Cтраница 3
Если старая теория в форме, данной ей Бором и Зоммерфельдом, действительно очень проста, то она делается очень сложной и очень шаткой при попытке ее углубить. Находясь в этом состоянии духа, я приобрел русский перевод книги Макса Борна 1923 года Теоретическая атомная физика, в которой с помо щью очень сложных вычислений Борн пытался выжать из старой теории все, что она содержала, и даже больше. [31]
В этой свободной от закона среде Березовский и строил свою империю. Один из крупных бизнесменов, которые впоследствии стали известны как олигархи, Березовский оказался втянут в войну между чеченскими и славянскими бандами. Вернувшись в Москву в бодром состоянии духа, он выяснил, что бандитская война идет полным ходом. [32]
Коммунизм резко и надолго ослабил Россию и сделал слаборазвиваюшейся страной. Гитлер пришел к власти в 1933 г. Германия практически лежала в развалинах. Царили страшная безработица ( более 7 миллионов полностью безработных и 6 миллионов частично безработных), разгул преступности, нравственное одичание. За 6 - 9 лет ( срок ничтожно малый) Гитлер сделал из Германии мошнейшую державу, легко поставил на колени Европу и чуть не поломал хребет советской Иудее. В экономическом чуде Гитлеровско-го режима большую роль, конечно, сыграли западные инвестиции. Но никакие инвестиции не могут сравниться с решающим фактором роста - состоянием духа немецкой нации. [33]
Сегодня в условиях резких изменений устоявшихся форм хозяйственной, политической, духовной жизни в нашей стране пересматриваются устоявшиеся способы мышления, формируются иные взгляды, оценки, позиции. Ясно, что замкнутая на самое себя, чисто умозрительная философская мысль не способна улавливать столь быстрые изменения общественной реальности. В таких условиях актуальны не столько глубины чистого разума, сколько живое мироосмысление - понимание сегодняшних реалий, решение современных проблем, весьма драматичных и сложных. Истин чистого разума для этого явно недостаточно. Понимание философии как социально-исторического знания ( мировоззрения) ориентирует на открытое мышление, готовое к восприятию и постижению новых ситуаций реальной жизни и ее проблем. Важно смотреть правде в глаза, стремясь ясно и непредвзято выявлять суть того, что происходит с нами здесь и сейчас, какой мир нам уготован завтра. И все-таки чистым разумом не стоит пренебрегать. Ведь исторические ситуации имеют тенденцию в самых общих чертах воспроизводиться. К тому же ошибки ( в том числе роковые) нередко коренятся в прочно закрепившихся ( и вроде бы бесспорных, а на деле ошибочных) состояниях духа, схемах интеллекта, навыках ментальности. [34]
Следует, однако, отметить, что далеко не все признают наличие постсовременности и постмодернизма. Хабермас, выступающий главным оппонентом постмодернизма, считает, что утверждения о возникновении некой постсовременности не имеют достаточных оснований. Он дал положительные результаты, далеко не исчерпал себя, и в нем есть чему продолжаться в будущем. Речь может идти лишь об исправлении допущенных ошибок и внесении поправок в первоначальный проект. Однако у сторонников постмодернизма имеются свои, не менее убедительные аргументы и факты, хотя в понимании самого постмодернизма и между ними нет полного согласия. Одни из них полагают, что постмодернизм представляет собой особое духовное состояние, которое может возникнуть и реально возникало в самые различные эпохи на их завершающей стадии. Постмодернизм в этом смысле выступает как трансисторическое явление, он проходит через все или многие исторические эпохи, и его нельзя выделять в какую-то отдельную и особую эпоху. Другие же, наоборот, определяют постмодернизм именно как особую эпоху, которая началась вместе с возникновением постиндустриальной цивилизации. Думается, что при всех имеющихся различиях эти два подхода вполне можно примирить. Действительно, постмодернизм прежде всего является состоянием духа. Однако это состояние длится уже довольно долго, что позволяет говорить об эпохе, хотя она является переходной. [35]