Cтраница 2
При этом с самого начала следует учесть, что слово реальность есть составная часть нашего разговорного языка и поэтому - как и большинство слов - не имеет однозначного смысла. Существуют субъективные философии, которые учат, что реален только духовный мир и что физический мир - только кажимость, тень без субстанции. Хотя эта точка зрения и представляет наибольший философский интерес, но она лежит вне нашей дискуссии, которая имеет дело только с физической реальностью. И все же остаются открытыми еще достаточно много других вопросов. Реальности крестьянина или ремесленника, купца или банкира, государственного человека или солдата, очевидно, имеют мало общего. Для каждого из них наиболее действительные вещи суть те, которые стоят в центре их интересов, причем слово реальный употребляется почти как синоним со словом важный. Интересно знать, может ли какая-либо философия так определить понятие реальности, чтобы оно не подвергалось последующему влиянию субъективных ассоциаций этого рода. [16]
Необходимость есть бытие, так как оно есть; единство с самим собой бытия, имеющего себя основанием; но и наоборот, так как оно имеет некоторое основание, оно не есть бытие, а только кажимость, отношение или опосредствование. Причинность есть этот положенный переход первоначального бытия, причины, в кажимость или простую положенность и, наоборот, положенности в первоначальность; но самое тождество бытия и ка-жймости есть еще внутренняя необходимость. [17]
Эта кажимость и это явление определяются непосредственно столь многообразно. Пусть, стало быть, не лежит в основании этого содержания никакого бытия, никакой вещи или вещи в себе, оно остается само по себе таким, каково оно есть; оно лишь перемещено из бытия в кажимость, так что кажимость имеет внутри себя самой эти многообразные определенности, которые суть непосредственные, сущие, взаимно другие. Поэтому кажимость сама есть нечто непосредственно определенное. Она может иметь то или иное содержание, но каково последнее, это не положено ею самой, а присуще ей непосредственно. Лейбницевский или кантовский или фихтевский идеализм, как и другие его формы, так же мало, как скептицизм, выходят за пределы бытия как определенности, как этой непосредственности. [18]
Эта кажимость и это явление определяются непосредственно столь многообразно. Пусть, стало быть, не лежит в основании этого содержания никакого бытия, никакой вещи или вещи в себе, оно остается само по себе таким, каково оно есть; оно лишь перемещено из бытия в кажимость, так что кажимость имеет внутри себя самой эти многообразные определенности, которые суть непосредственные, сущие, взаимно другие. Поэтому кажимость сама есть нечто непосредственно определенное. Она может иметь то или иное содержание, но каково последнее, это не положено ею самой, а присуще ей непосредственно. Лейбницевский или кантовский или фихтевский идеализм, как и другие его формы, так же мало, как скептицизм, выходят за пределы бытия как определенности, как этой непосредственности. [19]
Они связаны и тогда, когда сущность проявляет себя неадекватно, в форме видимости. Видимость проистекает из-за обмана органов чувств ( галлюцинации, аггравации и т.п.), из-за недостаточной осведомленности, искажающей картину реальности, из-за социально-групповой позиции субъекта познания и т.п. В отличие от этих субъективных заблуждений ( имеющих, кстати, некоторую реальную основу) объективная кажимость имеет непосредственное полное основание внутри структуры действительной сущности или во взаимодействии таких сущностей. Например, заработная плата выступает как оплата всей произведенной работы; на самом же деле она представляет собой денежное выражение стоимости рабочей силы и детерминирована структурой производственных отношений. Приведенный пример относится к внутри сущностн ой кажимости. К последней можно отнести кажущийся излом линий предметов, частично погруженных в воду. Здесь нет обмана органов чувств: они верно передают преломление лучей света от разных поверхностей. Эта кажимость вызвана взаимодействием двух сущностей, двух структур и является следствием соответствующих условий. Отсюда и название - межсущностная, или кондициональная ( con-ditio - условие), кажимость. [20]
Эта кажимость и это явление определяются непосредственно столь многообразно. Пусть, стало быть, не лежит в основании этого содержания никакого бытия, никакой вещи или вещи в себе, оно остается само по себе таким, каково оно есть; оно лишь перемещено из бытия в кажимость, так что кажимость имеет внутри себя самой эти многообразные определенности, которые суть непосредственные, сущие, взаимно другие. Поэтому кажимость сама есть нечто непосредственно определенное. Она может иметь то или иное содержание, но каково последнее, это не положено ею самой, а присуще ей непосредственно. Лейбницевский или кантовский или фихтевский идеализм, как и другие его формы, так же мало, как скептицизм, выходят за пределы бытия как определенности, как этой непосредственности. [21]
Роль социального престижа, оценки членами сообщества реальной, иллюзорной или сознательно демонстрируемой социальной позиции, действительно чрезвычайно велика. Она создает мифический, знаковый, символический мир разделяемых большинством ценностей и оценок, наделения социальной значимостью - мир номинаций. Символика социальных кажимостей, иллюзорно сконструированный имидж проявляются и в простых ( демонстративных), и в достаточно экзотических формах. Так, в современном обществе аранжировка социальной истории присуща не только группам ( как это было в советской России), но и индивидам. [22]
Необходимость есть бытие, так как оно есть; единство с самим собой бытия, имеющего себя основанием; но и наоборот, так как оно имеет некоторое основание, оно не есть бытие, а только кажимость, отношение или опосредствование. Причинность есть этот положенный переход первоначального бытия, причины, в кажимость или простую положенность и, наоборот, положенности в первоначальность; но самое тождество бытия и ка-жймости есть еще внутренняя необходимость. [23]
Кроме того, он полагает, что, поскольку научился чему-то одному, сумеет совладать и с другими занятиями. По словам Платона, в Афинах развелось слишком много ремесленников, считавших, что могут управиться и с домашним хозяйством, и с обучением детей, и с управлением государством, поскольку они научились чему-то в своей области. Так что чистый опыт всегда балансирует на грани необоснованных претензий, обмана, кажимости и видимости, в отличие от разума, который не отступает от реальности. [24]
К их числу относится иллюзия реальности картины мира, рисуемой нашими чувствами, а также множество иллюзий, порождаемых воображением, эмоциями и мысленными построениями. Что касается внешнего мира, то, как показала современная физика, все его предметы, которые представляются нашим чувствам прочными, непроницаемыми и неподвижными, в действительности образуются вихрями бесконечно малых и бесконечно быстро движущихся элементов. Тем самым современная наука пришла к фундаментальной концепции индуизма, согласно которой все явленное является Майей, иллюзией, кажимостью. [25]
Такое состояние общества и должно порождать дуалистическую философию, если философия - честное осмысление опыта. Если же она преодолевает дуализм - а это делают многие философии, - то обычно посредством обращения к чему-то более высокому, чем эмпирический опыт, уходя в мир абстракций. Отрицая дуализм на словах, подобные теории поддерживают его на деле, поскольку проводят разграничение между объектами этого мира, рассматриваемыми как видимости, кажимости, и недоступной восприятию сущностью действительности. [26]
Они связаны и тогда, когда сущность проявляет себя неадекватно, в форме видимости. Видимость проистекает из-за обмана органов чувств ( галлюцинации, аггравации и т.п.), из-за недостаточной осведомленности, искажающей картину реальности, из-за социально-групповой позиции субъекта познания и т.п. В отличие от этих субъективных заблуждений ( имеющих, кстати, некоторую реальную основу) объективная кажимость имеет непосредственное полное основание внутри структуры действительной сущности или во взаимодействии таких сущностей. Например, заработная плата выступает как оплата всей произведенной работы; на самом же деле она представляет собой денежное выражение стоимости рабочей силы и детерминирована структурой производственных отношений. Приведенный пример относится к внутри сущностн ой кажимости. К последней можно отнести кажущийся излом линий предметов, частично погруженных в воду. Здесь нет обмана органов чувств: они верно передают преломление лучей света от разных поверхностей. Эта кажимость вызвана взаимодействием двух сущностей, двух структур и является следствием соответствующих условий. Отсюда и название - межсущностная, или кондициональная ( con-ditio - условие), кажимость. [27]
Эта тема развита в тех областях др. - греч. Платона) и др. - инд. Для того чтобы выйти за пределы окружающей человека кажимости п достичь знания об пстинно-сущем, необходимо исключит, озарение ( Пар-менид облекает эту мистифицированную гносеологию в форму поэтич. Само понятие истины трансформируется: внеэмпирич. На идее сверхчувств, познания зиждется п буддизм. [28]
В марксовом освещении сущности иррационального особенно важен акцент на его объективной стороне. Иррациональное отнюдь не есть чистый фантом человеч. Наоборот: оно только потому и воспроизводится сознанном, что до него и независимо от него это иррациональное выступило как характеристика определ. И здесь, при рассмотрении объективности иррационального, применим тот же самый подход, к-рый свойствен - Ленину при исследовании объективности видимости, кажимости ( см. В. И. Ленин, Соч. Иррациональные формы, в виде к-рых обособленные и оторванные друг от друга элементы бурж. Причем именно иррациональность этих форм делает их активным элементом механизма капиталистич. [29]
А между тем было бы поистине экстравагантно подозревать таких людей, как Кирхгоф и Пуанкаре - назову только два крупных имени из многих, - в том, что они хотят подорвать значение науки... Термин этот не совсем удачен, но он, по крайней мере, подчеркивает одно существенное различие между обеими школами, интересующее нас специально в данное время. Спорный вопрос очень прост. Обе школы исходят, само собою разумеется, из того же чувственного ( perceptual) опыта; обе употребляют абстрактные системы понятий, различающиеся в частностях, но одинаковые по существу; обе прибегают к тем же приемам проверки теорий. Но одна полагает, что она приближается все больше и больше к последней реальности и оставляет позади все больше кажимостей. Другая полагает, что она подставляет ( is substituting) обобщенные описательные схемы, пригодные для интеллектуальных операций, под сложные конкретные факты... Ни с той, ни с другой стороны не затрагивается ценность физики, как систематического знания о ( курсив Уорда) вещах; возможность дальнейшего развития физики и ее практических применений одинакова и в том, и в другом случае. [30]