у нее чужой. У нее не хватает здорового классового инстинкта. Мы возьмем эту специалистку как руководительницу по определенной отрасли, но во главе учреждения должна быть работница. Классовый инстинкт поможет ей правильно наметить путь работы. [33]