Кикин
Cтраница 1
Кикин бил челом на Михалкова, а потом признался, что ему до Михалковых в отечестве дела нет да и не сошлось, а бил он челом для того, что он человек бедный, подняться ему было в назначенную посылку нечем, и он думал, что его от этой посылки отставят. В 1618 году стольник Богдан Нагово растравил себе руку, чтоб не быть в рындах вместе с князем Прозоровским. Ревность к поддержанию родовой чести выводила иногда наружу удивительные дела: в 1621 году приехал в Москву с воеводства из Бежецкого Верха Максим Языков и подал в разряд послужные списки, как приходили к Бежецкому Верху черкасы, и в послужных списках написаны от него головы с сотнями: князь Андрей Мордкин, Давид Милюков, Алексей Ушаков; но Мордкин и Милюков подали челобитья, что все это Языков выдумал, они в головах у него не бывали, не сошлось им быть у такого в головах да и службу свою Языков ложно писал к государю: литовских людей он никогда не побивал и приступу к городу не бывало. По государеву указу обыскивали всем городом и нашли действительно, что Языков литовских людей никогда не побивал, приступу к городу не бывало и в головах у него князь Мордкин, Милюков и Ушаков не бывали; государь велел Языкова за воровство бить батогами нещадно да жалованья денежного убавить 25 рублей и поместного оклада полтораста четвертей, а за бесчестье Мор-дкина, Милюкова и Ушакова посадить в тюрьму на три дня. Явилась попытка подчинить родовым счетам не только назначение на места, но и повышение в чины: князь Федор Лыкоз бил челом на брата своего, боярина князя Бориса Михайловича Лыкова, что меньшой мой брат, князь Борис, в боярах, а мне позорно быть в окольничих. [1]
Нашел, - сказал Кикин, - в Вене. [2]
Царевич сделал так, как советовал Кикин, и отправился в Вену, приняв вымышленное имя польского подполковника Ко ханского. [3]
Постригайся, царевич, - сказал Кикин, - веда клобук не прибит к голове гвоздем: можно его и снять... Эту остроту говорил Кикин царевичу и еще раньше того времени. [4]
Пиши и Василию Долгорукову, - сказал Кикин, - будет ли на меня суспет о твоем побеге, я покажу письмо твое Долгорукову и скажу: знать царевич с ним советывал, что его благодарит; я сие письмо перенял. [5]
Пиши к нему, чтоб ехал к тебе, - сказал Кикин, только я да он знают; на меня подозрения не будет, потому что я в Петербурге не был, а будет Иван в Петербурге, будет то небезопасно, чтоб не про мол вился с кем. [6]
Веселовского и Веселовский, как увидим, действовал в поимке царевича в видах царя, но слова, сказанные Кикиным в Либаве о Веселовском, могут быть, хотя до некоторой степени, справедливы, так как Кикин говорил при этом, что Веселовский не думает возвратиться в отечество, а это действительно случилось с Веселопским; очевидно, Кикин был близок с Веселовским, когда знал его такие намерения, которые Веселовский не мог бы открывать никому, кроме тех, к кому имел большое доверие. [7]
Веселовского и Веселовский, как увидим, действовал в поимке царевича в видах царя, но слова, сказанные Кикиным в Либаве о Веселовском, могут быть, хотя до некоторой степени, справедливы, так как Кикин говорил при этом, что Веселовский не думает возвратиться в отечество, а это действительно случилось с Веселопским; очевидно, Кикин был близок с Веселовским, когда знал его такие намерения, которые Веселовский не мог бы открывать никому, кроме тех, к кому имел большое доверие. [8]
Кикин надеялся, что царевич поймет смысл того выражения, но царевич не понял и воротился в Петербург. Будучи в отечестве, он тосковал и, выпивши, говорил ближним: Быть мне пострижену, коли не при отце, так после него постригут меня, как Василия Шуйскаго, и куда-нибудь в полон отдадут. [9]
Постригайся, царевич, - сказал Кикин, - веда клобук не прибит к голове гвоздем: можно его и снять... Эту остроту говорил Кикин царевичу и еще раньше того времени. [10]
Царевич настрочил показание, в котором прежде всего очернил Александра Кикина как главного советника к побегу, наложил подозрение на своего камердинера Ивана Большого Афанасьева ( хотя, как показывал, объявивши о намерении учинить побег, не получил от него одобрения), показал на Дубровского, которому передавал деньги для матери, на своего учителя Вяземского, на сибирского царевича, на Ивана Кикина, на Семена Нарышкина, на князя Василия Долгорукова и отчасти на царевну Марью Алексеевну, Царевич оговорил Кейля, секретаря имперского канцлера Шенборна, показавши, будто он принуждал его писать письма к сенаторам и архиереям, хотя эти письма не были посланы. Показания царевича не заключали полной искренности, которая все-таки бывает свойством более благородных натур; царевич раскрывался вполовину; он сказал настолько, что его показания могли притянуть в беду других, а о себе не сказал всего; он делал так, как всегда делают в таких обстоятельствах подобные царевичу люди. [11]
 |
Диаграмма скорости коррозии конструкций из обычных углеродистых сталей в цехах и сооружениях металлургических заводов ( по опытным данным. [12] |
При наличии обильных выделений газов и жидкостей из агрегатов, дыма от паровозов, паров воды и атмосферных осадков, просачивающихся внутрь цехов из-за неисправности кровель и водостоков, а также под влиянием мокрого грунта, некоторые элементы и узлы, а иногда целые конструкции выходят из строя за 4 - 8 лет вместо 40, на которые они рассчитаны. Быстрый выход из строя конструкций на металлургических заводах, по мнению Кикина [44], объясняется не только плохим отводом атмосферных осадков с кровель зданий, приводящим к разрушению кровель и водостоков, но и тем, что при проектировании не было учтено совместное воздействие на некоторые элементы конструкций таких агрессивных сред, как газы, пары воды и другие. [13]
При наличии обильных выделений газов и жидкостей из агрегатов, дыма от паровозов, паров воды и атмосферных осадков, просачивающихся внутрь цехов из-за неисправности кровель и водостоков, а также под влиянием мокрого грунта, некоторые элементы и узлы, а иногда целые конструкции выходят из строя за 4 - 8 лет-вместо 40, на которые они рассчитаны. Быстрый выход из строя конструкций на металлургических заводах, по мнению Кикина [44], объясняется не только плохим отводом атмосферных осадков с кровель зданий, приводящим к разрушению кровель и водостоков, но и тем, что при проектировании не было учтено совместное воздействие на некоторые элементы конструкций таких агрессивных сред, как газы, пары воды и другие. [14]
Царевич открылся своему камердинеру, Ивану Большому Афанасьеву, что едет не к батюшке, а куда-нибудь в иное место, либо к цезарю, либо в Рим; царевич доверил камердинеру и то, что Кикин поехал проведывать убежище. Камердинер отнесся к этому не совсем одобрительно, но обещал хранить тайну. Я от батюшки не чаял присылки, - продолжал царевич-а теп оь вижу я, что мне путь правит Бог. [15]
Страницы: 1 2