Cтраница 3
Открытое общество требует определенного общего согласия в том, что такое хорошо и что такое плохо, и люди должны быть готовы делать правильные вещи, даже если это имеет неприятные личные последствия: защищать родину или встать на защиту свободы. В переходном обществе, в котором господствует практическая целесообразность, люди стремятся избежать неприятных последствий. Но безусловное обязательство соблюдать фундаментальные принципы также может представлять опасность для открытого общества, если люди игнорируют тот факт, что их действия имеют незапланированные последствия. Воистину - дорога в ад вымощена благими намерениями. Мы должны быть готовыми корректировать наши принципы в свете нового опыта. Это требует критического отношения. Мы должны признавать, что никто не обладает высшей истиной. [31]
В современной России, напротив, происходит процесс существенной поляризации общества, когда, образно выражаясь, вместо фигуры добродушного толстяка с большим животом мы получаем карикатурную фигуру общества с крошечной головой, ссохшимся желудком и огромными вялыми ногами. Широкий слой бедных и беднейших и узкая пирамидка богатой элиты разъедают каждый со своей стороны медленно растущий слой обеспеченных. Социальная база реформ - средний класс - не является в России тем необходимым балластом, который придает развитию переходного общества определенность, солидность и устойчивость. [32]
Леворадикальная теория в целом отказывалась признавать реально су ществующее в СССР и других социалистических странах общество истин но социалистическим. Истинный социализм должен отвечать идеалам самоуправления и самоорганизации. Развивая его идеи, леворадикальные теории характеризовали общество, построенное в СССР, как посткапитализм, или государственный капитализм, или переходное общество бюрократического типа. [33]
Различие между старыми и новыми бедными в российском обществе носит принципиальный характер. Старые бедные не имеют того, что составляет социальный, культурный и экономический фундамент новых бедных - интеллектуальный капитал, основой которого выступает высшее и среднее специальное образование. Хорошее образование в цивилизованном и стабильном обществе служит мощным социальным лифтом, помогает людям подняться по социальной лестнице и получать высокие и относительно высокие доходы. В переходном обществе, когда происходит коренное изменение экономической и социальной структуры, смена политических режимов, образование не может оплачиваться достаточно высоко. Поскольку подавляющая часть образованного населения в России трудится в госсекторе, а тот финансируется по остаточному принципу, материальный уровень жизни бюджетников резко снизился в 90 - е годы. Хотя известно, что он и раньше, в 70 - 80 - е годы, не был высоким. [34]
Задача, которую поставил перед собой Кант, заключалась в том, чтобы показать, что разум предлагает лучшую основу для морали, чем традиционный внешний авторитет. Но в нашем современном переходном обществе были подвергнуты сомнению причины необходимости существования какой-либо морали вообще. Потребность в какой-либо форме морали по-прежнему существует, и даже, возможно, она ощущается особенно остро, поскольку остается неудовлетворенной. [35]
Проблема перехода общества из одного состояния в другое является одной из наиболее сложных проблем общественного развития. Управление переходным процессом предполагает разработку модели общества, к которому осуществляется переход, и, исходя из этого, определение целевых установок для эффективных процедур управления общественным движением. В обществе переходного типа стратегической целью экономической политики служит создание воспроизводственной структуры, адекватной формируемой общественной модели. Отсюда тактическая задача экономической политики переходного общества может быть обозначена как формирование необходимых предпосылок и условий для достижения указанной цели. [36]
Леворадикальная теория в целом отказывалась признавать реально существующее в СССР и других социалистических странах общество истинно социалистическим. Истинный социализм должен отвечать идеалам самоуправления и самоорганизации. Для авторов этого направления характерно осуждение сталинизма и поел споенного развития, КПСС за отход от этих идеалов и предательство социализма. Развивая его идеи, леворадикальные теории характеризовали общество, построенное в СССР, как посткапитализм, или государственный капитализм, или переходное общество бюрократического типа. [37]
Российское так называемое переходное состояние пока еще характеризуется отсутствием структур гражданского общества, главный признак которого равенство прав для всех граждан данной страны. Медленные темпы государственной либерализации обусловлены, в первую очередь, несоответствием демократических прав, рыночных отношений и свободы совести сложившейся у значительной части населения системе ценностей. Происходящие в стране кардинальные социально-экономические реформы перестраивают складывавшиеся десятилетиями культурные традиции и нормы, затрудняя тем самым процессы социализации и адаптации людей к постоянно меняющимся условиям и требованиям жизни, углубляя масштабы современного кризиса личности. Кроме того, в России идет процесс существенной поляризации общества, когда при формировании широкого слоя бедных и беднейших и малочисленной богатой элиты средний слой ( слой обеспеченных), являющийся социальной базой реформ, растет слишком медленно для того, чтобы придать развитию переходного общества определенность, солидность и устойчивость. [38]
Когда мы плохо представляем, что нас ждет завтра, происходит отстранение от глобальных попыток понимания происходящего. Более того, происходит замыкание в рамках более предсказуемых структур. Подлинное гражданское общество характеризуется множественностью систем влияния, где работают вертикальное и горизонтальное направления, вовсю задействована обратная связь. То есть общество становится более взаимопроникающим и взаимосвязанным, и власть точно так же зависит от своих избирателей, как и избиратели от власти. Переходное общество, по крайней мере в нашем варианте, характеризуется как бы, наоборот, взаимоотталкиванием от системы. [39]
Необходимо отметить, однако, что даже такое общество не полностью лишено этических и моральных соображений. Внешние ограничители могут отсутствовать, но некоторые внутренние ограничители все же, вероятно, останутся. Даже если люди были превращены в конкурентов, движимых одной лишь идеей, это превращение произошло относительно недавно. Более того, люди не рождаются такими: они впитывают общественные ценности по мере того, как растут. Поэтому вопрос о ценностях в переходном обществе остается относительно открытым. Идеального переходного общества вообще не может быть, но все же мы к нему сейчас ближе, чем когда-либо в истории. Как мы видим, это особенно верно в мировом масштабе. [40]
Теперь мы должны аккуратно дифференцировать ценности, определяющие экономическое поведение, и ценности, господствующие в обществе. Мне удалось показать, что чередование роста и спада деловой активности на финансовых рынках вызвано верой в так называемые основные показатели, которая оказывается явно ложной. Но это не влияет на фундаментальные ценности в целом. Приравнивать основные показатели на финансовых рынках и фундаментальные ценности - все равно, что строить доводы на игре слов. Надо найти более разумную основу: можно показать, что в переходном обществе фундаментальные ценности всегда опираются на шаткий фундамент. Это звучит менее категорично, чем заявление о том, что фундаментальные ценности явно ложны, это утверждение настолько категоричное, что может вызвать сомнения в стабильности открытого общества. [41]
Ленин не знал еще в 1915 году Советской власти как государственной формы диктатуры пролетариата. Ленин знал еще в 1905 году, что отдельные Советы являются зачатком революционной власти в период свержения царизма. Этим, собственно, и объясняется, что Ленин говорит в цитате не о Советской республике, а о демократической республике, понимая под этим, как это видно из цитаты, республику социалистическую. Ленин здесь поступил так же, как поступали в свое время Маркс и Энгельс, которые до Парижской Коммуны формой политической организации переходного общества от капитализма к социализму считали республику вообще, а после Парижской Коммуны расшифровали этот термин, сказав, что республика эта должна быть республикой типа Парижской Коммуны. Я уже не говорю о том, что если бы Ленин имел в виду в своей цитате буржуазно-демократическую республику, то не могло быть речи о 8 и. [42]
А это означает, что новая общественно-экономическая формация содержит в себе и остатки предшествующей, как остаток старого качества в новом. В этом смысле и подчеркивается, что не было ни одного общества, которое было бы так называемым чистым. Принадлежность к той или иной формации определяется на основе преобладающих элементов в ее структуре, в первую очередь в экономической. Иногда элементы формации в обществе так ярко выражены, что оно приближается к чистому типу, а иногда особенно в переходные периоды, элементы различных формаций так переплетены, перемешаны и их структура так противоречива, что бывает очень трудно определить принадлежность такого переходного общества к той или иной формации. [43]
Необходимо отметить, однако, что даже такое общество не полностью лишено этических и моральных соображений. Внешние ограничители могут отсутствовать, но некоторые внутренние ограничители все же, вероятно, останутся. Даже если люди были превращены в конкурентов, движимых одной лишь идеей, это превращение произошло относительно недавно. Более того, люди не рождаются такими: они впитывают общественные ценности по мере того, как растут. Поэтому вопрос о ценностях в переходном обществе остается относительно открытым. Идеального переходного общества вообще не может быть, но все же мы к нему сейчас ближе, чем когда-либо в истории. Как мы видим, это особенно верно в мировом масштабе. [44]
Переходное общество подрывает общественные ценности и ослабляет сдерживающие моральные факторы. Общественные ценности выражают заботу о других. Они подразумевают, что личность принадлежит обществу, будь это семья, племя, нация или человечество, интересы которого должны превышать своекорыстные интересы отдельной личности. Но переходная рыночная экономика - это все, что угодно, только не общество. Каждый должен защищать свои интересы, и моральные нормы могут стать препятствием в мире, где человек человеку - волк. В идеальном переходном обществе люди, которые не отягощены мыслями и заботами о других, могут двигаться гораздо легче и, вероятно, пробьются далеко вперед. [45]