Cтраница 3
Вместе с утверждением религиозного позитивизма человечество не просто вступает - окончательно и безапелляционно ( Конт) - в очередную, пусть даже высшую фазу своего развития. Тем самым человечество вводится в совершенно новый зон, в вечное царство истинно религиозного существования. Линия Прогресса выпрямляется окончательно, поскольку его субстанция - морально-религиозная природа Человечества - предстает, наконец, в своей полнейшей чистоте. И именно, как в высшей степени реально существующее - Верховное Существо: вечно живой, посюсторонний и в то же время потусторонний Бог. [31]
В отличие от традиционного позитивизма, который этатизи-рует право, кельзеновский нормативизм, напротив, легализирует ( в кельзенов-ском смысле чисто формального долженствования. При этом не следует забывать, что в чистом учении Кельзена речь идет о теоретическом обосновании объективной действительности всякого уже данного ( установленного официальной властью, государством) позитивного права с любым произвольным содержанием. И если в концепциях этатистского позитивизма исходное оправдание государства подразумевает оправдание и соответствующего позитивного права, в нормативистском позитивизме тот же эффект достигается противоположным путем: исходная оправданность любого позитивного права подразумевает оправданность и любого государства. [32]
По возможности придерживаться здравого позитивизма, трезво оценивая, какие из социальных процессов можно моделировать с достаточной степенью достоверности, а для каких еще преждевременно говорить об исследовании с необходимой полнотой. [33]
Махизм, или второй позитивизм, был порожден кризисом классического естествознания. Однако ученые скоро оправились от шока, вызванного открытием целой лавины новых непонятных явлений, и приступили к поискам новых средств объяснения и понимания, к созданию соответствующих теорий, а философия Маха быстро потеряла своих сторонников. [34]
Один из основополагающих постулатов позитивизма - ценностная нейтральность науки - используется представителями Франкфуртской школы для обоснования существенной особенности позитивистского направления социологии. Однако и эта характеристика позитивизма не является строго специфической только для данного направления. Хотя этот постулат имманентно присущ позитивизму, его можно встретить и в концепциях других обществоведческих дисциплин. [35]
Критическая теория направлена против позитивизма, технократизма и сциентизма ( абсолютизирующих роль техники и науки), оценивая их с точки зрения их социальной функции, сводящейся к апологетике такого общества, в котором отчужденный человек подчинен вещам и вещным отношениям. Со своей стороны эта теория разоблачает квазиестественный облик социальной действительности как некой данности, показывая его производный характер и его противоречие присущим индивидам разумности, свободе, сознанию цели. В этом франкфуртцы продолжают линию критики, намеченную Лукачем, хотя в отличие от него они уже не уповают на классовое сознание и миссию пролетариата. Более того, Герберт Маркузе, критикуя в своей книге Одномерный человек всеобщий конформизм, утверждает, что и пролетариат полностью интегрировался в капиталистическое общество и надеяться теперь можно лишь на аутсайдеров - на безработных, угнетенные национальные меньшинства, левых интеллектуалов. [36]
Несмотря на резкую критику позитивизма за подражание естественным наукам, отождествление общества и природы и пренебрежение спецификой социального действия, этот подход сохраняет свое значение и в настоящее время. [37]
Новым этапом в развитии позитивизма явился неопозитивизм, возникший в 20 - х годах XX века. Неопозитивисты объявляют основной вопрос философии псевдовопросом, а задачу философской науки сводят к логическому анализу языка. В настоящее время неопозитивизм является одним из наиболее распространенных направлений в философии империалистической буржуазии. [38]
Любопытно, что основатель позитивизма был противником применения количественных методов в социологии, тогда как применение именно этих методов воспринималось как отличительная черта позитивистской социологии в XX в. В этом - одно из проявлений чрезвычайной многолико-сти и противоречивости позитивистской доктрины; собственно, сохранив одно название, она давно перестала быть чем-то единым. [39]
Поэтому уже в рамках первого позитивизма наметились многие теоретические дилеммы, ставшие впоследствии предметом острых дискуссий в истории социологической мысли. Достаточно, например, упомянуть социологический реализм, антипсихологизм Конта и номинализм, психологический редукционизм Милля; реформаторскую ангажированность Конта и академическую нейтральность Кегле. [40]
Современная А.ю. является модификацией новейшего позитивизма юридического. [41]
Уорда был связан с материалистическим позитивизмом и антиклерикализмом. [42]
Прежде всего, один только позитивизм может прочно построить каждое из этих двух важных понятий, [ с. [43]
Довод, который пытается использовать позитивизм, отрицая существование реальности, столь же стар, как и сама эта философия; он состоит в том, что в каждом эксперименте исследователь встречается с относительными картинами, зависящими от условий эксперимента, от свойств прибора или субъекта. В квантовой физике эта зависимость результата эксперимента от условий эксперимента проявляется еще сильней, чем в классической, и это обстоятельство очень резко подчеркивается всеми физиками. Да, соглашается Борн, картина, наблюдаемая в приборах, относительна, изменчива, зависит от свойств приборов. Однако то, что исследователь встречает в приборе, утверждает он, это еще не сама реальность, а только проекция реальности на прибор, то есть результат взаимодействия реальности с прибором, зависящий так же и от прибора. И вот главный прогресс в структуре понятий в физике, - пишет Борн, - состоит в открытии того, что определенная величина, которая рассматривалась как свойство предмета, в действительности есть только свойство проекции ( стр. [44]
На различных этапах концептуальной эволюции позитивизма на первый план выступали то натуралистические принципы познания ( так было в XIX веке), то эмпирические, представленные в неопозитивизме XX века. [45]