Cтраница 3
Он считал, что путь в науку начинается от предметов, которые действуют на наши чувства и приводят к законам, признаваемым нашим разумом. Следовательно, чувства дают нам представления об идеальных конкретных предметах, а разум, разлагая их на простейшие элементы, находит между ними нечто общее, а значит, эмпирическое познание как бы предшествует теоретическому. [31]
Такой подход, во-первых, сужает возможность социологического познания, оставляет в тени его теоретико-методологические направления; во-вторых, априори ограничивает возможности социологии как науки; в-третьих, игнорирует одну их важнейших сторон эмпирического познания - роль теоретических концепций в прикладных исследованиях. Хотя последние в значительной мере предопределяют не только качество социологического анализа, но и выводы самих конкретно-социологических исследований. Не оспаривая возможность разграничения уровней социологического познания на теоретическое и эмпирическое, можно утверждать, что именно оно - главная причина разрыва между теорий и прикладными исследованиями в социологии. Сложившаяся ситуация снизила уровень не только теоретических, но и эмпирических исследований, число которых значительно превышает число теоретических изысканий. Ослабление внимания к разработкам новых теоретических концепций, отражающих и объясняющих новую социальную реальность в российском обществе, серьезно отразилось на качестве получаемой эмпирической информации. [32]
Сторонники академической философии оценивают и процесс се познания, считают познание достоверным только в том случае, если оно наряду с материальным и духовным миром включает мир сверхъестественный. Само познание разделяется на эмпирическое, рациональное и идеальное. Эмпирическое познание объявляется предельно ограниченным, рациональное - недостаточным. Оно достигается не эмпирическим или рациональным путем, а верой. [33]
В живой природе человек на уровне эмпирического познания занимается изучением в первую очередь отдельных биологических индивидов, особей или организмов. Эмпирические знания о них записываются в протоколах наблюдения и выступают как факты. Тем самым эмпирическое познание является чувственной фиксацией и рациональным описанием фактов в их единичности и разрозненности. В качестве своего объекта исследования теоретическое познание берет результаты мыслительной деятельности эмпирического познания, включая мыслительные конструкции различного порядка и степени их идеализации. И здесь уже знания приобретают форму, соответствующую основному требованию научного познания - объяснить внутреннюю основу и характер связи внутреннего и внешнего в предметах или процессах, показать их глубокую сущность. [34]
Эмпирическое познание дает новые факты и закономерности имеющих место процессов действительности, систематизирует результаты опыта. Производя анализ и синтез, систематизацию и классификацию имеющихся данных, врач раскрывает лишь внешние, случайные взаимосвязи явлений, приемы и методы, формы диагностического познания, непосредственно связанные с медицинской практикой. Этот этап эмпирического познания характеризует тот момент практики, когда она еще не достаточна для глубокого проникновения во внутренние процессы, происходящие в объекте исследования - человеке. На этом уровне медицинской практики осознаются лишь некоторые стороны и связи исследуемого объекта, однако последний еще не осмысливается с позиций теоретического понимания как элемент системы, как необходимое звено в цепи ряда событий, не познается в его необходимости. На следующем этапе эмпирического исследования внутренняя связь раскрывается и обнаруживается сущность явлений опытных данных группы ( сущность первого порядка); на этом уровне осуществляется членение действительности посредством понятий. [35]
Во-вторых, анализ и синтез не только предполагают, но и сопровождают друг друга. Вместе с тем синтезирование отдельных частей объекта, синтетическое воспроизведение отдельных его сторон предстает как определенная ступень в анализе целого. Например, целостное, синтетическое описание эмпирического познания представляет собой в то же время лишь момент анализа познавательного процесса как более сложной системы. [36]
В процессе обучения своеобразно переплетаются и пронизывают друг друга непосредственные и опосредствованные, прямые и косвенные, спонтанные и научно обобщенные разновидности опыта обучающих и обучаемых. Обучение обязано обеспечивать максимум согласования данных сфер и направлений опыта на основе первого уровня - научно обобщенного опыта. При этом важную роль играют другие уровни опыта, в частности более или менее рефлексированный субъективный опыт учащихся на уровне эмпирического познания. [37]
Трансцендентный ( от латинского transcendere - переступать) - понимается как выходящий за границы возможного ( не только индивидуально и в настоящее время) опыта, лежащий за пределами этого опыта, выходящий за пределы человеческого сознания. Этому понятию противоположно имманентное. В Философском энциклопедическом словаре данное слово поясняется так: Трансцендентный - термин, возникший в схоластической философии и характеризующий все то, что выходит за пределы чувственного опыта, эмпирического познания мира; предмет религиозного и метафизического познания. Схоластика различала имманентные и трансцендентные причины и действия; первые имеют место в самих объектах, вторые - находятся за пределами их наличного бытия... Здесь признается то обстоятельство, что философия есть род трансцендируюшего познания. [38]
Таким образом, обнаружение необходимого означает переход познания на высший уровень, где описание фиксируемых в наблюдении связей и их изменений уступает место объяснению связей объектов, являющихся уже идеализированными моделями явлений. Этот уровень и есть теоретическое познание. Пределом эмпирического познания является такое преобразование эмпирических данных, которое подводит мышление к вскрытию необходимости в обнаруженных ранее связях и отношениях. [39]
Существуют ли различия между предметом теоретического и эмпирического исследования. Эмпирическое и теоретическое исследования могут познавать одну и ту же объективную реальность, но ее видение, ее представление в знаниях будут даваться по-разному. Эмпирическое исследование в основе своей ориентировано на изучение явлений и зависимостей между ними. На уровне эмпирического познания сущностные связи не выделяются еще в чистом виде, но они как бы высвечиваются в явлениях, проступают через их конкретную оболочку. [40]
Смыслом эмпирических терминов являются особые абстракции, которые можно было бы назвать эмпирическими объектами. Их следует отличать от объектов реальности. Эмпирические объекты - это абстракции, выделяющие в действительности некоторый набор свойств и отношений вещей. Реальные объекты представлены в эмпирическом познании в образе идеальных объектов, обладающих жестко фиксированным и ограниченным набором признаков. [41]
На начальной ступени более сильное акцентирование мыслительных процессов на уровне теоретического познания не должно вести к недооценке и пренебрежению конкретным, образным мышлением, что также относится и к определенным областям предметного обучения на средней ступени. В этом отношении начальную ступень также не следует расценивать только как промежуточную ступень к более выраженным формам теоретического познания на старшей и предвузовской ступенях. Конкретное мышление ребенка в начальном школьном возрасте имеет большое значение и собственную ценность для общего духовного ( интеллектуального и эмоционального) формирования личности. Следовательно, конкретное мышление и эмпирическое познание представляют собой с психологической и педагогической позиций не только элементарный предварительный этап мышления, который следовало бы пройти по возможности быстрее, но и важную фазу или условие формирования личности. Развитие наглядно-конкретного мышления ведет к развитию когнитивных способностей и эмоциональных сил, сохраняющих свое значение и на последующих этапах формирования подростков и взрослых. Это относится не только к будущей профессиональной деятельности в области различных конкретных профессий, но и к очень важной сенсибилизации эстетических явлений и развитию чувственного восприятия человека. [42]
В живой природе человек на уровне эмпирического познания занимается изучением в первую очередь отдельных биологических индивидов, особей или организмов. Эмпирические знания о них записываются в протоколах наблюдения и выступают как факты. Тем самым эмпирическое познание является чувственной фиксацией и рациональным описанием фактов в их единичности и разрозненности. В качестве своего объекта исследования теоретическое познание берет результаты мыслительной деятельности эмпирического познания, включая мыслительные конструкции различного порядка и степени их идеализации. И здесь уже знания приобретают форму, соответствующую основному требованию научного познания - объяснить внутреннюю основу и характер связи внутреннего и внешнего в предметах или процессах, показать их глубокую сущность. [43]
Даже самый способ образования тех и других ведет к их дифференцированию. Коллективные представления - продукт обширной, почти необъятной кооперации, которая развивается не только в пространстве, но и во времени. Поэтому в них как бы сконцентрировалась весьма своеобразная умственная жизнь, бесконечно более богатая и более сложная, чем умственная жизнь индивида. Отсюда понятно, почему разум обладает способностью переходить за пределы эмпирического познания. Он обязан этим не какой-нибудь неизвестной мистической силе, а просто тому факту, что человек, согласно известной формуле, есть существо двойственное. В нем два существа: существо индивидуальное, имеющее свои корни в организме и круг деятельности которого вследствие этого оказывается узкоограниченным, и существо социальное, которое является в нем представителем наивысшей реальности интеллектуального и морального порядка, какую мы только можем познать путем наблюдения, - я разумею общество. Эта двойственность нашей природы имеет своим следствием в порядке практическом несводимость морального идеала к утилитарным побуждениям, а в порядке отвлеченной мысли - несводимость разума к индивидуальному опыту. В какой мере индивид причастен к обществу, в той же мере он естественно перерастает самого себя и тогда, когда он мыслит, и тогда, когда он действует. [44]
Подобным же образом ощущение сопротивления или затраты силы, по всем вероятиям, представляет собой простое духовное явление. Оно само входит во многие другие, но мы не можем заметить, чтобы в него входили какие бы то ни было духовные состояния. Напротив, есть полное основание признавать, что понятие или идея кремня, например, слагается из ощущений сопротивления, осязательных, ощущений видимой формы и цвета; мы можем найти в нашем понятии все эти элементы, и это служит нам единственным доказательством того, что это идея сложная, а не простая. Итак, вопрос в том, может или нет понятие о пространстве ( или протяжении) произойти из мускульных ощущений при воздействии на них умственных способностей. Можно ли отождествить все, что есть в этом понятии, с этими данными чувственного опыта, с комбинированным умом. Достаточен ли для объяснения понятия о пространстве тот анализ его, какой мы дали в предыдущих главах. Если нет, то что в нем есть еще, кроме данных мускульного чувства и деятельности умственных способностей различения, сходства и усвоения. Некоторые ( например, Гамильтон) допускают, что у нас есть эмпирическое познание протяжения; можно ли думать, что им исчерпывается все, что мы знаем о пространстве. В конце концов, достаточность всякого анализа опирается на то, сознает ли каждый человек тождество или различие, сравнивая анализируемое духовное состояние с совокупностью тех элементов, на которые его разлагают. Если человек ничего не находит в своем понятии пространства кроме того, что дается мускульными ощущениями и их умственной переработкой, то у него есть все доказательства правильности анализа, какие возможны в данном случае. [45]