Cтраница 1
Полани о том, что предел упругости каменной соли понижается при обработке ее водою, не подтвердилось для равномерного сжатия и растяжения, поскольку приходилось определять предел упругости как начало наблюдаемых на рентгенограмме необратимых сдвигов. Этот предел упругости одинаков для сжатия и растяжения и оказывается независящим от происхождения и состава образца каменной соли. Мы нашли, что как для естественных, так и для искусственных кристаллов, приготовленных из чистейшей NaCl, предел упругости составляет 920 10 Г / мм2 при комнатной температуре. Существование другого рентгенографически не определяемого предела упругости, например трансляции без изменения решетки, мы пока не могли доказать. [1]
Полани отмечает, что согласно логике самоотдачи, истина есть нечто, о чем можно мечтать, только будучи в этом убежденным ( там же, с. Полани, проявляется как акт самоотдачи, присутствующий в каждом интеллектуальном свершении и стягивающий множество вещей к единому фокусу ( там же, с. [2]
Полани, а значит, и все неявное знание в целом как личностное. [3]
Полани, можно назвать интеллектуальную убежденность, которая непосредственно опирается на убеждения ученого, а эти убеждения, в свою очередь, являются предельным уровнем логического обоснования. Представляется, что интеллектуальная убежденность - тот элемент психологической составляющей неявного знания, который наиболее близок к его рациональной компоненте, и поэтому осуществляет корреляцию между ними. Полани, логически предшествует всякому рациональному знанию. Полани согласуется с декартовой идеей, согласно которой рациональная интуиция всегда должна исходить из логически доказанных или очевидных посылок. Однако именно при чисто психологическом подходе этой составляющей неявного знания отводится меньше всего места. [4]
Полани отмечает, что далеко не все знание можно назвать личностным, иначе все наши изыскания сведутся к наклеиванию нового ярлыка на старые понятия ( там же, с. Полани противопоставляет личностному знанию знание всеобщее, теоретическое знание из учебников, не связанное с личностно-индивидуальным комплексом неявного знания конкретной личности, не соединенное с ее практической деятельностью. [5]
Полани, можно назвать только личностное знание, не отягощенное какими-либо исторически относительными нормами и предрассудками, а часто идущее вразрез с ними, и адекватно выражающее внеисторическую и внесоциальную рациональность окружающего нас мира. Знание, объективное в традиционном понимании, то есть знание всеобщее, можно рассматривать как видимую верхушку скрытого айсберга всего знания, которым обладает личность, то есть как вершину всего личностно-индивидуально комплекса неявного знания. Поэтому представляется, что крайне интересным и важным для философии науки должно быть изучение вопросов о взаимосвязях неявного и явного знания конкретной личности, о возможности эволюции неявного знания в явное, а также вопрос о путях такой эволюции. Эти вопросы, в основном применительно к математической науке, представляются важнейшими и для настоящего исследования. [6]
Полани отвечает на вопрос о возможности такой эволюции отрицательно, и с ним во многом можно согласиться. Действительно, обозначенная здесь ранее неспецифицируемость неявного знания, по определению осложняет не только его обоснование, но даже и его выявление. Тем не менее, представляется, что указанные сложности не стоит абсолютизировать. К этой точке зрения склоняются и некоторые отечественные исследователи в области философии науки, взгляды которых на проблему неявного знания в науке в этом параграфе позднее будут рассмотрены более подробно. [7]
Полани, необходимо говорить уже не просто о личностном неявном знании конкретной личности, а о комплексе неявного знания, присущего этой отдельной конкретной личности, то есть о ее личностно-индивидуальном комплексе неявного знания. При этом, разумеется, необходимо учитывать, что все комплексы неявного знания включают в себя интерсубъективные, то есть общезначимые элементы, к которым относятся базовые фундаментальные элементы комплекса неявного знания, то есть априорные механизмы мышления. Посредством этих априорных механизмов мышления формируются априорные онто-гносеологические предпосылки как базовые для любой познавательной деятельности человека, в том числе и для онтологического познания. [8]
Полани такие интерсубъективные предпосылки, как элементы, фундаментальные для личностно-индивидуального комплекса неявного знания, не отделяет от субъективной личностной эвристики, применяемой, например, при решении задач в математике. Отметим, что вообще субъективная личностная эвристика формируется на базе индивидуально-личностного комплекса неявного знания, то есть на базе интерсубъективных предпосылок, и также, как таковые, не включается непосредственно в ткань научной теории. Однако представляется, что непосредственно на утверждения самой научной теории, элементы обоих типов теоретически неявного знания, как интерсубъективные, так и просто субъективные, влияют одинаково. Полани их и не разделяет при решении вопроса о возможности их какой-либо теоретической рационализации. Известно, что интерсубъективные онто-гносеологические предпосылки не подлежат таковой вследствие подсознательно-интуитивного характера их формирования. [9]
Полани является эвристическая вера, которая понимается как убежденность ученого или исследователя в своей правоте. Но вера является атрибутом также эвристической интуиции, поскольку только на основе веры можно объяснить то, что ученый, исследователь посвящает время и жизнь обоснованию идей, стихийно пришедших ему на ум, которые окружающие далеко не всегда понимают и приветствуют. Но деятельность эвристической интуиции в обязательном порядке связана с волей, вытекающей из одержимости, как правило, присущей творческой личности, когда она захвачена какой-либо важной идеей. [10]
Полани спонтанность процессов, при которых это личностное неявное знание формируется, что также указывает на связь неявного ( личностного) знания с эвристической интуицией. [11]
Полани не считает необходимым подчеркивать неизбежность синтеза всех атрибутов неявного знания в реальном эвристическом процессе, а также принципиально проводить возможные аналогии этих атрибутов с проявлениями природы рациональной эвристической интуиции, однако для исследования проблемы трансляции теоретически неявных элементов знания от субъекта к субъекту, что необходимо в рамках настоящего исследования, установление взаимосвязей неявного знания и эвристической интуиции имеет решающее значение. Полани, который, хотя и рассматривает эвристическую интуицию как внутренне присущую природе научной рациональности, все же при этом совершенно не анализирует взаимосвязей эвристической интуиции и неявного знания. [12]
Полани мешает и полной рационализации научно-теоретического знания. Это значит, что изучение этого интереснейшего феномена в философии науки должно продолжаться - несмотря на его вполне явные сейчас трудности, связанные с самой сущностью этого феномена, специфика которого здесь рассматривалась ранее. Представляется, что без учета результатов такого изучения дальнейшие исследования в области философии науки и теории познания просто непродуктивны. [13]
Полани в своей работе Личностное знание, хотя и отдает дань при этом и естественным наукам. [14]
Полани, что и было фактически здесь продемонстрировано. Однако это не значит, что такая трансформация всегда неизбежна. Напротив, излагаемый подход, учитывающий роль неявных элементов научной теории, всегда ставит под вопрос саму возможность такой трансформации. [15]