Cтраница 3
В номере этой газеты от 17 апреля была помещена корреспонденция из Парижа, в которой отмечалось отрицательное отношение немецких коммунистов к затее Гервега. [31]
Хрущев выдвинул новый ультиматум по берлинскому вопросу, объявив, что СССР еще до конца года заключит мирный договор с ГДР и передаст ей всю полноту власти над восточной частью Берлина. Немецкие коммунисты действовали решительно: по тревоге были мобилизованы все рядовые члены партии, которые создали живое оцепление вдоль границы Восточного и Западного Берлина. Они стояли до тех пор, пока весь Западный Берлин не был окружен бетонной стеной с контрольно-пропускными пунктами. [32]
Забывать эту элементарнейшую и самоочевиднейшую истину было бы глупо. И именно такую глупость делают левые немецкие коммунисты, которые от реакционности и контр-революционности верхушки профсоюзов умозаключают к... Это - такая непростительная глупость, которая равносильна наибольшей услуге, оказываемой коммунистами буржуазии ( см. там же, стр. [33]
Мы знаем, что это движение стремится к достижению такого результата, который, правда, в данную минуту дал бы толчок развитию индустриализма современного буржуазного общества, но который, будучи плодом пролетарского движения, неизбежно должен в качестве нападения на земельную собственность вообще и в особенности при существующих в настоящее время в Америке условиях повести дальше, благодаря его собственным последствиям, к коммунизму. Криге, примкнувший вместо с немецкими коммунистами в Нью-Йорке к движению против ренты ( Anti-Rent-Bewegung), облекает этот простой факт в напыщенные фразы, не вдаваясь в рассмотрение самого содержания движения. Он доказывает этим, что ему совершенно неясна связь между молодой Америкой и американскими общественными условиями. [34]
Со времени III съезда Коминтерна прошло уже 8 месяцев. Видимо, наш тогдашний спор с левыми уже устарел, уже решен жизнью. Я оказался неправ насчет Леви, ибо он с успехом доказал, что попал на меньшевистскую дорожку не случайно, не временно, не только перегибая палку против опаснейшей ошибки левых, а надолго, прочно, по всему своему естеству. Разумеется, вполне правы были немецкие коммунисты, которые ответили на это, исключив недавно из своей партии еще нескольких господ, оказывавших тайно поддержку Павлу Леви в этом благородном занятии. [35]
В № 12 Вперед было упомянуто выступление Маркса по аграрному вопросу против Крите. Это было не в 1848 году, как ошибочно сказано в статье тов. Сотрудник Маркса, Герман Криге, бывший тогда еще очень молодым человеком, переселился в 1845 году в Америку и основал там журнал Volks-Tri - bun ( Народный Трибун) 30 для пропаганды коммунизма. Однако он повел эту пропаганду так, что Маркс вынужден был от имени немецких коммунистов решительно восстать против компрометирования коммунистической партии Германом Криге. Критика направления Криге, напечатанная в 1846 году в Westphiili-schc Dampfboot 31 и перепечатанная но втором томе меринговского издания сочинений Маркса, представляет для современных русских социал-демократов громадный интерес. [36]
Брюссельская демократическая ассоциация окончательно конституировалась на собрании 63 учредителей. На собрании 15 ноября был утвержден руководящий орган - Комитет Ассоциации. Почетным председателем был избран участник бельгийской революции 1830 г. генерал Франсуа Меллине, председателем - Жот-ран, вице-председателями - Маркс и французский социалист Жак Энбер, участник лионского восстания 1834 г. В состав Комитета вошли также от польской эмиграции Лелевель, от немецких коммунистов Веерт. [37]
В соответствии с этой любовной болтовней Криге в Ответе Зольте и в других местах изображает коммунизм как нечто преисполненное любви и противоположное эгоизму и сводит всемирно-историческое революционное движение к нескольким словам: любовь - ненависть, коммунизм - эгоизм. Сюда же относится и трусость, которую он проявляет, когда, угодничая перед ростовщиком, обещает оставить ему то, что тому уже принадлежит, или когда он ниже клянется, что и не думает разрушать нежную привязанность к семейной жизни, к родине, к народности, а хочет лишь воплотить ее в жизнь. Это трусливое и лицемерное изображение коммунизма не как разрушения, а как воплощения в жизнь существующих мерзких отношений вместе со всеми иллюзиями, которые создают себе о них буржуа, красной нитью проходит через все номера Volks-Tribun. Этому лицемерию и трусости соответствует позиция, которую Криге занял в спорах с политиками. Он считает ( в Лг 10) прегрешением против коммунизма писать против увлекающихся католицизмом политических фантазеров, вроде Ламенне и Берне; из этого следует, что такие люди, как Прудон, Кабе, Дезами, - одним словом, все французские коммунисты, - являются коммунистами только по названию. О том, что немецкие коммунисты так же далеко ушли от Берне, как французские от Ламенне, Криге мог бы узнать еще в Германии, в Брюсселе и Лондоне. [38]
Он принадлежал к периоду Второй империи, когда царивший во всей Европе гнет предписывал только что вновь пробуждающемуся рабочему движению единство и воздержание от всякой внутренней полемики. Это был момент, когда общие международные интересы пролетариата были выдвинуты на первый план. В 1864 г. теоретический характер самого движения во всей Европе, то есть в массах, в действительности был еще очень неясен, немецкий коммунизм еще не существовал как рабочая партия, прудонизм был слишком слаб, чтобы выезжать на своем излюбленном коньке, а новая белиберда Бакунина не существовала еще и в его собственной голове; даже лидеры английских тред-юнионов считали возможным вступить в движение на основе программы, изложенной в вводной части Устава. Первый крупный успех должен был разрушить это наивное сотрудничество всех фракций. Таким успехом была Коммуна, которая была, несомненно, духовным детищем Интернационала, хотя Интернационал и пальцем не шевельнул для того, чтобы вызвать ее к жизни; таким образом, на Интернационал до известной степени вполне справедливо возлагалась ответственность за Коммуну. Начался распад, который был неизбежен. Зависть к растущей силе единственных людей, которые были действительно готовы продолжать работу на основе старой широкой программы, - немецких коммунистов - толкнула бельгийских прудонистов в объятия бакунист-ских авантюристов. Гаагский когсгресс 388 был фактически концом, и притом для обеих партий. [39]
Я завидую тебе, что ты все время чем-нибудь занят. Так как сейчас уже поздно, я предлагаю закончить ( закрыть) заседание. Я не могу понять, почему он так сухо ответил на мое последнее письмо. Уже в первые годы семилетнего плана трудящиеся нашей страны добились больших успехов. Советские города, которые были разрушены во время войны, были восстановлены в короткий срок. Когда я учился в школе, мне всегда было трудно запоминать химические формулы, короче говоря, у меня не было способностей к химии. Волге, которое закончилось тем, что германские войска были разгромлены. Тельман умер, но немецкие коммунисты продолжают дело, за которое он боролся всю свою жизнь. [40]