Cтраница 3
На основе идеалистического принципа тождества бытия и мышления в нем исследуются логические категории как моменты абсолютной идеи, в которой Гегель видел сущность действительности. В Науке логики систематически - в виде саморазвития понятий - изложена идеалистическая диалектика Гегеля. Сочинение состоит из трех книг: первая ( Учение о бытии) была издана в начале 1812, вторая ( Учение о сущности) - в 1813, третья ( Учение о понятии) - в 1816 году в Нюрнберге. На русском языке Наука логики впервые была издана в 1916 году; для Сочинений Гегеля ( тт. V-VI, 1937 - 1939) был осуществлен новый перевод. [31]
Категории количества, качества и их взаимопереходы выступают у него сначала в абстрактной форме в лоне абсолютной идеи и лишь затем в природе. Марксистская философия рассматривает этот закон не как предпосылку для конструирования мира, а как результат изучения мира, как отображение того, что происходит в реальной действительности. Будучи важнейшим законом объективного мира, этот закон является также и важнейшим принципом познания мира и сознательного практического преобразования его. С изменением условий общественного развития изменяются и формы проявления законов диалектики. Так, при социализме переход количественных изменений в качественные ( скачки) утрачивает форму политических революций, социальный прогресс здесь осуществляется путем планомерного и всестороннего совершенствования об-ва, на основе ускорения социально-экономического развития. [32]
Георг Вильгельм Фридрих Гегель, исходя из принципа развития, дает впечатляющую модель бытия во всех его проявлениях, уровнях и стадиях развития. Именно он конструирует диалектику как систему, формулируя основные законы и категории диалектики применительно к развитию абсолютной идеи. При этом Гегель осознает тот факт, что описание развития абсолютной идеи не является самоцелью философского исследования. [33]
Фейербаха размежевание / В борьбе с феодальными реакционерами постепенно - выделилось левое крыло - так называемые младогегельянцы, особенно ценившие диалектический метод этого философа и делавшие из его учения выводы, резко расходившиеся с его собственными политическими взглядами. Давид Штраус, Бруно Бауэр, Арнольд Руге, Макс Штирнер и другие младогегельянцы ставили на место гегелевской абсолютной идеи человеческое самосознание, считая, что именно развитие этого последнего делает излишним революционное-преобразование общества. Начав в 30 - х годах с довольно бурного протеста против германской действительности, они скоро стали обрушиваться не столько на действительное зло общественных отношений, сколько на отражение этого зла в сознании людей. В начале 40 - х годов первые же самостоятельные выступления немецкого пролетариата отбросили младогегельянцев вправо и скоро превратили их в заурядных буржуазных либералов. [34]
Штейна для создания всемирно-исторической конструкции, у которой, к сожалению, лишь тот недостаток, что все положенные в ее основу факты ложны. Что касается Фурье, то немецкая теория уже по крайней мере раз двадцать отводила ему место в развитии абсолютной идеи - и каждый раз другое место - и каждый раз в отношении сути дела немецкая теория полагалась на г-на Штейна или на другие такие же сомнительные источники. Поэтому-то немецкий абсолютный социализм так ужасающе жалок. Немножко человечности, как сейчас принято выражаться, немножко реализации этой человечности или, скорее, животности, кое-что о собственности по Прудону - из третьих или четвертых рук, - несколько вздохов о пролетариате, кое-что об организации труда, жалкие союзы для улучшения положения низших классов народа - наряду с безграничным невежеством в отношении политической экономии и действительного состояния общества - вот к чему сводится весь этот социализм, который к тому же утрачивает последнюю каплю крови, последние следы энергии и силы в результате своей беспартийности в области теории, своего абсолютного спокойствия мысли. И таким переливанием из пустого в порожнее хотят революционизировать Германию, привести в движение пролетариат, побудить массы к мысли и действию. [35]
Шталя, Гегеля, Бергсона и других антиредукционистов мы уже приводили): чтобы связать между собой различные уровни описания и учесть взаимосвязь между поведением целого и отдельных частей, необходимо понятие сложной организации. В противовес редукционистам, усматривавшим единственную причину организации в частях, Аристотель с его формальной причиной, Гегель с его абсолютной идеей в природе, Бергсон с его простым, необоримым актом творения организации утверждали, что целое играет главенствующую роль. [36]
Аукционистов мы уже приводили); чтобы связать между собой различные уровни описания и учесть взаимосвязь между поведением целого и отдельных частей, необходимо понятие сложной организации. В противовес редукционистам, усматривавшим единственную причину организации в частях, Аристотель с его формальной причиной, Гегель с его абсолютной идеей в природе, Бергсон с его простым, необоримым актом творения организации утверждали, что целое играет главенствующую роль. [37]
Учения, объяснявшие единство мира исходя из одной субстанции, относятся к философии монизма. Но само понимание субстанции при этом может быть принципиально различным: в качестве субстанции можно мыслить как материальное начало, так и идеальное ( например, абсолютная идея у Гегеля и др.), а с середины - конца XIX века на роль такой субстанциальной основы мира все чаще стали выдвигать различные иррациональные динамические силы и реальности ( жизненный порыв А. [38]
Он сделал попытку определить ее место и роль, но исследовал вне времени и пространства, как чисто логическую категорию, в основу которой им была положена абсолютная идея, мировой дух. Гегель гениально угадал диалектическую природу каузальности как внутреннего источника самодвижения, саморазвития явлений, ставил вопрос о существовании болезни как не только частной нозологической единицы, но и как явления общего порядка, содержащего в себе сходные фундаментальные черты всех без исключения конкретных заболеваний, показал необходимость рассмотрения причинйо-сти в связи с категорией взаимодействия. [39]
Человечество, которое в лице Гегеля додумалось до абсолютной идеи, должно было и в практической области оказаться ушедшим вперед так далеко, что для него уже стало возможным воплощение этой абсолютной идеи в действительность. Абсолютная идея не должна была, значит, предъявлять своим современникам слишком высокие практические политические требования. Вот почему мы в конце Философии права узнаем, что абсолютная идея должна осуществиться в той сословной монархии, которую Фридрих-Вильгельм III так упорно и так безрезультатно обещал своим подданным, то есть, стало быть, в ограниченном и умеренном косвенном господстве имущих классов, приспособленном к тогдашним мелкобуржуазным отношениям Германии. И притом нам еще доказывается умозрительным путем необходимость дворянства. [40]
Громадное большинство философов утвердительно решает этот вопрос. Так, например, у Гегеля утвердительный ответ на этот вопрос подразумевается сам собой: в действительном мире мы познаем именно его мыслительное содержание, именно то, благодаря чему мир оказывается постепенным осуществлением абсолютной идеи, которая от века существовала где-то независимо от мира и прежде него. Само собой понятно, что мышление может познать то содержание, которое уже заранее является содержанием мысли. Не менее понятно также, что доказываемое положение здесь молчаливо уже содержится в самой предпосылке. Но это никоим образом не мешает Гегелю делать из своего доказательства тождества мышления и бытия тот дальнейший вывод, что так как его мышление признает правильной его философию, то, значит, она есть единственно правильная философия и что, в силу тождества мышления и бытия, человечество должно немедленно перенести эту философию из теории в практику и переустроить весь мир сообразно гегелевским принципам. Эту иллюзию он разделяет почти со всеми другими философами. [41]
Обрашдясь к прекрасным явлениям физического мира, мы найдем, что они далеко не исполняют указанных требований или условий совершенной красоты. Во-первых, идеальное содержание в природной красоте недостаточно прозрачно, оно не открывает здесь всей своей таинственной глубины, а обнаруживает лишь свои общие очертания, иллюстрирует, так сказать, в частных конкретных явлениях самые элементарные признаки и определения абсолютной идеи. [42]
Человечество, которое в лице Гегеля додумалось до абсолютной идеи, должно было и в практической области оказаться ушедшим вперед так далеко, что для него уже стало возможным воплощение этой абсолютной идеи в действительность. Абсолютная идея не должна была, значит, предъявлять своим современникам слишком высокие практические политические требования. Вот почему мы в конце Философии права узнаем, что абсолютная идея должна осуществиться в той сословной монархии, которую Фридрих-Вильгельм III так упорно и так безрезультатно обещал своим подданным, то есть, стало быть, в ограниченном и умеренном косвенном господстве имущих классов, приспособленном к тогдашним мелкобуржуазным отношениям Германии. И притом нам еще доказывается умозрительным путем необходимость дворянства. [43]
Сущность и явление - философские категории, отражающие стороны, необходимо присущие каждому объекту действительности. Идеалисты извращенно истолковывают эти категории, полагая либо С. Платона, абсолютная идея Гегеля), либо Я. Кант, Агностицизм), либо объявляют субъективным само выделение в предмете С. [44]
Это начало активно и деятельно, причем деятельность его состоит в мышлении, а точнее, в самопознании. Философия природы; природа не развивается, а служит лишь внешним проявлением саморазвития логических категорий, составляющих ее духовную сущность; 3) развитие идеи в мышлении и истории ( в духе) - Философия духа. На этом этапе абсолютная идея вновь возвращается к самой себе и постигает свое содержание в различных видах человеческого сознания и деятельности. Идеалистический принцип тождества мышления и бытия служит, однако, обоснованием единства законов внешнего мира и мышления; он направлен против агностицизма Канта. Во всех областях философии он оставил глубокий след, применяя диалектику, глубоко анализируя актуальные проблемы науки. [45]